Ночь чудес - Натали де Рамон

— Многие ж любят, подвыпив, под цыганскую скрипочку похныкать. А я — цыганка-скрипачка, — объяснила Фелис своему задумавшемуся гостю.

— Но вы же, кажется, блондинка! — Валет произнес это так, чтобы Фелис уловила его восхищение.

Она отвернулась и с трудом перевела дыхание.

— У меня парик есть, костюм…

— Ой, тетушка, дай померить!

— Не дам! Я его насилу отгладила! Иди свари кофе! — Фелис почему-то занервничала.

— У вас такая замечательная племянница, мадам. — Валет заступился за Цыпу. — Такая непосредственная!

— А как вы, собственно, познакомились? Она никогда мне о вас не рассказывала. — Фелис поняла, что нервничает из-за присутствия этого человека, и решила срочно устранить причину своего беспокойства.

— Мы сегодня познакомились, довольно забавно. — Валет открыто улыбнулся. — Я решил проводить девочку к вам, все-таки темно, опасно. Извините, мадам, я вовсе не собирался задерживаться. — Он потянулся к своим вещам, все еще окончательно не решив, нужно ли сегодня ему тут оставаться.

Цыпа все слышала и очень испугалась, как бы Валет ее не выдал, и крикнула с кухни:

— Ты ему не очень, он секретный агент!

— Ваша очаровательная племянница такая фантазерка, — теперь уже деликатно улыбнулся Валет. — Я всего-навсего обычный аккомпаниатор одной исполнительницы старинных романсов. — Вы позволите? — Он выразительно покосился на раскрытый рояль.

— Конечно… — Фелис опустила глаза.

Валет подошел к роялю и, небрежно перебирая клавиши, запел с ретроинтонациями Пиковой Дамы: «Кто скачет, кто мчится под хладною мглой»…

— Это же «Лесной царь» из репертуара Зизи д'Ор! — оживилась тетушка. — Она потом два куплета по-немецки поет.

— Вы правы. — Не глядя на нее, Валет постучал по одной из клавиш. — Кстати, у вас «ля» второй октавы западает, надо бы вам нашего с ней настройщика прислать, инструмент-то антикварный…

— Вы ее знаете? Правда?.. Разве она еще жива? Ей же лет сто, наверное!

— Очень даже бойкая тетенька, едва за семьдесят перевалило.

— И вы хорошо ее знаете? Фантастика! Мой дедушка был ее страстным поклонником, у меня даже есть ее виниловые диски! Только не могу дать вам послушать, не на чем, — снова потупившись, добавила она.

— Проигрыватель для винила есть у самой Зизи. Можем как-нибудь послушать все вместе, — скромно предложил Валет. — Ей будет очень лестно узнать еще про одного своего поклонника. Пик… э-э-э… песен вам споет…

Валет с восхищением смотрел в глаза Фелис, и она выдерживала его взгляд. И Валет чувствовал, что ей нравится, что он смотрит на нее так, и тоже нравится на него смотреть.

Повисшую тишину разорвало какое-то шипение, и настенные часы, мучительно закряхтев, принялись бить.

— Семь! — Фелис охнула и отвела глаза. — А в половине девятого мне нужно быть на сцене. Элен, ты едешь со мной? Все равно дома есть нечего.

Как она живет? Новый год, а у нее есть нечего! — подумал Валет.

— Bay! — завопила Цыпа. — Его с собой?

— Тебя я проведу без труда. А двоих… не знаю.

— Ну что вы, мадам! — воскликнул Валет. — Я просто вас провожу. Не стоит обо мне хлопотать. Я и не одет подобающе.

— Ты чего? — Цыпа выразительно посмотрела на него и постучала пальцем по виску. — Хоть пожрем!

Фелис деловито взглянула на часы, велела племяннице щеткой почистить костюм приятеля, извинилась, что на пару минут оставит их, и пошла одеваться.

— Типа, ты Валери? Может, ну это, туда ехать? Чики-чики здесь? — Цыпа кокетливо заглянула ему в глаза и игриво прошлась щеткой ему между ног.

— Там чистить не обязательно, — шепнул Валет. — Сама напросилась, надо ехать. Классная у тебя тетушка.

— Супер! — гордо заверила Цыпа.

— Элен, если хочешь, можешь взять что-нибудь из моих вещей. Праздник все-таки! — крикнула из комнаты тетушка.

Валет подумал, что вряд ли что-либо из теткиного гардероба сойдется на Цыпиных пышностях.

— Отстойные прикиды… Да ну…

Фелис вернулась в маленьком облегающем платьице и с заплетенными в косу волосами. Она выглядела совсем девочкой.

— Тогда одеваемся и по коням, — скомандовала Фелис.

Пока Валет галантно подавал ей поношенное пальто, Цыпа уже снова напялила свою кожаную куртку и теткиной помадой намалевала губищи. Валет с тоской натянул рыжий пуховик и с сомнением смотрел на Максовы армейские ботинки. Фелис опять встретилась с ним глазами. Валет повторил тот свой взгляд, но сейчас она сразу же уставилась в пол.

— Сменную обувь можете оставить здесь. Я на машине.

— Ну, тетушка, авто? — Цыпа загордилась еще больше.

Фелис никак не могла разобраться с бурей нахлынувших чувств. Она очень неуверенно вела старенький «пежо», и поэтому они молчали всю дорогу, что вполне устраивало всех.