За облаками – солнце - Елена Чалова

Осмотрев вещественные доказательства в виде убранного в картонную папку с завязочками журнала, секретарь презрительно пожал плечами. Журнал музыкальный и вызывает у воспитанных на лучших образцах искусства советских людей только насмешку и недоумение: какую музыку могут играть люди, раскрашенные как огородные пугала и одетые соответственно?! И вообще, все это дело не стоит выеденного яйца, так как свидетельствует об одном: этих молодых людей нельзя пока называть взрослыми. Они безответственные дети. Будем надеяться, что жизнь заставит их повзрослеть и стать более ответственными и зрелыми. Вот и все, и удачно всем сдать экзамены.

Лара, хоть и переживала скандал и опасалась за будущее, не могла не радоваться: отец дома.

Впрочем, и теперь счастье длилось недолго. Сидя напротив папы и глядя, как он ест приготовленную ею картошку, Лара удивлялась, почему так любит и ждет этого неразговорчивого мужчину. Тимур унаследовал от отца-казаха смуглую кожу и неевропейский разрез глаз, а сами глаза были не карие, а пронизывающе-черные. Черные же жесткие волосы время щедро посыпало солью. Сухое и крепкое тело одевалось по большей части в джинсы и свитера или футболки – в зависимости от сезона. Впрочем, вещи у отца всегда были стильные и дорогие. Он никогда не рассказывал о своих походах и приключениях и даже про шрамы; два на руке и один – рваный, кривой – на спине. И все же в его присутствии Ларе становилось легче дышать. Словно московская квартира наполнялась свежими и экзотическими запахами и отголосками другой – опасной и чертовски интересной – жизни.

– Пап, возьми меня с собой, – попросила она.

Отец поднял голову, взглянул на нее коротко и покачал головой:

– Тебе там не место.

– А где мое место?

– Сама найдешь.

– Мама говорит, я на тебя похожа.

– Может, и похожа. Но и на нее ты похожа тоже.

– Это плохо?

– Это хорошо.

– Я хотела бы видеться с тобой, как все нормальные люди видятся с отцами.

– Чтобы я приходил с работы в семь вечера и пил пиво, глядя в телевизор?

– Да ладно, я знаю, мама говорила, что ты у нас бродяга и все такое… Как ты думаешь, куда мне поступать? Я ведь сейчас уже буду экзамены сдавать.

– А куда ты хочешь?

– Не знаю…

– Ну и я не знаю. Может, поработаешь сперва?

– Мама говорит, надо в институт.

Отец лишь пожал плечами. Лара его не осуждала. Все и так понятно. Ну что делать, если душа не лежит ни к чему в особенности? Душа Лары, честно сказать, лежала к дискотекам, тряпкам и мальчикам. И уж точно не хотелось работать с девяти до шести. Это потом, ближе к старости. То есть годам к двадцати пяти. А пока она согласна поступить куда-нибудь и с головой окунуться в студенческую жизнь, которая обещает много интересного.

– А у меня жених есть, – выпалила она вдруг. – Сергеем зовут.

– Давно? – Отец как-то напрягся, и Лара хмыкнула: вот оно – геолог не геолог, а собственнический родительский инстинкт присутствует.

– Полгода уже…

– Мама знает?

– Да, он ей нравится.

– Ну, тогда хорошо.

Перед отъездом Тимур чмокнул дочь в макушку и кивнул в сторону написанного на стене номера.

– Звони, если что. И на свадьбу меня позови, хорошо?

– Ладно. Но вообще-то я пока не собираюсь замуж, – капризно протянула девушка.

Однако все случилось скорее, чем она предполагала. Классическая схема залет – свадьба отодвинула перспективы поступления в вуз.

Лиза вспомнила о том, что надо бы позвонить мужу, лишь накануне свадьбы дочери. Сказать, что она была рада, что девочка выходит замуж за Сергулю, – это не сказать ничего. О таком зяте можно только мечтать: разумный, спокойный парень. Ларку любит, просто обожает. Даст Бог, и эта ненормальная притихнет. Лиза прекрасно видела, что дочь частично унаследовала буйную натуру отца.

Но если Тимура беспокойство снедало постоянно, и он жить в городе не мог и не хотел, то Лара, привычная к комфорту, не собиралась уезжать в степи. Нет, она вполне спокойно существовала среди каменных домов и дорог, но время от времени внутри начинало нарастать напряжение. Лара плохо спала, дерзила и делала глупости. Спокойная и уравновешенная девушка могла вдруг встать и уйти со словами: «Что-то скучно мне. Пойду погуляю». Чем кончится загул – катанием на мотоцикле и аварией, или поездкой с приятелями в лес петь песни под гитару, или прыжками на тарзанке над омутом – предугадать было невозможно. Сергей подобных вспышек не одобрял, и Лара, которая влюбилась в него и не желала терять своего мужчину, старалась безумствовать где-нибудь на стороне. Мать с ума сходила, присматриваясь и принюхиваясь, и больше всего на свете боялась, что тормоза у доченьки сорвет, и Сергей все узнает. Но, к ее удивлению, шалава Ларка действительно притихла перед свадьбой, и даже этот парень, с которым чуть не полночи на телефоне висела, не звонит.

Лиза закрутилась так, что, торопясь организовать свадьбу, чтобы не хуже, чем у людей, напрочь позабыла о муже. И вот теперь, стоя с дочкиной фатой в руках, Лиза с ужасом смотрела на номер телефона, написанный на обоях, и ее терзал стыд. Я забыла позвонить ему и сказать, что дочь выходит замуж! Конечно, это номер для экстренных случаев, но ведь бывают и приятные ЧП. Свадьба, например. Ей стало так стыдно, что она расплакалась.

– Мам, ты чего? – Лара встала рядом, отобрала фату и обняла мать. – Чего ты ревешь? Я замуж выхожу, радоваться надо! И жить недалеко буду – на соседней улице. Ну ты чего?

– Я забыла позвонить твоему отцу, – повинилась Лиза.

– Ты из-за этого плачешь? Ну, мам, он приедет, не переживай! Я ему позвонила давно-давно, еще когда мы заявление в ЗАГС подали и ресторан заказали.

Тимур действительно приехал на свадьбу. Долго говорил о чем-то с молодым мужем, и, похоже, парень ему понравился. А в качестве подарка он преподнес молодым ключи от квартиры. Лара была счастлива – перспектива жить с мамой или свекровью совершенно не приводила ее в восторг.