Случайный малыш для Миллиардера - Арина Громова

Если допустить, что все это действительно было, это не сон и не бред, значит, я буду носить под сердцем человечка, которого вынуждена буду потом отдать…

Я никогда не думала о том, сколько я хочу детей, кого именно, не думала, как назову своего первенца… Мне всего двадцать, я еще не закончила учебу. Да у меня даже секса никогда еще не было, какие дети! И тут как снег на голову такие новости!

А еще я убежала с работы и теперь меня уже наверняка уволят. Изергиль звонила мне раз десять, наверняка чтобы устроить выволочку. В итоге я просто отключила телефон, чтобы не отвлекаться еще и на это. Какая уж тут работа, когда в жизни творится Такое!

В дверном замке раздался шелест ключа, и я вся буквально похолодела от ужаса: подскочив с места, схватила со стола первое, что попалось под руку — Лизкин утюжок для волос и приготовилась отбиваться. Но это оказались не люди Каримова, а всего лишь Лизка.

— Я звонила тебе весь день, ты почему не отвечаешь? — пропыхтела она, сбрасывая босоножки. — Там такое творилось!

О, Господи!

— Это была охрана, да?

— Они искали тебя! Я пыталась сказать им, что тебя здесь даже и не было…

— Пыталась или сказала?

— Ты бы видела, какие они огромные! — сразу вскинулась Лизка. — Я испугалась! — и тут же сменила тон на любопытно-осторожный: — А-ань, это что, реально правда всё? Ну, то, что ты рассказала.

И зачем-то посмотрела на мой живот.

Почему-то именно сейчас я вдруг ощутила весь ужас сложившейся ситуации. Даже не в кабинете Каримова под гнетом его испепеляющего взгляда, не когда удирала по пожарной лестнице из гостиницы, а именно сейчас, после вопроса Лизки.

— И что ты будешь делать? — продолжила она зачем-то полушепотом, опускаясь на край нашего продавленного диванчика. — Ну, если ты все-таки беременна от Каримова.

А что я могла ей на это ответить? Ничего. Потому что я понятия не имела, что можно сделать в этой поистине кошмарной ситуации.

Я совершенно не готова пока стать матерью, но отдать ребенка бездушному миллиардеру только потому, что вот такая у него появилась прихоть…

И вообще, зачем ему ребенок таким способом? Он что, не мог заделать его как обычно делают детей люди?

К чему такие сложности?!

Я действительно не понимала, что именно мне делать, но четко осознавала одно — быть инкубатором я не хочу! И если уж так вышло, ребенка своего ему ни за что не отдам!

— Зато он, наверное, хорошо тебе за это заплатит… — отвлек меня от размышлений голос Лизки. Я перевела на нее полный непонимания взгляд.

— Это ты сейчас так пошутила, да?

— Ну, а что… Всего каких-то девять месяцев, зато потом квартиру купишь, станешь москвичкой. Когда еще тебе, девчонке из деревни, представится такой шанс?

— Я не продаюсь! — сухо отрезала я, и в этот момент в дверь громко забарабанили.

Я вздрогнула всем телом и снова схватила несчастный утюжок, словно эта штука способна напугать двухметрового амбала.

— Она не работает, Ань.

— Кто?

— Плойка, — кивнула Лиза на агрегат в моих руках, и я была готова завыть от ее глупости.

— Боже мой, Соловьева, я же не прическу ему делать собралась!

— Тогда вот, возьми фен, он тяжелее.

Стук стал громче, казалось, еще секунда и хлипкая дверь разлетится в щепки.

— Может, спрятаться?

И тут я поняла, что за глупость сморозила. Однокомнатная хрущевка, тут даже кровати нет, чтобы под нее залезть!

К стуку прибавились настойчивые звонки, становилось все страшнее. Я поняла, что они все равно не уйдут, только дверь выломают, как Зинаиде Петровне потом это все объяснять? Поэтому собралась и, хоть и не без страха, подошла к двери и дважды повернула ключ.

По ту сторону стояли два мужчины, в костюмах и даже галстуках, вроде бы ничего страшного, но их пустые взгляды…

— Анна Ивановна, пойдёмте.

— Это куда еще? Никуда я с вами не пойду! А будете ломать дверь — вызову участкового!

Кажется, мой спич не только их не напугал — они его просто не услышали.

— Рустам Тигранович велел доставить вас к нему.

— Если Рустаму Тиграновичу нужно, то пусть он сам… — договорить я не успела, потому что один из охранников просто поднял меня на руки и словно пушинку перекинул через плечо. — Да как вы смеете! — принялась колотить кулаком по его спине, напоминающей размером взлетную полосу. — Вы не имеете никакого права!

— Нас предупреждали, что вы будете сопротивляться.

— Конечно, буду! Пустите! Пустите, кому говорю! Дайте хотя бы вещи собрать!

— Там они вам не понадобятся.

— Где — там?

— На Рублёвке. Ближайшие девять месяцев вы будете жить в доме Рустама Тиграновича.

Ну вот и все, попалась птичка в клетку. Дверца захлопнулась.