Жена на одну ночь - Анастасия Князева

За три дня до свадьбы

Арсен

Снова перечитываю результаты анализов и облегчённо выдыхаю. Виген чист. Никакой наркоты в крови не обнаружено. Видать, не врал кузен, когда мамой клялся.

Вот только облегчения от этого не испытываю от слова совсем. Странное ощущение, предчувствие чего-то нехорошего не даёт расслабиться. Держит за горло и дышать мешает.

Не верю я брату, хоть и знаю теперь, что к чему.

Не знаю почему, но сердце будто не на месте. Пытаюсь понять, найти причину беспокойству, а не получается. Словно упускаю что-то важное. Значимое. И это жутко бесит. Выбивает из колеи и гоняет по кругу.

Мысли то и дело к Лиане возвращаются. Не получается на работе сосредоточиться. Голова другим забита.

Всего сутки прошли с нашей встречи, а я места себе не нахожу. Не могу спать, не могу есть. Даже дышать спокойно на могу!

Ее голос эхом в мозгу отбивает, возвращая странные мысли.

Чем меньше остаётся до свадьбы, тем сильнее это чувство противное. Не потому что ответственности боюсь или брака избегаю. И мандраж перед важным событием тут не причем. Нееет... Это что-то другое. Не поддающееся логическому объяснению.

Хочу видеть ее!

Взять за руку и обнять. Вдохнуть ее запах, насытиться им на ближайшие три дня, чтобы дождаться до момента, когда официально станет моей.

Убедиться, что все хорошо. Что семейка змеиная ничего ей не сделала в мое отсутствие...

А эти могут! В этом ни секунды не сомневаюсь. Особенно братец ее - Манвел.

Стоит о нем вспомнить, как отвращение подкатывает к горлу, что проблеваться тянет. Сжимаю челюсти так, что ещё немного и зубы начнут крошиться.

Одной встречи оказалось достаточно, чтобы понять его сучью натуру.

Скользкий, изворотливый змей, идущий по головам. Таких нигде не уважают. Их терпят, пока есть деньги и необходимость. А потом выбрасывают и забывают, как страшный сон.

Даже его отец это признает.

Сам мне как-то проговорился "между делом". Просил быть внимательнее к Лиане. Мол, семье не очень нравится, что у нее вдруг богатый жених объявился. Да и тема наследства никому из них даёт покоя. Лиана – такой же претендент на семейное состояние, как и Манвел с Мане, хоть и не родная им. Конечно же им это не нравится. Кто захочет делиться с навязанной сестрой, пускай и родственницей по крови?

Понимаю, что так больше продолжаться не может и набираю номер Давида.

Ещё немного, и я просто свихнусь от переживаний. За нее.

Прошу водителя, чтобы заехал за мной и, велев секретарше отменить на сегодня все встречи, выхожу из офиса.

Через час я уже стою в гостиной знакомого особняка и слушаю наигранное воркование Наиры.

Терплю ее только из уважения к Левону. В любой другой ситуации и взглядом бы не удостоил фальшивую аристократку.

В отличие от других, меня не провести напускным лоском и наигранной заботой. Я же насквозь ее вижу. Как смотрит на Лиану, когда рядом нет посторонних. С каким пренебрежением о ней отзывается, словно речь идёт о какой-то дворняжке.

Даже сейчас, вроде бы старается изо всех, а желчь все равно проскальзывает. В каждом слове звенит, льется как из рога изобилия.

Нетерпеливо поглядываю на часы и шумно вдыхаю. Лианы все нет.

Куда же ты запропостилась, маленькая?

– Может, нам лучше шатры поставить? В саду. Как думаете? – сквозь мысли слышу голос будущей тещи и возвращаюсь обратно в реальность.

Наира смотрит на меня в ожидании ответа, а я понятия не имею, о чем она спрашивала. Думаю только о девочке своей.

– Я поднимусь к Лиане, – говорю вскользь, даже не удостоив ее взглядом.

Поднимаюсь на третий этаж и толкаю первую дверь слева и застываю.

Моя девочка стоит перед зеркалом, обхватив тоненькие плечи руками. Длинные каштановые волосы мягкими волнами спускаются до поясницы.

Руку сводит от желания запустить в них пальцы, почувствовать их мягкость, насладиться густой тяжестью холодного шелка...

Лицо бледное, на щеках следы слёз, при виде которых сердце сжимается от жуткой боли.

– Лиан? – бросаюсь к ней и обнимаю крепко. Прижимаю к своей груди, целую макушку с запахом земляники.

Слышу приглушённый всхлип, и внутри что-то обрывается.

Лианааа... Цветочек мой.

Боль в груди не даёт дышать.

Понимаю, что убью любого, кто причастен к этим слезам. Искалечу. Разорву на части.

– Посмотри на меня, – мягко разворачиваю к себе лицом и поднимая за подбородок. – Что случилось?

Пару секунд просто смотрит мне в глаза, а я жду. Не тороплю ее, но и ждать вечно не собираюсь. Мысленно четвертую того, кто причинил ей боль. Наслаждаюсь картинами, которые рисует воображение.

– Манвел?! Это он? – спрашиваю резко, от чего она невольно вздрагивает.

Качает головой.

Знал бы кто, чего мне сейчас стоит сдержаться и не впиться в ее губы долгим поцелуем...

Да только нельзя пока. Не место и не время.

– Наира? – допытываюсь дальше. Не успокоюсь, пока не узнаю правду.

Снова нет.

Продолжаю смотреть в ее темные глаза, словно загипнотизированный.

Сглатываю и спрашиваю хрипло:

– Кто, Цветочек?

– Никто, – выдыхает так тихо, что еле слышу.

Врёт ведь. Вижу, что обидели твари. Но говорить не хочет. Гордая.

Ребенок... Наивная глупая малышка.

Что же ты не хочешь будущему мужу довериться?

Я медленно провожу рукой по ее руке и когда добираюсь до пальцев, сжимаю крепко. Наклоняюсь и целую в открытый лоб. Снова ее ароматом затягиваюсь, наслаждаюсь им, как наркоман последний. А сделать с собой ничего не могу.