Свой чужой - Алла Полански

Из ванной комнаты тем временем доносились еле слышные звуки плещущейся воды, а минуты ожидания тянулись мучительно долго.

Она появилась уже обнаженная, плотно укутанная в белое махровое полотенце. То, что еще полчаса назад слегка выглядывало из ее откровенного декольте, теперь было надёжно скрыто и упаковано, но так хорошо подчёркивалось округлыми формами, что его сердце отчаянно вырывалось из твердой и мускулистой мужской груди.

Потяжелевший воздух буквально разрезал свисающий краешек махровой ткани, который выглядел гораздо эротичнее самой вызывающей в мире мини-юбки. Полотенце обволакивало ее фигуру таким образом, что с трудом сходилось в очень ненадежный узел. Кирилл отчётливо мог рассмотреть безумные линии талии, переходящие в округлые бедра. Она, смущённо улыбнувшись, оказалась рядом с кроватью, поставила на ее край стройную ножку, без сожаления сломав геометрию азартного разреза и, переходя на так несвойственный ей сексуальный шепот, повергла мужчину в окончательный ступор удивительным вопросом:

— Ты обещаешь, что будет хорошо?

***

Моментально позади неё, за обнажённой спиной, его воображение нарисовало крепких мужчин в медицинской одежде и защитных тканевых масках. Один из них явно приходился хирургом и уже вертел в жилистых руках пилу для трепанации черепа, а анестезиолог показушно сунул руки в карманы светло-зеленых брюк, тем самым демонстрируя, что наркоза нет и не будет. Всего одной секунды его горе-фантазии было достаточно, чтобы в туманной голове появились следующие декорации: он отступается от своих бесстыжих планов, она возвращает на ковёр свою безукоризненно отточенную ножку с края кровати и отходит немного поодаль, открывая мужчинам в зелёном путь к его полуголому телу, бессильно лежащему на кровати…

— Обещаю, — мысленно трижды перекрестившись, чтобы не навредить девчонке, прохрипел Кирилл пересохшими от желания и одновременно страха губами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Полина, аккруратно сбросив себе под ноги полотенце, тут же юркнула к нему под одеяло — и он моментально позабыл, как нужно произносить слова… Суровые парни в спец одежде, передумав, стараясь быть незаметными, отправились туда, откуда они пришли — наверное, они вернутся тиранить его после того, как все произойдет. Сволочи…

***

— Я рядом, малышка, — низким голосом прошептал он. — Ты дрожишь… Ты уверена, что хочешь этого?

— Не хочу больше тянуть время, — немного успокоившись, сбивчиво ответила Полина и сильнее притянула его к себе.

Облизав влажным языком свои пересохшие от волнения губы, девушка осознала то, что это будет ее первый раз.

— Покажи мне, что и как нужно делать, — тихо произнесла она ему на ухо. — Я ещё ни разу ни с ке…

— Тщ-щ-щ… — остановил ее Кирилл, подхватывая девушку под левое колено, — доверься мне. И просто слушай себя — это главное.

Он отстранился, получив в ответ удивленный взгляд.

— Нам нуж…

Но Полина оборвала его на полуслове:

— У меня есть.

Откуда-то в ее тонких руках оказался маленький тёмно-синий пакетик, который она повертела в своих пальчиках, а затем вызывающе подбросила его, кинув прямо в ладони Кирилла.

— Да я бы и сам об этом бы позаботился, — сказал он, раскрывая упаковку по запаянному шву.

— Предосторожность не помешает, — улыбнулась

Полина, к тому времени уже набравшись немного смелости. Она наблюдала, как он аккуратно и неспешно сначала примеривал презерватив, а затем плавными движениями надевал его на свой внушительного размера мужской орган.

— Я еще никогда не видела его так близко, — призналась она.

Он улыбнулся краешком рта, но глаза выдавали его с головой — в них плескался огонь страсти и желания, вспыхивая, когда она буквально подливала туда масла, то и дело играя ножками на кровати и расписывая по простыне витиеватые узоры.

— Все хорошо? — выдохнул он, вмиг оказавшись над ее ухом.

Она кивнула, разрешая ему тем самым переходить к более активным действиям.

Ждать больше не было сил, дикое сексуальное желание захлестнуло его, перекрыв кислород, подступающий к горлу. Захлёбываясь от собственных эмоций, глубоко дыша и стараясь выровнять работу лёгких, Кирилл нежно укусил Полину за ушко, рисуя на шее девушки своим горячим и настойчивым языком различные извилистые линии. Спускаясь все ниже, его губы исследовали каждый сантиметр ее тела, оставляя в своей памяти выжженный страстью след, подобно клейму, от которого уже ни за что не избавиться.

Ухоженные пальчики Полины прошлись по его твердой спине, слегка царапая кожу короткими ноготками.

— Скажи, что хочешь меня, — со сбивчивым дыханием негромко произнесла она, обхватывая руками его плечи и расположив свои ноги на его ягодицах.

— Я хочу тебя, — подтвердил он, с трудом сдерживая себя, чтобы резко не проникнуть внутрь нее.

— Ещё… — застонала она.

— Ты такая вкусная, — выдохнул он, чувствуя, как его накрывает волна неистового желания. — Иди ко мне…

Руки мужчины блуждали по всему телу девушки, обжигая его, желая его, все больше подминая под себя с каждым мгновением, с каждым движением.

Его клетки питались дурной кровью, разносившейся по венам с бешеной скоростью.

Ее сердце быстро стучало, не оставляя ни одной надежды на то, что все ещё можно повернуть вспять.

— Расслабься, котенок, — тихим шепотом сказал он, и она даже не успела ему что-либо ответить, как его твёрдая и напряженная часть тела оказалась у самого входа в ее лоно.

Полина приготовилась к тому, что вот сейчас он войдёт в неё, и она ощутит, и каково это быть, настоящей взрослой женщиной. Но вдруг его умелые пальцы незаметно пробрались между ее ног и дотронулись до влажной и нежной кожи, поглаживая ее медленными и плавными круговыми движениями, словно разжигая в девушке ещё большую страсть и предвкушение от предстоящего события.

Она почувствовала, как ее губы накрыли губы жестковатые, мужские, неумолимые. Следующее мгновение — и Полина ощутила осторожный толчок, а затем пронщившую ее острую боль.

— М-м-м… — застонала она, впившись ногтями в кожу на его спине, но снова услышала от Кирилла его уверенное и успокоительное "тщ-щ-щ".