Расправить крылья - Елена Левашова

Егор

Я погряз во вранье и единственное, о чем я сейчас мечтаю — поскорее улететь. Подальше от Илоночки, воспоминаний о проклятой совместной ночи, от Матвея, которому я вынужден лгать.

— Привет, Егорка, — цепкая ладонь Илоны ложится на мое плечо. — Я сказала Матвею, что приеду сюда своим ходом.

— И какую выдумала причину? — спрашиваю таким тоном, словно ее ложь представляет важность.

— Моя подруга попросила помочь ей с уборкой.

— Подруга живет возле аэропорта, я прав? — добавляю сухо, едва справляясь с растущим возмущением.

— Да, — довольно протягивает она, накручивая на пальчик длинную прядь.

— Дай угадаю. Ты и дома сама не убираешься, но объяснение не показалось Матвею странным.

— В точку!

— Что тебе нужно, Илона? Тебе посчастливилось встретить хорошего человека. Он безоговорочно верит тебе, любит, носит на руках. Виноградов разрушил семью ради тебя, черт!

— Я не прощаю плохого отношения, Егорка. — Шипит Илона, нервно поглядывая на вход. — А ты, ты… использовал меня и выбросил, как ненужную, поломанную вещь. Не позвонил…

— Илона, я не принуждал тебя к близости. Ты и сама была не против.

— Я не думала, что на этом все закончится. — В ее глазах сверкают скупые слезинки. Илона изящно взмахивает кистью и утирает их. Достает из сумочки бумажный носовой платок и шумно высмаркивается. Что же за черт, а? Ну, почему именно со мной случается всякая хрень?

— Как я могу искупить свою вину? Я попросил прощение, однако, как я уже понял, этого недостаточно. Чего ты хочешь?

— Тебя, — с придыханием произносит она. — Мне было непросто тебя забыть. Нашу сумасшедшую ночь, взрывающийся за окном новогодний салют, звон бокалов, шипение пузырьков шампанского…

— К чему такая поэтичность? — грубо обрываю ее воспоминания. — А как же Матвей?

— Он прост как три копейки. — С досадой цедит Илона. — Неплохой мужик, однако его недальновидность и предсказуемость они… Мне с ним скучно, Егор. Я хочу умного мужчину рядом. Энергичного, молодого.

— Ты сейчас серьезно, Илон? Так я тебя разочарую: я на год старше Матвея. Как говорит дочь: старпер. Мой тебе совет — найди ровесника, и веселитесь по полной. Энергично и как выражаются молодые отпадно. И, кстати, прямо сейчас твой мужчина направляется к нам.

Мы, как по команде, натягиваем на лица счастливые улыбки. Если Илоночка к таким манипуляциям привыкла, то мне лицемерие дается тяжело. Кажется, Матвей замечает, как вспотела моя рука, которую он энергично жмет.

— Заинька моя, не устала? Замотала тебя Танька с уборкой? — елейным голоском тянет он и целует «заю». Тьфу, мне хочется поскорее распрощаться с ними и улететь. Еще вчера сама мысль об отдыхе вызывала раздражение, а сегодня… Все изменилось за один день.

— Егор, давай подпишем договор. Ты как, не передумал? — в глазах Матвея сквозят неуверенность и напряженность.

Обычно я проверяю документы, которые подписываю, но шумная атмосфера аэропорта не располагает к работе. Звуки шагов и колёс чемоданов, голоса из громкоговорителей — все сливается в суетливый пчелиный рой, словно призванный рассеивать мое внимание.

— Васильков все проверял, Егор. Да и я тоже… Не волнуйся, моей фирме можно доверять. Я еще никого не подводил.

И я сдаюсь. Подписываю документы «на коленке», бегло пробежавшись по страницам. Интуиция кричит: «Опасно, неправильно, глупо!», но я задвигаю ее подальше, выпуская вперед желание поскорее избавиться от «друзей». Да, я хочу, чтобы Матвей ушел и забрал с собой необходимость юлить и притворяться. А Илона… Если она не отстанет, я, черт возьми, не буду молчать и все скажу ему. Подумаешь, лишусь надежного партнера и приятеля! Он мне еще «спасибо» скажет за свободу от этой пиявки.