Сладкий хлеб мачехи - Вера Колочкова

— Девушка, вам куда? Недорого отвезу…

Вздрогнув от прозвучавшего над ухом вкрадчивого мужского голоса, Бася остановилась, улыбнулась нерешительно, глянула заговорившему с ней мужчине в лицо. Ничего вроде. На бандита не похож. Обыкновенный облезлый дядька в замасленной кепке. Глаза веселые и несчастные одновременно, недокуренная папироса торчит в желтых зубах. У них в Семидолье — каждый второй мужик такой. Что ж, ладно. Пусть будет дядька. Тем более она все равно собиралась до тети Дуни на такси ехать.

— А сколько — недорого?

— Да не боись, не разорю. Таксист, может, и разорит, а я — нет. Мне бы на хлебушко заработать. И детишкам на молочишко. Пошли, что ли? Вон моя машина стоит…

— Что ж, пошли…

Машина у дядьки оказалась тоже облезлая, откровенно зияющая пятнами ржавчины «копейка» красного цвета. Багажник открылся с недовольным скрипом, нехотя вобрал в себя ее котомки.

— Ну, куда ехать? Говори адрес, — деловито произнес дядька, когда она уселась рядом с ним на переднее сиденье, покрытое протертым до основания ковриком.

— Улица Новая, дом три! У меня там тетя живет! — весело отрапортовала она, даже не взглянув в листочек с адресом. А чего в него заглядывать? Давно уж наизусть выучила. И номер квартиры у тети Дуни тоже легко запоминающийся — восемнадцатый. Аккурат ее возрасту соответствует. Так что грех не запомнить.

— Новая, говоришь? Хм… А где это? Я вроде все улицы в городе наперечет знаю…

— А это новостройка, наверное. Тетя туда недавно переехала, ей там квартиру дали. А раньше она в бараке жила, на Белореченской.

— Белореченскую знаю, конечно. А улицу Новую… Что, так и называется — Новая?

— Ну да…

— А район какой? Ну, хотя бы ориентировочно.

— Не знаю…

— Что ж, будем искать… — произнес дядька голосом Юрия Никулина из фильма «Бриллиантовая рука», и даже лицо состроил такое же смешное и озабоченное. — Раз есть такая улица, значит, найдем. Ты посиди пока, я тут у наших поспрошаю…

Выскочив из машины, он подошел к группке таких же искателей извозчичьего заработка и, видимо, сильно оживил их своей проблемой. Один искатель пожал плечами, другой развел руки в стороны, третий тоже замотал головой задумчиво. Зато четвертый тоже сначала было задумался, а потом, хлопнув себя по лбу, начал радостно махать перед дядькиным носом руками, пытаясь изобразить маршрут проезда. Похоже, нашлась тети-Дунина улица. Вот уже и дядька обратно бежит, придерживая на ходу свою кепочку.

— Ну все, порядок. Понял я, где твоя тетя живет. Поехали! — плюхнулся он на водительское сиденье, провернул ключ зажигания, сдал немного назад и ловко выехал из тоскливого ряда таких же старых машин, выруливая на проезжую часть. — Ну, и откуда ж ты такая приехала, девушка без адреса? — с улыбкой повернулся он к ней, остановившись на красный огонек светофора. — Кино раньше такое было, смотрела? «Девушка без адреса»?

— Почему — без адреса? Я как раз с адресом. А приехала я издалека. С Алтая.

— Ух ты… С Алтая, значит. Тетку решила проведать. А она тебя хоть ждет, тетка-то? А то знаешь, как бывает…

— Ждет, конечно! Вообще-то тетка, мамина сестра, не очень гостеприимная, и мы с мамой к ней ни разу так и не съездили. Я вообще дальше нашего Семидолья никуда не выезжала… А тут вдруг она, тетя Дуня, взяла и сама написала — приезжай, мол, ко мне. В институт поступишь, поживешь у меня…

— Тетя Дуня? Хм… Хорошее имечко. Доброе. Сейчас уж так никого не называют, если только для экзотики… Сейчас все Снежаны да Анжелики родятся. Никто не хочет свое дитя в Дуньках растить. Значит, жить у нее будешь?

— Ага…

— И в институт поступать будешь?

— Конечно, буду! Мне бы только успеть… Сегодня последний день, когда документы принимают.

— Да успеешь! Сейчас к твоей тетке приедем, вещи забросишь, и я тебя к институту мигом доставлю.

— Ой, а дорого?

— Да не, не боись… Какой навар от таких белобрысеньких? Дороже денег не возьму.

— А далеко нам еще ехать?

— Не очень. Вот эту улицу проедем, потом на мост повернем, а там налево — твоя новостройка. Надо же, а я и не знал, что там уже целую улицу построили… Наверное, и проезда хорошего толком нет…

Дядька оказался прав — проезда к дому и впрямь не было. А были сплошные рытвины да горы не убранного строителями мусора. Присвистнув, он остановил машину, произнес неуверенно:

— Не, девушка, туда мне не проехать… Давай так сделаем. Ты иди, вещи забрось и возвращайся. А я тебя здесь подожду. Только рассчитайся со мной для порядку. А то, знаешь, всяко бывает…

Рассчитавшись с водителем, который, надо сказать, и впрямь взял с нее по-божески, Бася выскочила из машины, приняла из багажника свою поклажу и, отказавшись от предложенной помощи, торопливо заковыляла на высоких каблуках к дому.

Он был совсем-совсем новенький — даже лифт еще не работал, и в подъезде отчаянно пахло масляной краской. И двери квартир были одинаковые, безликие. Даже табличек с номерами на них еще не было. Четыре квартиры на площадке, значит, ей на пятый этаж подниматься придется. С чемоданом, с сумками… Дай бог, чтобы тетя Дуня еще и дома была…

Она была дома. Открыла дверь, уставилась подозрительно, не узнавая. Да и то — сколько они с ней не виделись? Лет шесть, наверное. Ну да, шесть лет назад она как раз и приезжала — на дедушкины похороны. Ей тогда двенадцать было, совсем девчонка. А вот она ее сразу узнала — нисколько тетка с тех пор не изменилась. Такая же худая, вернее, сухая, как щепка, и на вид очень строгая. Ишь, как смотрит, как иглой колет.

— Здрасте, теть Дунь! Вот я и приехала…

— Баська… Ты, что ли?

— Да я, я! Здравствуйте, говорю!

— Боже мой, и впрямь Баська… Выросла-то как! Я ведь и не узнала тебя! Ну, заходи…

Вот так вот. Ни объятий, ни поцелуев. Вся она в этом — тетя Дуня. Позвать позвала, а обнять да обрадоваться — это уж извините. Ну да ладно, придется и без нежностей обойтись.

— Уфф… Еле вас нашла, тетя Дуня! Таксист даже адреса такого не знал, представляете?

— А как ты хотела? Это ж новостройка все-таки. До центра теперь добираться два часа надо. И транспорт сюда почти не ходит.

— Ой… А как же вы теперь?

— Да нормально, чего ж! Мне теперь, знаешь, этот транспорт вообще без надобности, я ж на пенсию неделю назад вышла… Как узнала, что мне квартиру в новостройке, наконец, выделили, сразу заявление подала! От радости, наверное. Шутка ли — сорок лет в очереди в горсовете выстоять… Я ж сюда сорок лет назад приехала — такая же была худенькая да беленькая, как ты… Только мне, в отличие от тебя, некуда было ехать, никто меня здесь не ждал. Ой, да ты проходи, проходи, чего мы на пороге-то! Где твои вещи? Вместе теперь будем в хоромах осваиваться. Я ж недавно совсем переехала. И письмо вам сразу на радостях черкнула. А ты уж тут как тут, нарисовалась… Ну, пойдем чай пить, что ли.