Лето, книжка и любовь! - Александра Кэрью

Лия почти не спала в ту ночь, просто лежала в постели, думала, что все могло бы быть иначе, и чувствовала, что сыграла на руку Белле. Эта женщина управляла всем оркестром. Лия вспоминала разговоры с Беном, когда Белла пригласила его на ужин, чтобы прочитать ее так называемые тексты, и потом вечером, позднее, но каждый раз слова приобретали разный смысл, и она уже не доверяла своей памяти. Она словно смотрела кино во второй раз, и подумала, что память имеет интересное свойство, иногда все запоминается так, как хочется, а не так, как было.

Утром, устав от ночи, она встала рано, полила цветы, заварила себе чаю и стала планировать день. Странно, но она начала видеть комическую сторону этой истории, когда простое недопонимание изменило их с Беном жизни настолько драматически. Ирония судьбы, если это была судьба, заключалась в том, что два человека, профессии которых основывались на их способности общаться, просто не поняли друг друга. Это было действительно смешно. Интересно, понимал ли это Бен. Она приняла душ, оделась и обрадовалась, что впереди у нее был целый день. Обычно она не вставала раньше девяти, а сегодня была готова приступить к работе в восемь, что было маленьким чудом.

Этьен принес ей два больших пакета позднего инжира, мягкие, чувственные, фиолетовые плоды, и она собиралась сварить варенье, разлить его по банкам и закончить главу о фруктах и вареньях. У нее не было рецепта, только собственный опыт. Она разогрела сахар, добавила лимонного сока и воды, затем положила в полученный сироп фрукты и поставила вариться на час.

Она достала банки, помыла и прогрела их в духовке и собиралась раскладывать варенье, когда раздался стук в дверь и появился Бен с пакетом круассанов и свежим хлебом в руках.

— Ты рано встала, — удивленно заметил он.

— Не спалось, поэтому варю варенье. Мне надо закончить, помоги, пожалуйста.

Несмотря ни на что, с ним было легко и просто. Она разложила варенье по банкам, а Бен закрыл их крышками. Они работали вместе, синхронно, как на конвейере, и быстро закончили.

— Можешь взять баночку за свои труды, — сказала Лия, вытерев каплю варенья со своей футболки. — Но не трогай варенье пару месяцев.

Они уселись на террасе завтракать. Воцарилось молчание, а потом они одновременно начали говорить и рассмеялись.

— Я подумал, каким я был идиотом, что потерял тебя, — начал он.

— Я тоже, — согласилась она. — Но я не могла вынести призрака Беллы. Знаю, я ревнива, и знаю, что это глупо, но мне казалось, что она выиграла. Мне кажется, что она вообще всегда выигрывает.

— Я никогда не принимал ее всерьез, — ответил он. — У нас были короткие отношения год назад, но это было закончено тогда же.

— Но она так к тебе цеплялась, попросила сделать снимки дома, — почему-то сейчас говорить о ней было для Лии легко. — Так вмешивалась в твою работу, пыталась контролировать книгу или выставку, что казалось, она полностью управляет тобой.

— Я это так не воспринимал, — покачал головой Бен. — Я видел в ней друга. Назойливого, надо признать. Я говорил тебе, я убедился, что друзья очень важны, они помогают пережить трудные времена.

— За счет любимых, — быстро вставила Лия. — Ты же знал, что мне это неприятно.

— Знаю, и теперь понимаю, что был неправ. Но мне не нравится чувствовать себя пойманным. Тот ультиматум, или ты видишься с ней, или никогда не увидишь меня, был как шантаж. Я это ненавижу.

Лия съежилась, неужели это так выглядело? И решила, что лучшая форма защиты — это нападение.

— Да, но, Бен, я уже говорила вчера. Когда я сказала «ужинай с ней, и ты меня больше не увидишь», я не имела в виду «ты меня больше не увидишь», — сказав, она сразу поняла, как нелогично это звучит. — Я имела в виду, что это обижает меня, и мне хотелось, чтобы ты сказал, показал и доказал, что я тебе не безразлична.

— Так почему ты так не сказала?

— Потому что! — Лия закатила глаза. — Потому что ты должен был понять это!

— Ради всего святого, — засмеялся он, подливая себе кофе. — Надо было обратиться к Пичс, чтобы научила меня ясновидению. Как еще я мог это понять?

Лия откинулась назад, побежденная, но с чувством облегчения, что они все еще могли вместе смеяться и могли оставаться друзьями.

— Надо признать, что мужчины и женщины думают и действуют по-разному, — сказала она, — и смириться с этим.

— Именно, — засмеялся он и отломил краешек шоколатина. — Ты счастлива?

— Последнее время все довольно сложно, — кивнула она неопределенно. — У него проблемы в делах. А все остальное отлично.

— Он к тебе хорошо относится?

— Очень. И поверь, Хлоя неправа. Он абсолютно другой, зрелый. Мы все здесь как дети, пытаемся разобраться в жизни, а он купил огромный дом, у него большая ответственность и он просто на другом уровне, — она увидела, как это было неприятно Бену. — Поверь, я не хотела расставаться с тобой. Я хотела, чтобы ты вернулся и мы помирились. Это было не так трудно.