Все тайны ночи - Линси Сэндс

— Да, — пробормотала Лисианна, уткнувшись лицом в его плечо. Вдруг она встрепенулась. — Как ты? С тобой все в порядке? — с тревогой прошептала она.

Молча кивнув, он отодвинулся в сторону.

Внезапно заметив, какой он бледный, Лисианна всполошилась. Спрыгнув на пол, она поспешно разобрала постель, откинула одеяло и заставила Грега лечь. Но едва она, укутав его одеялом, попыталась выпрямиться, как он потянул ее к себе, не в силах смириться с тем, что их близости наступит конец. Лисианна не стала возражать — скользнув под одеяло, она крепко прижалась к нему, свернулась калачиком и едва не замурлыкала, когда Грег обнял ее. Закрыв глаза, уронила голову ему на плечо и вдруг поймала себя на том, что с удовольствием провела бы в его объятиях всю оставшуюся жизнь.

Какое-то время они лежали молча, бездумно отдавшись ощущению близости. Потом Грег, приподнявшись на локте, заглянул ей в глаза.

— Лисианна, — прошептал он, — а что такое «твоя половинка»?

— Где ты это слышал? — дрогнувшим голосом спросила она.

— Томас посоветовал спросить у тебя. Сказал, что ты мне объяснишь.

Лисианна долго молчала, наконец смущенно покашляла.

— Моя мать рассказывала, что у каждого человека есть половинка. Тот, кто идеально подходит тебе… с кем ты будешь счастлив провести остаток жизни.

— Расскажи мне о своем дяде, — вдруг попросил Грег.

Удивленно моргнув, Лисианна тоже приподнялась на локте и посмотрела ему в глаза.

— Зачем?

— Потому что, как мне кажется, и ты, и твои кузины до смерти его боитесь. И я хочу знать почему.

Жалея, что приходится возвращаться к действительности, Лисианна с тяжелым вздохом уронила голову на подушку и задумалась. В комнате повисло молчание.

— Он очень старый и… очень холодный. Во всяком случае, так говорит Томас.

— Холодный и старый… — эхом повторил Грег.

Лисианна кивнула.

— Нет. Я не хочу сказать, что он жестокий или… — Она слегка передернула плечами. — Просто… понимаешь, Грег, он уже очень долго живет на свете. Несколько тысяч лет. Можно сказать, целую вечность. Он был воином в Риме, воином в средневековой Англии… — Она пожала плечами. — По-моему, он был им всегда. Бесчисленное количество раз видел, как люди рождаются на свет и умирают… возможно, ему и самому не раз случалось убивать — в бою. А теперь он член Совета и делает то, что велит ему долг, чтобы спасти свой народ.

Грег долго молчал, обдумывая ее слова. Брови его сдвинулись.

— А есть хоть какая-то вероятность, что Совету удастся проделать со мной эту штуку, не превратив мои мозги в кашу? — шепотом спросил он.

— Не думай об этом! — воскликнула Лисианна. — Я не позволю им сделать это с тобой!

— Интересно, и как ты можешь этому помешать? — хмыкнул Грег. — Высший совет как-никак! Правительство и полиция в одном лице, верно?

— Да. — Она опустила голову.

— И поскольку ты не ответила на мой вопрос, вывод напрашивается сам собой: шансов у меня никаких. — Грег поежился. Он был прав. Лисианна понимала, что возражать бесполезно. — Итак, получается, если мы попробуем бежать, они скорее всего отыщут нас. Сначала превратят меня в идиота, а потом займутся тобой. И одному Богу известно, что они тогда с тобой сделают. — Он покачал головой.

— Все возможно, — прошептала Лисианна, прислонившись лбом к его груди.

Они долго молчали. Внезапно она вскинула на него глаза.

— Есть только один способ защитить тебя от них, — едва слышно пробормотала она.

— Интересно какой? Сменить пол и улететь в Тимбукту? — криво усмехнулся Грег, поглаживая ладонью ее пышные, рассылавшиеся по плечам волосы.

— Боюсь, это вряд ли тебя спасет, — упавшим голосом, пробормотала она. — Они отыщут и там.

— Тогда как?..

— Я могу обратить тебя, — быстро сказала Лисианна.

Грег застыл как громом пораженный. Лисианне показалось, она услышала, как его сердце на мгновение замерло, а потом забилось снова. В сущности, так оно и было.

— Обратить меня? — вновь обретя способность дышать, переспросил Грег. — Ты имеешь в виду… сделать меня одним из вас?!

— Да. Если ты будешь одним из нас, они перестанут опасаться, что ты выдашь нас властям и о нашем существовании станет известно. Ведь тогда опасность будет грозить и тебе тоже. И у них не будет нужды просить о помощи Совет.

— Ты готова сделать меня своим спутником жизни только ради того, чтобы спасти?

— Если я обращу тебя, это вовсе не значит, что ты автоматически станешь моим спутником жизни.

Грег улыбнулся:

— Вот как? Выходит, это не обязательно?

— Нет, конечно! Хотя в чем-то ты прав — большинство моих сородичей обращают именно тех, кого любят. Но не всегда. Бывают и другие причины.

— Но если потом ты вдруг встретишь того, кого полюбишь, то уже не сможешь обратить его, верно?

Лисианна молча пожала плечами и, выскользнув из постели, направилась к двери.

— Лисси! — неуверенно окликнул Грег.

Обернувшись, она увидела, что он сидит на постели с озадаченным выражением лица. По губам девушки скользнула улыбка.

— Подумай над моими словами. Помни, что речь сейчас идет о вечности… во всяком случае, о том, что смертные называют вечностью. Готов ли ты пожертвовать возможностью проводить долгие часы на солнце и вместо этого обречь себя на бесконечную жизнь в полумраке? Сможешь ли ты заставить себя пить кровь себе подобных? И если перед тобой встанет тот же выбор, что сейчас стоит передо мной, согласишься ли ты вонзить клыки в чье-то горло, чтобы выжить? И самое главное — готов ли ты навсегда отказаться от своей семьи?

— Отказаться от семьи? — вскинулся Грег.

— Да, — с грустью прошептала она. — Ты ведь не сможешь рассказать им, кем стал. Совет никогда не даст тебе разрешения.

— Да, конечно, я понимаю, но…

— А как через двадцать лет ты объяснишь им, почему за все эти годы не постарел ни на один день? — перебила Лисианна. — Да никак, потому что это невозможно. Так что тебе придется жить, зная, что у тебя в запасе пять, ну, может, шесть лет, а потом тебе придется навсегда исчезнуть из их жизни. Ты должен будешь инсценировать свою смерть и смириться с тем, что никогда не увидишь их снова.

Бросив взгляд на его потрясенное лицо, Лисианна опустила глаза.

— Ты не думал об этом, верно? — глухо проговорила она. — Ты думал только о том, как здорово навсегда остаться молодым. Но есть обратная сторона, и ты не должен забывать о ней, Грег. Это билет в один конец, помни об этом.

Сердце у Грега упало. Лисианна оказалась права — он действительно не думал об этом.