В самом Сердце Стужи. Том IV - Александр Якубович

— Думаете, миледи было бы комфортно посреди леса среди мужичья? — удивился сидящий рядом на бревне Петер, после чего жрец приложился к кружке с пивом. Клянусь богом, толстяк влил в себя почти пол-литра за три больших глотка, с чувством выдохнул, после чего утер пену с губ рукавом своей мантии.

— Она же занимается судейством, даже когда теперь я в замке, — ответил я. — Дважды на неделю, принимает и мастеровых, и крестьян с их жалобами. И я никогда не слышал, чтобы она плохо отзывалась о людях.

— Миледи слишком благородна, чтобы возноситься за счет черни, — поддакнул Петер.

— Я бы хотел, чтобы она на это посмотрела, — продолжил я, уже глядя вверх по склону, туда, где за деревьями скрывалась строительная площадка. — На плоды наших трудов, бесконечных планов и расчетов. Чтобы посмотрела, куда ушли наши бесчисленные вечера с пером в руках.

— Кажется, вы зря поехали сюда, милорд, — усмехнулся Петер. — Если бы вы попросили, я бы сам посетил мельницу, тем более, тут уже долгое время работает часть моих прихожан. Да и побеседовать с мастеровыми из других городов было бы мне полезно.

— Хотите рассказать им о своем походе вместе с баронской дружиной? — догадался я.

Петер лукаво улыбнулся, после чего опрокинул в себя остатки пива, чтобы пойти за новой порцией к бочонку. Трактирщица вывесила метлу над дверью прямо в день нашего отъезда из Херцкальта, а это означало, что новая партия готова и заведение ждет гостей. Так что в дорогу мы взяли свежего продукта, который точно не прокиснет даже по жаре.

— Вы придумали такое дивное устройство-охладитель, лишь бы порадовать и удивить супругу, — продолжил жрец после того, как вернулся от бочонка с наполненной кружкой, — а пришлось ехать в эту глушь. Конечно же, вам хочется, чтобы миледи была рядом.

— Вы очень поэтичны, препозитор, — покачал я головой.

— Да ладно вам, милорд, — махнул рукой Петер. — Впереди осень, свадебная пора. Уже три пары заглядывали в храм, просились провести церемонию заключения брака! Вот, сейчас решают, будут жениться все вместе, чтобы дешевле было, али по отдельности. Все же, все из соседних поселков, ни одного городского. Им благословение получить, и вернуться всей гурьбой к семьям, праздновать. А мне оплату за работу получить.

— Правильно, — кивнул я. — Вы и так ходите на именины за стол, а не за плату. Хоть с новобрачных деньгами берите.

— А зачем заставлять едва разродившихся женщин рисковать? — удивился Петер. — Если родни много, то сами принесут на носилках, а так что? Надел небольшой, а мне прогулка. Опять же, покормят вкусно, а то в трактирах уже все приелось… Ох, а как по осени-то славно будет! По осени-то свиней колоть начинают, а это уже совсем другой стол! Колбаски, отбивные, вареные паштеты! А уши? Копченые уши самый смак к пиву! И детишек по осени много рождается, так что я лучше за стол работать буду, нежели за монету. Тем более, куда мне эти деньги тратить? Моей доли с трофеев с лихвой на пару лет хватит.

— Вы удивительно не склонны к накопительству, препозитор, — ответил я.

Петер как-то грустно улыбнулся, опять отпивая пива.

— Стяжательство есть губительный порок, милорд, да и я должен соответствовать лорду надела как главный духовник, — протянул жрец. — А если лорд сам к мастерам ходит и за свои деньги мельницу ставит, лишь бы людям дешевле было, я что, за каждое слово должен по четвертушке требовать? А за фразу по медяку? Алдир любит и оберегает меня, так что я должен нести его свет бескорыстно. Вот, стол хороший накрыли, встретили, как подобает встречать жреца, я милость Отца нашего в дом принес людям, Слово его сказал. А богатства… Желал бы я жить в сытости да достатке, милорд, я бы на ферме у родителей своих остался! Они у меня хоть всю жизнь со свиньями бок о бок, да мошна потуже, чем у многих купцов! Ибо дело свое знают и любят!

— А вы свое дело любите, препозитор? — спросил я, вклинившись в тираду захмелевшего жреца.

— А то же! — Мигом возмутился Петер. — На самом деле мне кажется, что сам Алдир привел меня на север, в Херцкальт. Ведь какая удивительная история, я никогда не бывал западнее Брастера и уж тем более на землях графа Фиано, но его дочь как-то сумела прознать о моих намерениях, хотя мое имя упорно затиралось в храме! Никто не хотел давать молодому толстяку целый приход и такой шанс! Уж точно, это воля Алдира, что я оказался здесь, на своем месте!

— Думаете, у вас были одни учителя? — уточнил я.

— А как иначе? — покачал головой Петер. — Говорю вам, милорд, ваша супруга удивительная женщина и должна была стать великим человеком, великим деятелем храма, если бы не вышла замуж! Не знаю, что случилось, но уж точно обучалась миледи у кого-то мудрого и высокопоставленного, раз уж смогла разыскать меня, всеми забытого и сосланного после обучения обратно к родителям, на свиноферму. И я ей за это безмерно благодарен!

Ну что же, это был еще один интересный факт, кирпичик в реальную биографию моей жены. Конечно же, у меня были свои догадки на счет того, что произошло, но мысли Петера о том, что Эрен узнала о нем через своих учителей, ведь он никогда не бывал на землях графа Фиано, выглядели здраво. Скорее всего, так оно и было.

Единственный вопрос заключался в том, почему моя жена не хочет рассказывать о своем храмовом прошлом? Мы оба уже стали достаточно небрежны для того, чтобы у нас обоих появились неудобные вопросы, но Эрен молчала, как молчал и я. Хотя, если появится хороший повод или возможность поговорить откровенно…

Вот только в этом случае мне все равно придется лгать своей супруге, ведь я не могу рассказать девушке о том, что я пришелец из иного мира. Может быть, стоит сказать, что я иностранец? Королевство Сорог находится очень далеко, и выходцев из тех земель в Халдоне в глаза не видели, корабли изредка приходили в порты Шебара, и дальше торговцы по земле не шли. Может, стоит сказать, что я оттуда? Из-за моря, с другого местного континента?

По своему опыту я знал, что стоит поддерживать людей в их заблуждениях, это проще всего.

Я много сил и нервов потратил на ругань с собственной