До края земли - Элизабет Лоуэлл

В опустошенной душе Кэт промелькнула желанная картина тепла и заботы: Трэвис улыбается, целует ее и кормит разнообразными лакомствами.

У нее закружилась голова, а тело охватила дрожь.

Нельзя думать о Трэвисе!

– Тебе нужно регулярно питаться, – продолжала доктор Стоун, – и соблюдать постельный режим, пока не прекратятся выделения, если они вообще прекратятся.

– Можно ли мне ненадолго вставать, чтобы пойти в ванную или быстро приготовить еду? – спросила Кэт.

– В ванную – да. Приготовить еду – возможно. Но кто будет ходить за тебя в магазин, мыть посуду, стирать белье, убирать? Кто будет…

– Я найду кого-нибудь или найму.

Что-то обдумав, доктор Стоун осведомилась:

– Ты живешь у самого моря, верно?

– Да.

– Поднимаешься по лестницам?

– Да.

– Тебе нельзя подниматься по лестнице и брать в руки ничего тяжелее чашки чая. О фотографировании забудь, Кэтрин Кохран.

Кэт поняла, что не станет рисковать ребенком ради фотографий, несмотря на свою страшную нужду в деньгах.

– Тебе позвонят из службы социального обеспечения. – Доктор Стоун что-то быстро записывала в истории болезни. – Раз в день тебе будут доставлять горячую пищу. А теперь отправляйся домой и никуда больше не выезжай. Как приедешь, сразу ложись в кровать.

– Хорошо.

Доктор взяла холодную руку Кэт.

– Хорошенько подумай о том, что делаешь. Ты не можешь сейчас зарабатывать на жизнь, и вместе с тем у тебя нет денег.

– Я заплачу вам, не думайте…

– Не зли меня, – оборвала ее доктор. – Я говорю не о гонораре, а о повседневных тратах. Если ты сляжешь на несколько недель, а может, и месяцев, на что будешь жить?

– Я справлюсь и заработаю на жизнь.

Доктор Стоун поморщилась.

– Тогда, пожалуйста, учти еще одно. Как бы ты ни поступила, нельзя исключить выкидыша еще до начала четвертого месяца беременности.

– Нет!

– Да. Но для тебя это не последняя возможность завести ребенка. В следующий раз, когда забеременеешь, мы поговорим о более приятных вещах, например, о капризных детях и грязных пеленках.

Но Кэт знала, что следующего раза не будет. Она никогда уже не поверит мужчине.

Конечно, со временем ей станет лучше – сработает инстинкт самосохранения. Но Кэт хотела, чтобы он сработал сейчас, во что бы то ни стало и чего бы это ни стоило.

– Я выпишу тебе таблетки от тошноты на несколько недель. – Доктор, выпустив руку Кэт, быстро выписала рецепт.

–Это не повредит ребенку?

– Нет. Больше всего ребенку вредит слабое здоровье матери. А ты не восстановишь свои силы, если не будешь есть. Сестра сделает тебе сейчас несколько уколов. Я буду навещать тебя раз в неделю, а если потребуется, то и чаще. Есть какие-нибудь вопросы?

Кэт покачала головой. Доктор Стоун улыбнулась.

– Если что-то случится, позвони мне, Кэти. Я постараюсь помочь.

* * *

По пути домой Кэт размышляла о том, что ей нужно сделать. Купить продуктов, открыть и закрыть дверь гаража, спуститься с пакетами по лестнице к дому, убрать продукты в шкаф. Она не собиралась сегодня в магазин, однако необходимо как следует питаться.

Эти простые действия показались ей такими сложными, что она заставила себя сосредоточиться на чем-то одном.

Она, хорошая пловчиха, непременно доберется до берега. Это ей всегда удавалось.

Кэт свернула на подъездную аллею, посмотрела на закрытую дверь гаража и задумчиво пожала плечами. Пусть “тойота” постоит снаружи до тех пор, пока она не сможет снова поднять и опустить дверь гаража.

Выбравшись из автомобиля, Кэт осторожно спустилась по лестнице. В доме ее ждали еще два пролета. Тщательно все взвесив, она решила позвонить Шэрон, а не штурмовать соседскую лестницу, еще более крутую, и набрала номер.

– Шэрон? Это Кэти.

– О Боже! Джейсон опоздал на школьный автобус?

– Нет. – Кэт охватили сомнения. Просить о помощи очень трудно, но выхода нет. – Не сделаешь ли мне одолжение?

– Только скажи какое, – бодро ответила Шэрон.

– Врач прописала мне постельный режим и запретила поднимать тяжести, даже фотоаппарат.

– Кэти! Что случилось? Ты заболела?

В голосе Шэрон чувствовалось неподдельное беспокойство. Очаровательный Джейсон сумел подружить этих двух самых дорогих для него женщин.

– Заболела? – Кэт усмехнулась. – Нет, не заболела, я забеременела и хочу сохранить эту беременность. Так что мне велено лежать, пока не прекратится кровотечение.

– Кэти… ох, Кэти, даже не знаю, что делать – поздравлять тебя или плакать. Трэвис обрадовался, узнав об этом?

– Это мое собственное решение, – холодно ответила Кэт. – Но поздравь меня, я хочу этого ребенка и приложу все силы, чтобы он появился на свет.

– Я сделаю все, что смогу. У меня дважды были выкидыши, прежде чем появились близнецы, да и они родились на пять недель раньше срока, несмотря на все мои старания.

– Извини, – прошептала Кэт, – я не знала.

– Женщины обычно не говорят о выкидышах, чтобы не чувствовать себя неполноценными. Глупо, конечно, но это так. Не попадись в эту ловушку, Кэти. Потерять ребенка очень тяжело, но ни в коем случае нельзя укорять себя за это, иначе можно разрушить семью.

– У меня таких проблем нет.

– Что ж, тогда ложись в постель. Если у тебя нет срочных дел, я наведаюсь, как только к близнецам придет няня.

– Сейчас ничего не надо. Я прекрасно себя чувствую, в самом деле прекрасно. Спасибо тебе, Шэрон.

– Не благодари меня. Если бы не ты, Джейсон со мной не разговаривал бы.

* * *

Вечером, лежа в постели, Кэт смотрела на заход солнца. Весь горизонт на западе пылал, а море блестело золотом и пурпуром.

А затем она увидела “Повелительницу ветров”, скользящую по горящему морю. Ее мощный черный прекрасный силуэт уходил в темноту вслед за умирающим солнцем.

Уплывает… уплыл…

Трэвис уносился в ночь на крыльях большой черной птицы, не оставляя Кэт ничего, кроме отблеска заходящего солнца.

Наконец Кэт заснула. Спала она плохо. Проснувшись посреди ночи, Кэт с трудом сдержала крик.

Не было никакой кровати, никакого дома, никакой земли. Было только ощущение падения, она падала.

Вокруг не за что было ухватиться, оставалось надеяться лишь на рассвет.