Идеальное совпадение - Кэнди Стайнер

Отпустив меня, Винс потер шею.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я совершенно не разбираюсь, чем заняться дальше. Даже не уверен, что у меня есть нужные принадлежности.

В предвкушении я широко улыбнулась так, что чуть щеки не лопнули, и огляделась.

– Да у тебя их тут полно. Давай приступать.

Винс включил музыку, а потом доверил мне руководство, чтобы я говорила, что ему делать. Для начала я разместила каждое растение в новый горшок, убедившись, что подобрала правильный размер и верное дренажное отверстие. Потом показала Винсу, как пересаживать растения, а он приподнял бровь, когда я спросила, осознает ли он, какой беспорядок мы учиним на его безукоризненных деревянных полах. Но ему начхать. Винс заверил, что уборка того стоит.

После этого мы вошли в привычный ритм: пересаживали растения и обрезали засохшие листья, а потом расставляли горшки на полке. С каждым новым растением, обретшим дом, я улыбалась все ярче, чувствуя, как в груди разливается неоднозначное тепло при мысли, что мы выставляем частичку каждого из нас.

– Почему ты слушаешь французскую музыку? – спросила я, занимаясь монстерой, пока Винс аккуратно насыпал почву в один из горшков со сциндапсусом.

– Она успокаивает, – сказал он.

– Ты хоть представляешь, о чем они поют?

– Без понятия!

Я рассмеялась, слушая песню. Она была медленной и романтичной, хотя я ни слова не понимала.

– Она довольно приятная.

– Думаю, я отношусь к музыке так же, как к гончарному делу, – сказал Винс. – Необязательно понимать ее, чтобы знать, что она красива. – Он замолчал, нахмурившись от своих же слов, а потом перевел взгляд на меня. – Забавно. То же самое я чувствую и по отношению к тебе.

Я скрыла улыбку, схватила немного земли и скатала ее в комок, а потом бросила в него.

– Лестью вы ничего не добьетесь, сэр.

– Ты в этом уверена? – спросил он и поставил горшок, а потом пополз по полу ко мне.

– Эй, не мешай. Монстеру нужно… ай!

Я рассмеялась, когда Винс схватил меня за ногу и стащил со стула. Я упала к нему на колени и задержала дыхание, как только он заглушил меня поцелуем. Мы оба испачкались, земля была даже под ногтями, но поцелуи из медленных и сладких превратились в настойчивые и уверенные.

День плавно перешел в вечер, солнце медленно ползло по комнате, когда Винс раздел меня и уложил прямо на грязный пол. Казалось, что мы трахаемся в лесу, а французская музыка добавляла волшебные ощущения, которые навсегда запечатлелись в моей памяти.

* * *

Ночью, когда Винс уже крепко спал, я лежала рядом с ним и читала статью в телефоне.

Наверное, я хотела себя помучить.

Наверное, хотела напомнить, кто я и кто Винс. Что правила, которые мы обрисовали, нужно соблюдать.

Наверное, я намеревалась испортить этот прекрасный день, пролить дождь на солнечное утро, пока чувства не успели перерасти в нечто большее.

Потому, что я ввела в поисковик «Жены игроков НХЛ» и обреченно листала найденную информацию.

Модели. Актрисы. Спортивные комментаторы. Поп-звезды. Богатые наследницы.

Чем больше я читала, тем сильнее подкатывала тошнота. Когда по щеке стекла слеза, я шмыгнула носом, смахнула ее и закрыла приложение. Я лежала, уставившись в потолок, и прижимала телефон к груди, в которой гулко билось сердце.

Затем выдохнула, открыла телефон и стала писать новую заметку.

Я по пунктам перечислила цели и задачи: придумать имя для нового аккаунта, продумать на шесть месяцев контент с местными программами по работе с общественностью и героями, создать сайт для людей, которые хотят принять участие, приобрести новую камеру и телефон, съездить на отдых с Ливией, провести выходные с родителями, переделать патио, сделать новую прическу, купить новое платье, наколоть татушку, завести кота?

На двадцатом пункте я вздохнула и посмотрела на список, чувствуя ком в горле.

Я назвала этот список «Жизнь после Винса Танева».

А потом тихонько положила телефон на тумбу и свернулась калачиком за самым сексуальным хоккеистом-новичком, обвила его руками и в этой темной комнате позволила себе сделать признание, которое никогда не произнесла бы вслух.

Глава 31. Реальная чертова проблема

Винс

Мы опережали на три очка, когда я сбросил краги и затеял драку с парнем намного крупнее меня.

Один из голов сегодня был моим, наряду с голевой передачей, что, похоже, разозлило Остина Маршана, потому что защитник «Атланты» жестко прижал меня к бортам. Он усмехнулся сквозь маску и сказал:

– Милое шоу сегодня, Танев. Видимо, у твоей девушки золотая вагина? Передай ее мне, когда закончишь.

Я стиснул зубы, вмазал ему локтем в ребра и начал на него орать. Он повалил меня на лед, где с минуту мы дрались, прежде чем я вскочил на ноги. Маршан тоже встал и ухмыльнулся залитым кровью ртом, будто уже победил.

Потому я сбросил перчатки, и мы сцепились с ним под рев двадцати тысяч фанатов «Оспрейс».

Когда судьи оттащили нас друг от друга и заставили меня откатиться к штрафной площадке, я кипел от злости. Обычно после такой драки я заводил толпу, но сейчас никак не мог перестать злиться. Мне хотелось выбить этому мудиле зубы, чтобы он больше никогда не говорил о Мэйвен в подобном тоне. И без того при каждом вопросе журналистов было тяжко отрицать, что между нами есть отношения, но когда другой игрок – черт, да кто угодно – говорил о ней гадости, как будто она всего лишь горячая штучка, я закипал.

Не прокатит, вашу мать!

Товарищи Маршана подзуживали меня, пока я сидел на штрафной скамье, а несколько фанатов «Атланты» били по стеклу над моей головой, но я всех их игнорировал. Я перевел взгляд на тренера, который посмотрел на меня, многозначительно приподняв бровь и давая понять, что еще потребует объяснений. Но он не злился, потому что мы выигрывали. А теперь у нас было еще больше задора, потому что наши фанаты воодушевились и подбадривали нас речевками. На лед преждевременно упали несколько плюшевых рыб – настолько они были уверены в нашей победе.

А следом я нашел взглядом Мэйвен.

Я затаил дыхание при виде ее улыбки. Она держала перед собой телефон, но глаза ее искрились. Она покачала головой, но, когда я подмигнул, засмеялась, что-то напечатав на телефоне, и, видимо, выложила видео.

Я понаблюдал за ней еще несколько минут, а потом закрыл глаза и снова стал следить