Не рискуй (ЛП) - Кристен Эшли

Брут делал это, потому что был моим вторым настоящим другом во всем мире.

Вот видите? Так и появляются настоящие друзья, когда женщина рыдает ночь напролет, потому что мужчина, которого она любила всем сердцем, растоптал его, а затем неожиданно появился на шоу, где она раздевалась, вырвал его и снова растоптал. И не важно, будь это горячий гей, крепкого телосложения. Или здоровенный, крутой черный парень. Кто угодно.

Я дошла до Лэша, он протянул мне телефон, и прежде чем уйти, наклонился и поцеловал в щеку.

Серьезно. Кому нужен настоящий любовник, когда у вас был красивый, любящий мужчина, который вас обожал, построил для вас красивый дом, дал отличную работу, дарил потрясающую одежду, обувь, сумочки и украшения и который никогда не разобьет вам сердце?

С этой счастливой мыслью я поднесла телефон к уху и поздоровалась:

— Алло?

— Айви? — спросил очень знакомый голос, но я не могла его сразу вспомнить.

— Да, это Айви. Могу я вам помочь?

— Это Джейни. «Рамблер»? Мустанг? Помнишь?

Сердце сжалось так сильно, что мне едва удалось сделать вдох. Практически спотыкаясь, я шагнула вперед, протянула руку, пока не зацепилась за спинку кресла, чтобы удержаться.

Что-то случилось с Греем.

Она бы никогда мне не позвонила, если бы что-то не случилось с Греем.

Что-то плохое.

— Конечно, я помню тебя, Джейни, — тихо промямлила я.

— Ладно, — сказала она деловито. — Короче, без понятия, будет ли тебе плевать на это, но ты должна знать: Грей вот-вот потеряет свою землю.

Я дернулась, и сердце снова сжалось, я испытала не меньшую боль, чем минутой ранее.

— Что? — прошептала я.

— Он вот-вот потеряет свою землю. На самом деле, он вот-вот потеряет все. Дом, сады, лошадей — все. По возвращении из Вегаса Шим и Роан рассказали всем о тебе, а потом Роан еще несколько раз приезжал в Вегас и слышал, что ты сошлась с миллионером, так что ты единственная, кого мы знаем с такими деньгами, кто мог бы ему помочь. Я понимаю, тебе, наверное, плевать, и Грей потерял бы голову, узнай он о моем звонке тебе, не говоря уже о том, что я рассказала о его проблемах, но это Грей, это Мустанг, и это меньшее, что ты могла бы сделать.

В ее словах очень много чего прозвучало.

Во-первых, меня убило, что все знали, что я зарабатываю на жизнь танцами.

Во-вторых, меня убило то, что она считала, что мне плевать на Грея.

В-третьих, меня убило то, что Грей потерял бы голову, узнай он о ее звонке мне.

И последнее и самое главное, меня убило то, что Грей вот-вот потеряет свою землю.

— Для тебя, — продолжала она, — эти деньги, наверное, капля в море, учитывая, что ты живешь с крутым парнем. Но для Грея это его земля. И ты должна знать, что банк, в котором хранится вексель, принадлежит Бадди Шарпу.

Я снова дернулась.

О Боже.

Она еще не закончила.

— И ты также должна знать, что Бадди Шарп собирает деньги, чтобы купить этот вексель. Итак, лишившись права выкупа, банк не будет владеть им, и Джеб Шарп не будет. Он окажется в руках Бадди.

О Боже!

— Как такое произошло? — спросила я.

— Мирри с годами не молодеет, — огрызнулась она, будто я должна была догадаться, но, честно говоря, не в обиду бабуле Мириам, но мы с ней познакомились, когда ей было семьдесят, а это случилось более семи лет назад. Я немного удивилась, что она все еще жива.

— Дошло до того, — продолжила Джейни, — что Грей больше не мог о ней заботиться, все его дяди — засранцы, кузены и кузины — тоже, поэтому ему пришлось поселить ее в дом престарелых. Он работает на себя, у него нет страховки, и ты знаешь Грея. Он не мог засунуть ее в какую-то дыру. Он отвез ее в лучшее место в округе. Плохой урожай персиков и зерновых в прошлом году, счета из дома престарелых, — дерьмо случается.

— Какой ужас, — прошептала я.

— Ну... да, — снова огрызнулась она, как будто на такое можно было бы сказать «нет».

— А что насчет его дядей, кузенов и кузин, они могут помочь?

— Разве я не сказала, что они засранцы?

— Да, Джейни, сказала, но это земля их семьи. Она принадлежали ей на протяжении шести поколений, — напомнила я.

— Ага, только вот отец Грея умер около двенадцати лет назад, и им всем захотелось урвать свой кусок. Им этого не удалось. Похоже, это оставило в их душе осадок, так что они и пальцем не пошевелят. От них помощи не жди.

Вот ведь засранцы!

Я сдержала странную вспышку гнева, потому что, на самом деле, ко мне это не имело никакого отношения (больше уже нет), и спросила:

— Я... э-э... сколько ему нужно?

— Ты вложишься?

Я выпрямилась и повторила:

— Сколько ему нужно?

— Ты вложишься? — тоже повторила она.

— Да, — мгновенно ответила я, совершенно не понимая, почему.

— Хорошо, я попрошу Шима или Роана выяснить, что смогут, и перезвоню.

— Я не хочу, чтобы он знал, что деньги от меня, — быстро предупредила я.

— Ну... да. — И снова это не прозвучало как «нет».

— Джейни, — тихо сказала я, — я помогу.

— Знаешь, мне потребовалось много сил, чтобы позвонить тебе, учитывая то, как ты ушла от Грея, то, как ушла от меня. Так что я ценю это и все остальное, рада, что ты не конченая сука и хочешь помочь, но не думай, что это значит, что кто-то будет целовать тебе задницу.

Я перестала дышать.

Поэтому мне пришлось выдавить:

— Так, как я ушла от Грея?

— Да, в одну минуту он дома, выслушивает дерьмо от Мирри, потому что сказал ей, что ты к нему переезжаешь, а в следующую — я звоню ему, потому что ты не вышла на смену. Следующее, что мы узнаем, — тебя видели убегающей с братом. А затем до нас доходят слухи о том, как некая парочка облапошила кого-то в бильярд в Гранд-Джанкшн. Отдам тебе должное,