Под двойной защитой - Лавли Рос

Его не может не быть. Мы постоянно занимаемся сексом, а Марк очень пылкий мужчина.

– Сделай уже тест, – Марк нажимает и подгибает меня под себя. – Я уверен, ты уже беременна.

– Я хотела пятого.

– Ты суеверная, как старушка, – Марк шепчет с хрипотцой, а потом закапывается лицом в моих волосах. – Необязательно ждать дня нашего знакомства.

Я недавно обнаружила, что помню день, когда впервые встретила Марка. Он зашел ко мне вместо Раса, чтобы принести шнур, который просила моя мама. Марк еще хмыкнул, что Рас свалился с мотоцикла и пару дней будет прихрамывать.

– Пойдем, – Марк вдруг решительно сгребает меня в охапку и стаскивает с кровати. – У тебя же есть тест?

– Нет.

– Не ври.

Я уже вишу на его руках. Он с легкостью поднимает меня и несет в сторону ванной комнаты.

– Это неромантичный процесс, – издеваюсь над ним, выставив локти в его широченную грудь. – Ты испортишь медовый месяц.

Он лишь смеется. Толкает дверь и подносит меня к шкафчикам, взглядом показывает, чтобы я доставала тест.

– Хорошо, хорошо, – киваю, решаясь. – Только иди погуляй.

– Ты меня стесняешься?

– Нет, не стесняюсь. Просто не хочу, чтобы всё было по-твоему.

– Вредничаешь?

– Именно, – я подталкиваю его к двери. – Вали.

Марк уходит, но не далеко. Я же достаю тест. Смотрю в зеркало над раковиной и загадываю самое главное желание в своей жизни. Я хочу ребенка и хочу его именно от Марка. От своего мужа и самого любимого мужчины на свете.

– Ну? – терпение Марка исходит слишком быстро. – Милая?

Я не отвечаю всего секунду и он переступает порог.

– Да? – спрашивает он, замечая, что я закрывают лицо ладонью и пытаюсь сдержать слезы. – Черт! Да!

Он выглядит счастливее меня. Я киваю и лепечу, что “да!”, что я беременна и у нас будет малыш, а он подхватывает меня на руки и кружит, кружит! И смеется яркими вспышками, заражая смехом и меняю.

Марк опускает меня на пуф у стены и падает на колени рядом. Он зацеловывает меня и зажимает горячими руками, в которых столько нежности, что у меня щемит сердце.

– Я люблю тебя, Мира, – произносит Марк. – Больше всего на свете. И нашего малыша тоже.

– Я тоже, тоже, – я киваю и не могу больше ничего произнести.

В груди тесно. Да и что говорить? Наше счастье ярко и осязаемое, его можно потрогать пальцами. Раствориться в нем и окончательно поверить, что моя жизнь после всех штормов нашла счастливый берег.

Ведь это так.

Это стопроцентно так.