При вспышке молнии - Барбара Босуэлл

— Спасибо, Кевин, — Рейчел ослепительно улыбнулась.

Он прищурился.

— Но и вы должны мне кое-что обещать, Рейчел.

Ее улыбка слегка поблекла.

— Я должна была догадаться, что просто так вы ничего не сделаете. Хорошо, в чем подвох?

— Никакого подвоха. Обещайте мне, пожалуйста, что всегда будете помнить: мы не враги. Время от времени мы можем оказаться профессиональными оппонентами, но на личные отношения это распространяться не должно. Никогда.

Благодарность, восхищение и любовь нахлынули на нее разом, глаза засияли.

— Такое обещание очень легко дать, Кевин, — произнесла она грудным, бархатным голосом, даже отдаленно не напоминающим тот деловитый и строгий, каким она всегда разговаривала в суде.

— Но, возможно, не всегда легко выполнить. — Кевин вдруг отвел глаза. — Но учтите, Рейчел, я намерен напоминать вам о вашем обещании.

Первый бейсбольный матч оказался невероятно длинным: вместо обычных девяти подач понадобилось одиннадцать. Рейчел вполне хватило бы и пяти. Брейди довольно скоро потерял интерес к происходящему, и она гуляла с ним по стадиону, останавливаясь, чтобы купить какое-нибудь угощение или рассмотреть сувениры, пока он наконец не уснул у нее на руках. К ее удивлению, Остин и Дастин с увлечением следили за происходящим на площадке. Они знали всех игроков и оживленно обсуждали их действия с Кевином.

Рейчел рассеянно слушала разговор. Как странно, думала она. Их настоящий отец Фрэнк Кормак сейчас, вероятно, все еще в полиции и мучается, должно быть, от страшного похмелья. Кевин их брат, но заменяет отца мальчикам, отлично справляясь с этой ролью.

Она поудобнее устроила спящего малыша на коленях, легко поцеловав его в белобрысую макушку. Брейди повезло с отцом, зато мать ему попалась никудышная. Эта колесящая по свету Шаролин ничем не лучше Фрэнка Кормака. Как могла мать отказаться от собственного ребенка? И вдруг в памяти Рейчел всплыл возмущенный крик Лорел: «Я хочу развлекаться, я хочу жить!»

Но ведь это еще не значит, что Лорел готова бросить Сноуи, правда? Глаза Рейчел налились слезами, и она покрепче прижала к себе Брейди. Вскоре Остин и Дастин протопали мимо нее, решив перекусить. Кевин подошел и обнял ее за плечи.

— Что с вами? — спросил он негромко.

— Стараюсь не волноваться о будущем Сноуи, — призналась она.

— Кто-то должен беспокоиться о детях, это важнейшая задача семьи. — Он улыбнулся, глядя ей в глаза. — Мы возьмем ее в нашу развеселую компанию, Рейчел. Она и так уже со всеми подружилась.

Рейчел теснее прижалась к нему, благодарная за поддержку. Тут у нее на коленях заворочался Брейди. Вернулись Остин и Дастин, неся гигантские крендели. Как она рада, что ее взяли в их развеселую компанию!

После обеда мальчиков отвезли Кларе, Фрэнка не было. Потом выкупали Брейди и уложили спать.

— Неужели это правда? Наконец одни? — Глаза Кевина сияли. — Иди сюда. — Он потянул Рейчел за руку и усадил себе на колени.

Она охотно подчинилась и запрокинула голову. Он легко коснулся ее губ. Это был поцелуй, краткий и ненастойчивый, но от мягкого прикосновения и теплого дыхания, щекотавшего кожу, она мгновенно захмелела.

Поцелуй становился все глубже, Кевин запустил пальцы ей в волосы. Она почувствовала во рту его язык и, застонав, крепче обняла, впилась ногтями в спину.

— Я так хочу тебя. — Глубокий, грудной голос Кевина был исполнен страстного желания.

Испустив Тихий вздох, она взяла его голову в ладони. И жарким поцелуем дала долгожданное согласие.

Кевин встал и поднял ее на руки.

— Ты, правда, собираешься отнести меня наверх? — мечтательно спросила она, утыкаясь лбом в его шею. Ей вдруг отчаянно захотелось прикусить нежное место возле уха; мгновенно вспомнился синяк, который пришлось маскировать совсем недавно. Так, значит, всему виной старые как мир инстинкты; а что, если и ей не пытаться их сдерживать? Она представила Кевина, который будет вынужден облачиться в водолазку, несмотря на майскую жару, и улыбнулась.

— Думаешь, не сдюжу? — Кевин неверно истолковал ее улыбку. — Вы невесомы, как перышко, миледи, — сказал он, шагая к лестнице.

— Какой галантный кавалер. Просто средневековый рыцарь. — Улыбка стала чуть лукавее. — Но гляди, почувствуешь, что спину прихватило, долой всякое рыцарство, смело ставь меня на пол.

— И не надейся. Я отнесу тебя в постель, и там мы… — Кевин оборвал себя на полуслове, потому что в кухне хлопнула дверь. Они с Рейчел переглянулись. — О нет, — простонал он. — Неужели это Сара? Сейчас? Она обычно возвращается часам к двенадцати.

— Есть кто-нибудь дома? — окликнула Сара. Рейчел вздрогнула, и Кевин мрачно отпустил ее. Сара вошла в гостиную.

— Ты сегодня рано, — с упреком сказал Кевин. Но девушка не заметила этого.

— Я просто не могла там больше оставаться. Вы бы послушали, что говорит Шон, вас бы стошнило! Сестры и Мэтью все еще пытаются его образумить, но это дохлый номер. Я поняла, что если не уеду, то сделаю что-нибудь ужасное — например, раздавлю Шона вашей машиной, Кевин. Честное слово, я вполне созрела!

— Рад, что тебе удалось взять себя в руки, — слегка задыхаясь, проговорил Кевин. — Терпеть не могу заниматься уголовными делами.

У Рейчел ноги все еще были как ватные, а голова шла кругом. Она стояла, ухватившись за спинку стула, страстно мечтая вместо этого обнимать Кевина. Он тем временем рухнул на диван и не сводил глаз с ковра, словно пытаясь выучить наизусть его рисунок.

— Мы грозили, что скажем маме с папой, а Шон ответил, что его это не колышет! — воскликнула Сара.

— Может, он просто вас подначивает? — уныло предположил Кевин.

Рейчел восхитилась его готовностью вникнуть в проблемы семейства Шилли. Сама она не способна была даже сделать вид, что это ее хоть сколько-нибудь интересует.

— Может. — Сара шагала взад-вперед. — Нам ужасно не хочется сердить предков, все помнят, как расстроились мама с папой из-за Триши. Но это… это в тысячу раз хуже! Даже Триша шокирована. Кевин, что нам делать?

— Пожалуй, я поеду домой, — сказала Рейчел, и Сара изумленно уставилась на нее, словно только сейчас заметив. — Мне пора, а вам, я вижу, нужно поговорить.

— Господи, да что же это я? Ворвалась и все вам испортила, да? — Сара была само раскаяние. — Простите меня! Я могу…

— Оставайтесь, поговорите с Кевином, — мягко сказала Рейчел. — Все в порядке, я… я как раз собиралась уходить.

— Я провожу вас до машины.

.Они вышли из дома и подошли к автомобилю.

Рейчел вспомнила, зачем приехала утром. Но теперь, когда в доме ждала встревоженная Сара, заговаривать о деле было некстати. Она вернется домой, позвонит тете Ив и Уэйду, и все выяснится.