Свободный брак - Ария Тес

Меня резко кроет, как если под воду с головой без предупреждения уйти. Мразь!

Иду за ним быстро и дергаю за плечо резко и решительно, упираюсь лбом в его и рычу.

- Ты че, не понял, а?!

Клянусь, я ему сейчас вмажу. Как же чешутся кулаки! Как же хочется наконец-то стереть с его морды это выражение лица!

Твою мать!!!

Я еле себя сдерживаю.

Ян, походу, тоже.

Он ловит ступор на миг, но сразу его сбрасывает и «бадается» в ответ.

- Это ты что-то не понял, мудак! - рычит не менее агрессивно, - Я тебе ее не отдам!

Слова вибрируют в тишине нашего частого дыхания, и мне не нравится, как это звучит. Будто Ника вещь. Его вещь! И мой ребенок тоже.

Веду головой.

Держи себя в руках.

По морде настучать — дело легкое, но чем это поможет?!

Держи себя в руках.

Вместо удара, толкаю его лбом.

- Ее не надо отдавать! Она так решила!

- Решила?! - получаю ответный толчок, - Да что она решила, а?! Будто у нее был против тебя шанс! Ты же…

Сука!!!

Я снова слышу это пренебрежение в голосе по отношению к моей женщине, и меня кроет наглухо. Я еле держусь, но руки распускаю активней, толкнув его в грудь так, что он врезается спиной в колонну.

Блядь.

Держи себя в себе!

- Не смей говорить о ней так!!! - ору, Ян ловит шок.

Он ничего не отвечает мне, потому что сыкло чертово! Стоит. Пялится. Глазами своими придурошными на меня лупит. Что?! Не ожидал?! Так да! Я тебе не позволю! Ничего! Ничего, мать твою, что сможет снова ее оскорбить!!!

Кажется, я даже в размере увеличиваюсь, не знаю. Наверно, это игра адреналина на потоках крови, и мне честно плевать.

Я его размажу. Только пасть свою открой. Только, блядь, попробуй.

Кроет-кроет-кроет. Все, что я вижу — Хрусталев. Вокруг яркая дымка и его рожа, как единственная цель всех моих точно наводимых ракет.

ДАВАЙ! П*ЗДАНИ ЧТО-НИБУДЬ ЕЩЕ! НУ ЖЕ!!! ДАЙ МНЕ ТОЛЬКО ПОВОД!

Ян знает такое мое состояние. Он его читает сразу, поэтому отступает. Я буквально чувствую, как продавливаю весь его «напор» и желание отстаивать какие-то свои блядские права на мою женщину! На моего ребенка! Пошел ты на хер!

- А как я говорю «о ней»? - шепчет тихо, успокаивающе, но сердце мое уже тарабанит в груди.

Так просто я не успокоюсь.

Делаю резкий шаг, и в глазах читаю страх Хрусталева. О да. Вот это меня может заставить притормозить. И этому я еле слышно, сухо усмехаюсь.

- Она никуда с тобой не пойдет, - слегка щурю глаза, - Она останется со мной!

- Она — моя жена!

Голос бывшего лучшего друга звучит слишком высоко и резко, что свидетельствует о продолжительном приступе ужаса и трепета, что его еще раз спасает.

Молодец, сученыш. Отлично. Бойся! Если бы ты действительно отстаивал свои права, я бы твоей башкой пробил бар, но так как это скорее херня, она меня и сдерживает.

Несерьезно.

Я не чувствую намерений, а точнее не чувствую силы, чтобы что-то изменить. За его словами нет ничего, кроме бравады.

- Надо было думать об этом раньше! - срываюсь на крик, давлю его своей силой.

Ведь у меня то она есть. За моими словами стоит сердце и уверенность, желание сохранить то, что у меня наконец-то появилось, намерения построить. Я не отдам их просто так! Я за свое биться буду до конца.

Поэтому подхожу к нему быстро, хватаю за горло и встряхиваю, как куклу.

- Какого хера ты сюда вообще приперся, а?! - трясу его еще раз, - Она тебе не нужна! Признайся честно! Тебя просто бесит, что она нужна мне!!!

- Ты вечно все себе забираешь!

Хрусталев вспоминает, что у него есть яйца, отталкивает меня, но это пустое. В этом снова нет ничего, кроме бравады. И страха. И эгоизма. Он не борется за Нику, за их семью, а только себя защищает.

Исключительно себя.

Как обычно.

- Так я прав, а?! Ты же ее не любишь!

- ОНА — МОЯ!

- Она не вещь, чтобы тебе принадлежать! - ору так, что связки ломит, - Она — человек! И она хочет быть здесь! Со мной!

- Да она нужна тебе, только потому что она тебе не принадлежит! Ты же снова это делаешь! Нос мне утираешь!

Охо-хо. Сука, как ты ошибаешься…

Подскакиваю к нему, не имея возможности ничего из себя выдавить вразумительного. Хватаю за грудки. Встряхиваю.

Кроет еще сильнее, чем до этого.

Тварь!

- Вот что ты ей наплел, да?! Вот как ты ее сюда заманил!? А эта сучка! Твоих рук дело, Хрусталев?! ТВОИХ?!

- ПРЕКРАТИТЕ!

Голос Ники звучит, как сирена, на которую я реагирую молниеносно. Резко перевожу взгляд на лестницу, где стоит моя девочка, сжимая ее перила.

Плачет.

Яркое, заострившееся от эмоций зрение, сразу считывает слезы и бьет под дых.

Малыш, не плачь…

Отступаю от Хрусталева, сам с нее глаз не свожу. Делаю шаг, но Ян тоже не отстает. Он наступает на нее быстрее, чем меня отпускает, и говорит-говорит-говорит…

- Ника, девочка, наконец-то!

Она резко поднимается на ступеньку, чтобы быть от него дальше.

Так, этот факт меня немного расслабляет.

Хмурюсь.

- Не приближайся!

Ян стопорит. Благо. Если бы не послушал ее, я бы точно пробил ему башку о бар. Так, дыши.

- Ника, я…

- Нет! - мотает головой, - Молчи.

Молчим в результате втроем. Я с нее глаз не свожу, сразу ловлю ее взгляд, но не могу прочитать, что в нем, а потом вспоминаю разговор, который мы вели до звонка в дверь.

Она собирается уйти. Она думает, что надо уйти. Кретин!

Прикрываю глаза и выдыхаю медленно.

Ты просто мудак, Сахаров…

- Я беременна, Ян, - звучит тихое, за чем следует сухой вдох Хрусталева, - И это не твой ребенок.

Распахиваю глаза и смотрю на нее. Она на меня. Но быстро уводит внимание в сторону, а подбородок начинает дрожать сильнее.

Бле-е-е-а…

Сахаров! Хватит тупить!

Киваю сам себе и подхожу к ней, закрывая своей спиной. Встаю между.

- Она останется со мной, Хрусталев. Ника больше не твоя жена, она — моя женщина, это мой ребенок, и я хрен позволю тебе куда-то их увести! Попытаешься помешать?! Ты, твою мать, не забывай, что я способен не только вечеринки устраивать! Только дай мне повод, и я тебе с удовольствием напомню!

Ян молча смотрит в глаза, и я знаю, что он в моих читает: решительность. Я буду сражаться