Свет в полумраке - Джейн Энн Кренц

Когда Зоя проснулась и открыла глаза, ее приветствовал солнечный свет и блеск золотого кольца на пальце. На ее талии лежала рука Итана, Зоя чувствовала ее приятную тяжесть. Этой ночью она не видела снов, и ей хотелось надеяться, что это доброе предзнаменование.

Зоя посмотрела в окно. В Лас-Вегасе вставало солнце. Ей вспомнился другой рассвет. Это было почти год назад, когда они замыслили побег из «Кэндл-Лейк-Мэнор».

– Дерьмо! – пробурчал Эрни. – Что с ней такое, черт бы се побрал? Сегодня ей должны были дать дополнительную дозу.

– Может, ей этого мало? – предположил Рон. Он говорил полушепотом, но было трудно не расслышать, что его голос осип от похоти. – Да ты не волнуйся, ремни ее удержат. Но на всякий случай я прихватил с собой полный шприц.

Послышался еще один удар, за ним последовал приглушенный стон. В дверь стукнули два раза, быстро, с коротким промежутком, удары были тихие, но Сара узнала условный сигнал. Она села в кровати, сердце бешено колотилось, на коже выступил холодный пот.

Из коридора донеслось ворчание Эрни:

– Да сделай ты ей укол, она слишком сильная.

– Ну нет, неинтересно, когда они в такой отключке, что не понимают, что происходит. Пошли, мы и так с ней справимся.

Сара встала с кровати и взяла белый махровый халат, к левому карману которого была пришита метка «Кэндл-Лейк-Мэнор». Халат был без пояса, а в обуви не было шнурков. Она подошла к двери и прижалась к ней ухом. Верзилы-санитары, похоже, уже дотащили свою жертву до конца коридора. Сара немного подождала, чтобы они завернули за угол, и только после этого вернулась к кровати и достала из крошечной прорези в матрасе карточку-ключ, открывающую дверь. Эту карточку Саре удалось выкрасть посте нескольких недель тщательного наблюдения и планирования. Ее план строился на том, что новый санитар, который дежурил по выходным, пристрастился к психотропным средствам и воровал таблетки, предназначенные для пациентов. Те медикаменты, которые он не рисковал принимать сам, он, вероятно, продавал наркоманам.

Всякий раз, когда он заходил в ее палату, чтобы принесен вечернюю порцию таблеток, Сара успешно притворялась полусонной, и это поощряло его красть часть из таблеток, Предписанных доктором Макалистер. Эти лекарства должны были вводить пациентку в жизнерадостное, эйфорическое состояние, делать ее более доверчивой. Доктор Макалистер рассчитывала, что таким образом ей удастся преодолеть упорное нежелание Сары говорить о визжащих стенах и рыдающих комнатах.

Притворившись, что проглотила первые несколько таблеток, Сара закрывала глаза и делала вид, что задремала, в действительности же она наблюдала за санитаром из-под ресниц. К ее радости, санитар поспешно собирал оставшиеся таблетки и запихивал их в карман. Сара дожидалась своего часа. Санитару удавалось безнаказанно воровать таблетки в течение пяти уик-эндов, на шестой он расслабился и потерял бдительность. В субботу вечером, в очередной раз собрав урожай из бумажного стаканчика с таблетками, стоявшего на подносе, он так торопился выйти из палаты, что забыл запереть дверь. Сара выждала сорок минут, в течение которых, по ее подсчетам, санитар должен был дойти до кондиции, затем тихо выскользнула из палаты и крадучись пошла по коридору. Санитар с глупой улыбкой сидел перед телевизором в комнате отдыха персонала.

Сара нажала кнопку пожарной тревоги, которая находилась на стене рядом с комнатой отдыха. Санитар, одурманенный таблетками, отреагировал на пронзительный вой пожарной сигнализации как ошалевший бык на красный плащ. В суматохе Саре ничего не стоило проскользнуть в комнату и вытащить из ящика стола запасной ключ.

На следующий день она рассказала о своем приобретении подруге, и они вместе стали разрабатывать план побега. Воскресные дежурные не так бдительны, как штатные санитары, работающие в будни, поэтому было решено бежать в воскресенье вечером.

Но сегодня четверг, на дежурстве Рон и Эрни, и они схватили ее новую подругу, женщину с серебристо-голубыми глазами. Сара знала, куда они ее тащат – в кабинет, где есть медицинская кушетка с металлическими стременами, в ту самую комнату с кричащими стенами. Этого Сара не могла допустить – значит, планы меняются, бежать придется не в воскресенье, а сегодня.

Она в последний раз оглядела комнату, несколько месяцев бывшую для нее тюремной камерой. Здесь не было ничего, что бы ей хотелось взять с собой. Ее личные вещи и документы, с которыми ее привезли в «Кэндл-Лейк-Мэнор», хранились в маленьком чулане на персом этаже.

Действуя очень осторожно, Сара открыла украденным ключом дверь своей палаты. Она постояла несколько секунд R прислушалась. Тихо. В коридоре ни души.

Сара вышла в коридор. Освещение было приглушено на ночь но не выключено. Она быстро прошла но коридору до угла повернула и пошла по другому коридору. У следующего поворота Сара снова остановилась и прислушалась. В этой части клиники пациентов не содержали, здесь располагались офисы и медицинские кабинеты – и те, и другие ночью должны пустовать.

Из комнаты с кричащими стенами донеслись приглушенные голоса. Рон и Эрни были уже внутри – с ее подругой. На мгновение Сару пронзил такой острый страх, что она думала, ее вырвет. Но она совладала с собой и пошла дальше. В конце коридора находился рубильник, отключающий все освещение; Сара обеими руками потянула его вниз, и коридор погрузился в темноту, только из-под двери комнаты с кричащими стенами выбивалась полоска света.

Сара бросилась вперед, стараясь ступать бесшумно; к счастью мягкие шлепанцы облегчали эту задачу. Дойдя до висевшего на стене шкафчика с противопожарными средствами, Сара открыла дверцу и сняла тяжелый огнетушитель, держа его обеими руками. Затем она подошла к двери кричащей комнаты и с силой ударила по ней огнетушителем.

– Это что за чертовщина?

Эрни явно заволновался. Рон сказал:

– Наверное, это кто-то из наших психов. Сейчас я с ним разберусь.