Ловелас для брюнетки - Илона Шикова

– А тебе не кажется, что мы торопимся? – я взорвалась от столь наглого заявления своего любимого мужчины, однако он, как обычно, лишь фыркнул в ответ. – И моим мнением не желаешь поинтересоваться, или у нас теперь все решаешь ты? – закончила на выдохе, возмущенная до предела наглостью Валевского.

– Я, – спокойно ответил он, продолжая уверенно вести внедорожник. – Потому что я – глава семьи, поэтому…

– Ну, знаешь ли! – я вспыхнула окончательно, не дав ему возможности закончить, так как эмоции начали бить через край.

Удумал тоже – глава семьи! Я вообще-то не маленькая девочка, за которую надо принимать решения, и не игрушка, которой можно пользоваться в любое удобное время. Все это я выдала Роме прямо в машине, откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди, боковым зрением наблюдая, как парень меняется в лице.

Разразилась катастрофа, которая грозила перерасти в конец света – Валевский орал, как ненормальный, называя меня «дурой безмозглой», раз в моей голове крутится подобная чушь, а я в очередной раз надула губы и ответила, ехидно скривившись:

– Я же говорила, что ты павлин!

– Ну, всё, договорилась! Сейчас ты мне ответишь за павлина … – он резко крутанул руль вправо и свернул с трассы, так и не завершив фразы. Да мне и говорить ненужно – все предельно ясно, что он имел введу. Придётся задобрить парня, а то пыхтит от злости и выставляет колючки, как ёж.

В общем, мирились мы долго и плодотворно, заехав в какую-то посадку, чтобы наш автомобиль не отсвечивал перед проезжающим по шоссе транспортом.

– Еще раз ляпнешь что-то подобное, будешь наказана, – мы спешно одевались, так как и я, и Валевский уже опаздывали на встречи. – Надо же, придумала – игрушка. Я тебе вечером устрою игры с пристрастием.

– Будешь обзываться, отправлю спать на коврик вместе с котом! – выпалила я в ответ, на что Рома лишь с удивлением поднял брови.

– У меня нет кота.

– Вот будешь спать вместо него!

– Ах, ты…

Пришлось убегать, однако недалеко – крепкие мужские руки поймали меня в свой плен, а вновь вспыхнувшее желание грозило опозданием на важные встречи. Пришлось идти на уступки, иначе этот негодяй так просто бы меня не отпустил – я предложила вернуться к этому разговору после годовщины свадьбы родителей Ромы и все в деталях обсудить. Валевский поскрипел зубами, скривился три раза, но… согласился подождать еще пару дней.

И несмотря на свое обещание, все равно затащил меня к себе с ночевкой.

Не могу устоять перед его обаянием, хоть ты тресни!

– Добрый вечер! – очередная пара заходит в зал, кивая мне в знак приветствия, а я улыбаюсь в ответ. Уже скулы сводит судорогой от этих фальшивых улыбок, но я обещала Роме, что справлюсь, поэтому приходится временно исполнять роль хозяйки, организатора праздника и возлюбленной Валевского.

Последнее мне нравится больше всего, поэтому близкого человека подвести не могу – очередная семейная пара, кивок в знак приветствия, фальшивые улыбки и оценивающие взгляды.

Ничего нового под солнцем – из банкета в банкет одно и то же!

Мой возлюбленный, кстати, уже пять раз звонил, сообщая о своем передвижении – в последний наш разговор он бодрым голосом заявил, что родителей встретил, и они сейчас едут прямиком к нам, то есть ко мне.

– У меня все готово, – негромко говорю в трубку, а Рома восхищается в ответ, под конец полушепотом произнеся:

– Люблю тебя.

И мое настроение делает скачок вверх.

Как, оказывается, здорово слышать эту фразу из его уст!

Глава 41

– Не поняла! – слышу рядом писклявый голос, который вырывает меня из воспоминаний, а после мой взгляд находит и его обладательницу. – Почему нет мартини? – продолжает капризничать девушка, при этом картинно надувает губу и закатывает глаза.

Это выглядит и комично, и глупо одновременно, однако, когда блондинка кривится, пытаясь показать своё отношение к происходящему, появляется лишь одно желание – треснуть разочек по её перекошенной физиономии, чтобы запечатлеть выражение лица на долгую и вечную.

– К сожалению, пока придётся довольствоваться только шампанским, – спокойно произношу, через силу улыбаясь и указывая кивком на бегающих в толпе официантов. – Как только юбиляры появятся, начнется основной банкет, и тогда…

– Фигня, одним словом, – перебивает меня блондинка и кривится ещё сильней.

Боже, дай мне силы вытерпеть эту мерзость – девушка даже не осознаёт, настолько сейчас глупо и фальшиво выглядит, однако через пару секунд она начинает улыбаться (тоже, кстати, фальшиво), и отбегает от меня с распахнутыми руками, видимо, встретив какую-то подружку.

Господи, за что мне это? Терпеть тупых дур и их придирки – это выше моих сил, даже несмотря на данное Роме обещание. Делаю глубокий вдох, затем выдох, прогоняя раздражение, которое готово было вырваться наружу после недолгого диалога с тупоголовой курицей.

Осталось совсем немного, и Рома избавит меня от почетного звания «хозяйка праздника» – лучше я буду единоличной собственницей его персоны!

Проходит двадцать минут, на протяжении которых я все так же продолжаю улыбаться гостям, игнорируя нарастающее раздражение и считая секунды до нашей с Валевским встречи, как входные двери открываются, и залетает один из охранников.

– Приехали! – раздается громкое, и народ начинает суетиться перед встречей с юбилярами.

Не мешаю никому, а просто отхожу в сторону, прячась в толпе – уже совсем немного, и я увижу своего любимого мужчину, который с победоносной улыбкой на устах и под руку с матерью заходит в дом под дружеские аплодисменты гостей.

Крики «Поздравляем» не смолкают, ведущий в микрофон зачитывает торжественную речь, на которую, кажется, никто не обращает внимания, а я не свожу взгляда с Ромы и его родителей – надо же, как он похож на отца, хотя и от матери ему достались слегка миловидные черты и светлые волосы.

Он – самый красивый, умный и обаятельный, готовый быть со мной рядом и в горе, и в радости. Усмехаюсь и мотаю головой из стороны в сторону, прогоняя непрошенные мысли – Господи, какая романтическая чушь лезет мне в голову! Сейчас ещё, не дожидаясь официального знакомства с родителями, женю Валевского на себе – кстати, неплохая идея, по крайней мере она больше не вызывает волну негатива и отвращения, как раньше. Наоборот, мысль, что сегодня соглашусь переехать к Роме (а я уже твердо решила сначала немного помучить своего любимого негодяя и уже потом с ехидной улыбкой дать положительный ответ) греет душу, поднимает настроение и заставляет кровь сильнее бурлить по венам.

– А сейчас ненадолго отпустим наших дорогих юбиляров, – тем временем объявляет ведущий в микрофон, так как Валевским необходимо переодеться после