Невеста-заложница - Джейн Фэйзер

— Да ведь это всего на мгновение, — убеждала ее Порция, каким-то чутьем понимая, что Оливии нужно самой, лицом к лицу противостоять тому демону страха, которого напускал на нее Брайан Морс. — Клянусь, я все время буду рядом.

— Т-ты обещаешь? — С трудом сглотнув, Оливия решительно расправила плечи.

— Обещаю. Ну, идем. А то они сейчас расползутся по всему дому. — И Порция понеслась по коридору. Оливия не отставала ни на шаг.

Девушки остановились у дверей в комнату Брайана Морса. Порция прижалась к стене за дверью и жестом велела Оливии постучать.

Но Оливия застыла, парализованная страхом, не в силах шевельнуть пальцем. Тогда Порция сама постучала — громко и настойчиво. Оливия моментально побледнела и испуганно отскочила назад.

Дверь распахнулась. На пороге возник Брайан Морс и смерил девушку с головы до ног своими глазками-камешками.

— Ну?

— Д-диана, — натужно проскрипела Оливия, не в силах больше вымолвить ни слова. Бедняжка дико замахала одной рукой в сторону Дианиной гостиной, а другой уже подобрала юбки, готовясь к бегству.

Но Брайан на сей раз не собирался над ней издеваться — он просто закрыл дверь и пошел прочь. Оливия встала так, чтобы заслонить собой Порцию, если он оглянется, но Брайан шагал как ни в чем не бывало и быстро скрылся за углом коридора. В тот же миг Порция выскочила из укрытия.

— Вот, возьми их и засунь ему в кровать! Да поскорее. А я буду караулить здесь. Если кто-то подойдет, я свистну. — Она протянула зажатый в руке копошащийся узел и открыла дверь. Но Оливия, застыла на пороге.

— Ну же! — подбадривала ее Порция.

Оливия перевела дыхание, схватила платок и ринулась в комнату. Порция осталась снаружи, внимательно следя за коридором.

— Приоткрой одеяло в ногах кровати, — приказала она вполголоса.

От страха Оливия чуть дышала, однако услышала советы Порции и послушно приподняла одеяло и простыни в ногах кровати, а потом торопливо вытряхнула живой мохнатый комок на постель.

— Теперь прикрой их и расправь одеяло, — продолжала Порция.

Оливия поспешно расправила постель и легонько похлопала по одеялу «с наилучшими пожеланиями». Сдавленно хихикая от возбуждения и страха, она присоединилась к подруге.

— Ну вот, все в порядке. Пауки любят тепло, и когда этот гад залезет в кровать, они поползут туда, где теплее всего, и разыщут на нем самые укромные местечки. Какие — догадайся сама, — лукаво улыбнулась Порция. — Держу пари, утром он проснется красный от укусов в самых неподходящих местах!

— А они очень ядовитые?

— Ядовитые, но не смертельно, — важно заверила Порция. — Я же пообещала, что не буду его убивать.

— Ох, хотела бы я на это посмотреть! — захихикала Оливия.

— Вот и посмотришь на него за завтраком, — рассмеялась Порция.

Перед дверью в гостиную Дианы Брайан на миг задержался, чтобы одернуть полы камзола и еще раз расправить кружевное жабо. Стычка с подкидышем Джека Уорта совершенно выбила его из колеи. Еще никто в жизни не оскорблял его подобным образом — даже во время сомнительных похождений в самых убогих забегаловках, — и он попросту растерялся, не зная, как поступить. Конечно, о том, чтобы пожаловаться Като или Диане, не могло быть и речи. Разве можно признаваться в том, что он отступил перед какой-то выскочкой без роду и племени? Или хотя бы повторить все, что она наговорила? Но хуже всего было то, что при этом присутствовала Оливия, что эта пугливая крыса стала свидетельницей его позора. Он непременно рассчитается с наглой нищенкой — но сделает это попозже, в более подходящий момент. Уж кто-кто, а Брайан понимал толк в мести. Он отличался чрезвычайной злопамятностью, и чем дольше приходилось дожидаться возможности отомстить, тем слаще становилась месть.

Он постучал и сразу же приоткрыл дверь, низко кланяясь.

— Леди Грэнвилл… чем могу служить?

Диана подняла глаза от какого-то письма и немного удивленно улыбнулась:

— Ах, мистер Морс, как это мило с вашей стороны составить мне компанию! Должна признаться, в последнее время я немного скучаю. К нам совсем не ездят гости. Разве кому-то захочется нанести светский визит в военный лагерь? — И она изобразила очаровательную гримаску. — О, конечно, мой супруг обязан поступать так, как велит ему долг, но временами мне ужасно не хватает цивилизации! Не с кем насладиться прелестью беседы или посоветоваться о новых модах. Представьте себе, я не имею ни малейшего понятия о том, что сейчас носят при дворе… — И она изящно провела рукой по своему роскошному платью. — Наверняка вы сочтете меня отставшей от времени провинциалкой!

— Ну что вы, как можно, дражайшая леди Грэнвилл! — Брайан присел на диван рядом с хозяйкой. — Вы самый настоящий образец элегантности! Ни одна из придворных дам не смогла бы с вами тягаться!

— Вы шутите, сэр, — мелодично рассмеялась Диана. — Но умоляю вас, продолжайте в том же духе! — Она ласково прикоснулась к его руке. — Перескажите мне все придворные новости. Как переносит всю эту сумятицу наша драгоценная королева? Я всем сердцем желала бы оказаться сейчас рядом с ней, чтобы оказывать ее величеству посильную помощь. А наша милая малютка, принцесса Генриетта? Такое хрупкое дитя! Наверное, сна чувствует себя просто ужасно!

— Я покинул Оксфорд два месяца назад, — отвечал Брайан. — Отвага и стойкость их величеств служат источником сил для всех, кто им служит. — При этом он не стал уточнять, что, хотя и побывал в Оксфорде, ко двору его никто не представлял, а увидеть короля с королевой ему удалось лишь однажды, из толпы вокруг церкви, в которой двор слушал воскресную службу.

— Ах, как бы я хотела заставить мужа… — Тут Диана многозначительно умолкла и промокнула сухие глаза уголком надушенного платочка. — Простите меня, мистер Морс. Конечно, не мое дело осуждать действия своего супруга, но я чувствую себя такой… такой обесчещенной… Мое понятие о долге… моя преданность и верность… они по-прежнему обращены к нашему суверену, и находиться в стане его врагов… ах, простите! — повторила она и спрятала лицо в платке.

Брайан, возбужденно поблескивая глазками, похлопал ее по колену — здесь пахло первоклассной интригой. Очень полезной и выгодной для него лично интригой.

— Ах, дорогая мадам, иногда нам приходится следовать чужой воле даже вопреки собственному понятию о чести!

Диана мгновенно насторожилась. На ее холеном лице не осталось никаких следов от недавно выказанного отчаяния.

— Что вы имеете в виду, сэр?

Брайан деликатно прокашлялся.

— Когда дело идет о личных привязанностях… и о личной верности… полагаю, что даже ваш супруг не вправе требовать от вас полного отказа от собственных убеждений в угоду его решению перейти на сторону врага. И вы, дорогая леди Грэнвилл, и я отлично понимаем, какую ужасную ошибку совершает ваш муж. Противиться воле короля — все равно что противиться воле Всевышнего! Недаром его величество является Божьим помазанником на земле. Он от рождения наделен божественным правом властвовать над нами.