Ласковый обманщик - Джуд Деверо

— Макси умерла, — после паузы произнесла Эбби. — Это случилось где-то полтора года назад.

— Вы уверены? — на выдохе спросила Саманта.

— Точно. Мы дружили с двадцатых годов. Тогда мы были очень близки, потом наши отношения стали ровнее. Но мы постоянно поддерживали контакт. Она умерла где-то в Нью-Джерси, где провела последние годы. Я получила оттуда весточку о ее кончине. — Она взглянула на Саманту. — Ради всего святого, зачем такой симпатичной молодой девушке знать о такой старухе, как Макси? Тебе нужно выйти замуж вот за этого твоего молодого человека. Нарожать детей и забыть о прошлом.

Саманта, не глядя на Майка, проговорила:

— Это не мой молодой человек.

— Интересно, — сказала Эбби. — А это тогда что?

Она подняла руку Саманты с бриллиантовым обручальным кольцом.

— А… Это?!. Я… Ну, мы…

— Мой дядя Майкл просил меня разыскать Макси, — наконец заговорил Майк.

— И кто же это такой, твой дядя Майкл? — поинтересовалась Эбби без особого любопытства в голосе.

— Майкл Рэнсом, — тихо произнес Майк.

Эбби медленно повернулась к нему лицом. Она смотрела на него жестким взглядом, зрачки горели как угольки.

— Майкл Рэнсом погиб в тот вечер. Он умер двенадцатого мая 1928 года.

— Нет, он не погиб, — возразил Майк. — Люди Скальпини почти отстрелили ему ноги, но он выжил. На следующий день после этой бойни он позвонил моему деду в штат Колорадо и тот выслал за ним самолет. А затем сделали так, чтобы все думали, что Майкл Рэнсом погиб.

Эбби долго молчала — видимо, осмысливала информацию, которую ей сообщил Майк, — потом скосила на него глаза.

— Если твой дед был способен сделать такое, значит, он был богат и влиятелен.

— Да, мэм, совершенно верно.

— А как насчет тебя. Ты сможешь обеспечить это прекрасное создание?

— Да, мэм, смогу. Пожалуйста, расскажите мне о дяде Майкле.

Эбби, не выпуская руки Саманты, откинулась на подушки — стерильные и белые, как снег.

— Это был красивый мужчина. Женщины звали его Красавчик Рэнсом.

— Он был такой же красивый, как Майк? — выпалила Саманта и тут же опустила взгляд, стыдясь, что не сумела сдержать свои чувства. — Я имею в виду…

Эбби улыбнулась.

— Нет, дорогая, конечно, не такой красивый, как твой молодой человек, но Майкл Рэнсом был по-своему хорош.

— Откуда он родом — очень серьезно спросил Майк. — Он мне никогда не рассказывал о своем детстве.

— Он был сиротой. Семьи не было. Все, что у него было, так это его внешность и умение танцевать так, будто он парил в воздухе. — Она замолчала, а затем заговорила почти шепотом: — Кроме того, у него была способность влюблять в себя женщин.

— И вы были в него влюблены? — спросила Саманта.

— Конечно… Мы все были в него влюблены — Женщина явно уклонялась от нежелательного разговора о себе.

— А Макси его любила?

Прежде чем ответить Майку на его вопрос, Эбби долго и пристально на него смотрела, будто старалась прочесть его мысли.

— Да. Макси его очень любила, — после паузы проговорила она.

Саманта взяла со стола у кровати свою сумочку и достала оттуда пожелтевшую от времени фотокарточку с одним обожженным углом. Она протянула ее Эбби.

— Это Майкл Рэнсом?

Майк чуть было не подпрыгнул к потолку от удивления, когда увидел эту фотографию. Он вырвал ее из рук Саманты, прежде чем Эбби успела ее разглядеть. Это был портрет красивого мужчины в учтивой позе, в смокинге и с сигаретой в руке. Такие портреты делали тогда в фотосалонах. Майк видел своего дядю Майкла уже в почтенном возрасте, но, вне всякого сомнения, здесь был запечатлен тот самый человек, которого он так любил.

— Откуда это у тебя? — потребовал ответа Майк.

Саманте такой тон явно не понравился. Она возмутилась: почему это Майк считает, что в первую очередь она должна была показать фотографию именно ему?

— К твоему сведению, эта фотография находилась в шляпной картонке с бабушкиными вещами, которую оставил мне мой отец. К ней была прикреплена записка, где говорилось, что, когда он был ребенком, его мать сожгла какие-то бумаги, а ему удалось вытащить этот портрет из огня.

— Почему же ты мне ее раньше не показала?

— По той же самой причине, почему и ты многое скрываешь от меня, — отрезала Саманта, сверкая глазами. — Каждый день ты мне рассказываешь что-то новенькое, о чем сам давным-давно знал. Так почему же я не могу иметь от тебя парочку секретов?

— Да потому что… — Майк запнулся, услышав хохот Эбби. Его лицо залилось краской.

— И это называется «не мой молодой человек»?! — поддразнила Саманту Эбби, поглядывая то на нее, то на Майка.

Но Саманте вовсе не было стыдно.

— Он думает, что мне четыре года, а он мой защитник и наставник. Он устраивает мне сцены, даже когда я иду в магазин!

Прежде чем Эбби успела открыть рот, Майк тихо произнес:

— Один из людей Дока пытался ее убить…

После этих слов улыбка тотчас исчезла с лица Эбби. Сначала она молча лежала, откинувшись на подушку, и пыталась привести в норму свое участившееся дыхание. Стрелки на приборах прыгали как ненормальные. Саманта, крепко сжав старухину руку, осторожно поглаживала ее. Успокоившись, Эбби вновь подняла голову.

— Да. Это Майкл Рэнсом, — сказала она. По ее интонации было ясно, что аудиенция окончена, однако Майк и Саманта сделали вид, что не поняли.

— А как было ее настоящее имя? — поинтересовалась Саманта.

— Максина Беннет, — нахмурившись, резко проговорила старушка.

— Как жаль, что я так и не смогла повидаться с ней, — поглаживая руку Эбби, вздохнула Саманта. Ее взгляд был устремлен куда-то далеко. — Я так много слышала о ней от деда Кэла и от отца…

— Кэл?! — Эбби заулыбалась, ее нахмуренные брови разошлись, она заметно успокоилась. — Макси рассказывала о нем. — Последние несколько лет он жил с нами, с отцом и со мной. Я тогда ходила в школу, и нам пришлось нанять сиделку-домработницу.

— Хорошая была сиделка?

— Нет, совершенно ужасная, но дед Кэл много попортил ей за это крови.

Эбби снова улыбнулась, но ничего не сказала, и Саманта продолжала:

— Она была чрезвычайно властная женщина и обращалась с дедом так, будто он несмышленый ребенок. Дед Кэл часто говорил, что уволил бы ее, но доводить и доставать эту особу стало его стимулом к жизни. Он творил с ней чудовищные вещи. Например, сыпал соль в ее шампунь, чтобы во время мытья ей щипало глаза. Однажды, когда она косила газон, он сделал большой кувшин чаю со льдом, только это был не чай со льдом, а в основном виски. Было жарко, она залпом выпила три больших стакана этого жуткого напитка — и свалилась в кухне на пол. А пока она находилась в бессознательном состоянии, дед сбрил ее усики.