Бабушка по ипотеке - Дарья Калинина

На несколько минут Жанна ослепла, оглохла и выпала из этой жизни. Тетя Люся что-то кричала в трубку, но Жанна не могла разобрать ни слова. Но потом чувства вернулись с ней. А вместе с ними и жгучий стыд.

– Какая же я дура! – воскликнула Жанна. – Просто клиническая идиотка!

Тетя Люся что-то говорила, но, услышав покаянный вопль племянницы, осеклась и замолчала.

– Деточка, не называй себя так, – осторожно попросила она ее. – Ты у нас умница, это все знают.

– Тетя, я должна была сама догадаться!

– О чем?

– Марина похожа на меня! Я должна была понять, что мы с ней родня, и самая что ни на есть кровная. Значит, ее настоящий отец никакой не Кабачков, а наш дядя Боря?

– Да.

– Но как же так?

– Я не знаю, как это у них получилось. Вроде бы Боря говорил, что Эрика уже имела на примете мужчину, за которого и вышла замуж буквально через месяц после развода с ним. Во всяком случае, Боре она о своей беременности ничего не сказала. Родила ребенка якобы от этого Кабачкова, которому, думаю, заплатил ее отец.

– Господин Клязьмин был тогда еще свободен?

– Ну, не сразу же твоя тетка понеслась его закладывать. Ей было необходимо время, чтобы собраться с мыслями. Да и соваться к следователю, я думаю, ей было страшновато. Могли ведь возникнуть вопросы, а где сейчас то самое золотишко, у кого оно и как оно у этого человека оказалось. Но не возникли. В общем, с момента ухода Эрики, ее развода с дядей Борей и нового скоропалительного брака прошло не больше полутора месяцев. Как раз за этот промежуток времени наша Любовь и дозрела, чтобы пойти к следователю и заложить ему и Эрику, и ее отца.

– Но зачем Эрика развелась с дядей Борей?

– Я тебе уже говорила. Точно этого никто, кроме самой Эрики, не знает. Но думаю, она не хотела иметь ничего общего с семьей, в которой есть воры. С нашей семьей.

– И очень глупо, учитывая то, чем занимался ее собственный папочка, и размеры его состояния. Да по сравнению с ним тетя Люба – это просто невинная овечка.

– Думаю, что Эрика могла не знать о том, какие махинации проворачивает ее отец. Даже уверена, что она ничего не знала. Ну, разумеется, пока отца не арестовали.

– Как это не знала?

– Хочешь верь, а хочешь не верь, но сплошь и рядом случается, что близкие не подозревают ни о чем дурном, чем занимается их родственник.

– Может, так и бывает, но Эрика должна была понимать, что всего того, чем владели они с отцом, на его официальную зарплату не купишь.

– В отношении своих близких, особенно тех, кого любим, обычно мы бываем слепы. Долгое время не можем поверить в то, что наш любимый человек делает что-то плохое. И даже поставленные перед фактом будем отрицать очевидное. Вот я помню, как одна моя знакомая в случае со своим сыном…

И дальше тетя пустилась в повествование, которое Жанна благополучно пропустила мимо своих ушей. И в данном случае поступила так совершенно сознательно. Ну не было ей интересно, что там случилось у знакомой тети Люси и ее сына. Разобраться бы со своими собственными знакомыми и родными.

Выходит, что дядя Боря и Марина – родные отец и дочь. В пользу этого говорит дата рождения Марины и фамильное сходство. Например, в Жанне фамильных черт очень много. Посторонние намекали ей на то, что она похожа на своих родных, но она пропускала их слова мимо ушей. И вот что получилось! Не увидела очевидных подозреваемых – дочь и отца. Одна Марина прикончить тетушку Любу, конечно, не могла, росточком не вышла. Но в компании со своим родным папулей – запросто!

– И возможность у них имелась, и причина.

Ведь что у дочери Эрики, что у ее мужа были свои счеты к Любови Михайловне. Эти двое не могли не понимать, что причиной всех их несчастий является один-единственный человек, одна-единственная женщина – тетушка Любовь.

– И конечно, они могли захотеть ей отомстить. Могли захотеть ее убить, – пробормотала Жанна.

Тетя Люся, которая продолжала вещать что-то про свою подругу, воодушевленно подтвердила:

– Вот, вот! Именно, что убить!

И она продолжала говорить о своем, а Жанна продолжала думать тоже о своем. Так что общались они чудесно, одна говорила, другая думала. И никто из них друг другу не мешал. Под конец они поблагодарили друг друга за интересный разговор, и каждая пошла спать, преисполненная симпатии к собеседнице.

«Какая у меня славная тетя, – тепло думала Жанна, заворачиваясь в одеяло сама и укутывая Алину, которая спала рядом с ней. – Наличие одной такой тети искупает собой наличие другой – воровки. И дяди, по всей видимости, убийцы».

Привыкнуть к мысли, что у них в семье завелись не только воры, сумасшедшие, но и убийцы теперь есть, было гораздо тяжелее, чем рассчитывала Жанна. Она без толку проворочалась в постели до половины четвертого утра и лишь под утро забылась беспокойным сном. В семь утра она уже проснулась и, чувствуя, что просто не в силах заставить себя пролежать в постели дольше, вскочила и направилась в ванную комнату.

Если Алина принимала водные процедуры почти каждый вечер (плескаться в чуть подсоленной водичке ребенку полезно), то сама Жанна доставляла себе это удовольствие куда реже. Утром она всегда опаздывала. Вечером после целого дня беготни и хлопот бывала уже без сил. Поэтому, встав сейчас под струи горячего душа, она почувствовала ни с чем не сравнимое блаженство.