Вслед за луной - Линда Кук

* * *

Паэн сделал все возможное, чтобы скрыть свою причастность к появлению в городе Джоанны Мерко. Он поехал сначала в сторону аббатства, расположенного на возвышенности, а затем дальше к берегу моря, где ему удалось обнаружить узкую тропку, проложенную в иле над гонимой ветром водой. Он провел там добрый час, готовый продолжить путь, если его заметят, выжидая до тех пор, пока солнце не склонилось к горизонту, после чего снова взобрался в седло и въехал в Уитби. Дом корабельщика находился рядом с аббатством, как и описывала ему Джоанна, и в двух крохотных комнатушках над общим залом не было других постояльцев.

Паэн попросил служанку вскипятить два котла с водой и поставить рядом с камином большую лохань для мытья. Горничная предложила принести для Паэна самые лучшие льняные полотенца корабельщика и задержалась в комнате, ожидая его одобрения и наблюдая за тем, как он раздевался и влезал в горячую воду.

Когда Паэн, прищурившись, искоса взглянул в ее сторону сквозь струйки пара, поднимающегося от лохани, ему вдруг представилось, что возле очага стоит не служанка, а Джоанна и не отрываясь смотрит на него. Пламя освещало женщину со спины, и она могла бы показаться ему воплощением соблазна, будь на ее месте Джоанна.

Паэн вздохнул и прислонил голову к краю дубовой лохани. Завтра у него будет достаточно времени, чтобы найти себе женщину по вкусу. А если ясная погода продержится и он решит задержаться еще на день, перед тем как отправиться на юг, то ему нужно только набраться терпения и найти какую-нибудь потаскушку поприличнее в первом же городе, который попадется ему на пути. Или же он может подождать до Ноттингема, где когда-то делил ложе с одной покладистой и опытной в своем ремесле блудницей, проведя там две недели в качестве телохранителя при королевских сборщиках налога на крестовый поход для старого короля Генриха за два года до того, как его сын, король Ричард, повел свое войско в Палестину. А если девки в нотгингемском притоне окажутся ни на что не годными, он наверняка встретит кого-нибудь получше в Лондоне…

Паэн смачно выругался и с головой погрузился в, воду. Если он и дальше будет предаваться воспоминаниям о Джоанне Мерко, о ее стройном теле и чудесной улыбке, то непременно разыщет ее в доме дяди, затащит в постель и никогда больше не отпустит от себя. Ради своей возлюбленной и ради собственного душевного покоя ему нужно найти себе другую женщину, чтобы навсегда забыть о Джоанне.

Словно прочитав его мысли, служанка отделилась от стены и подошла к нему с кружкой эля в руках. Кружева на вырезе ее платья сбились набок, губы застыли в самоуверенной улыбке. Если бы она оставалась по другую сторону кухни, скрыв лицо в тени, Паэн мог бы и дальше воображать, будто перед ним была Джоанна, и довести себя до состояния острого возбуждения, прежде чем она к нему приблизится. Однако служанка слишком поторопилась, и ее улыбка не имела ничего общего с улыбкой Джоанны. Паэну достаточно было взглянуть на нее, чтобы желание остыло в нем еще быстрее, чем вода в лохани.

Но Паэну необходимо было получить кое-какие сведения от этой женщины, при этом не задавая прямых вопросов о купеческом доме Мерко и здоровье его обитателей. Если слухи об исчезновении Джоанны из замка ее мужа еще не достигли Уитби, с его стороны будет глупостью проявлять интерес к ее семье, чтобы потом по городу поползли слухи о бретонском наемнике, который неожиданно объявился в тот самый день, когда Джоанна Мерко вернулась домой. Поэтому Паэн как бы между прочим завел разговор о городе, о местных моряках и торговцах шерстью, которые нередко посещали дом старого корабельщика. К его невольной досаде, служанка болтала без умолку о всех купцах в Уитби — о всех, кроме старого Хьюго Мерко.

Наконец, когда вода уже совсем остыла, а его терпение подошло к концу, Паэн вытерся полотенцем, натянул на себя одежду, которую служанка разложила для просушки перед очагом, и пешком отправился взглянуть на тот дом, куда только что возвратилась Джоанна. Ничего страшного не случится, если он посмотрит на него хотя бы издали.

* * *

Со стороны могло показаться, будто в доме побывали грабители и обобрали его дочиста, вынеся все богатства вместе с мебелью и не оставив после себя ничего, кроме голых стен. В длинной кухне не нашлось даже дров для растопки, а сам очаг был забит пеплом, который из-за отсутствия огня, поглощавшего влагу, спекся в густую, отвратительно пахнувшую массу.

Усилием воли Джоанна заставила себя подняться наверх, в спальни, пока еще позволял дневной свет. Без роскошных сундуков и кроватей, которыми обставил свои апартаменты ее дядя, комнаты выглядели совсем маленькими, однако здесь, как и на кухне и в зале, не было видно никаких следов борьбы, а на стенах она не обнаружила отметин, свидетельствующих о спешке, с которой из дома выносились огромные сундуки с одеждой и сейфы, хранившие фамильное состояние Мерко.

Со стороны зала послышались чьи-то шаги, отдававшиеся гулким эхом в холодной пустоте верхнего этажа. Джоанна спустилась по узким ступенькам вниз и в первую минуту подумала, что это ее дядя Хьюго стоит в коридоре, ведущем на кухню, изумленно уставившись в ее сторону и разинув рот. И вдруг незнакомец издал хриплый стон:

— Неужто сама Джоанна Мерко воскресла из мертвых? Джоанна отступила на шаг и оперлась рукой о стену, чтобы не упасть. Судя по всему, этот человек служил матросом на корабле, принадлежащем дяде Хьюго.

— Я не привидение, я действительно Джоанна Мерко.

— Тогда вам придется вернуть мне долг.

— Где сейчас мой дядя?

Мужчина умолк, потом зашелся сухим, прерывистым кашлем и сплюнул на пол.

— Умер, само собой. И на следующий же день его наследники забрали все золото, прежде чем я успел потребовать с них жалованье, которое мне так и не выдали. Не в правилах вашего дяди было оставлять человека без его законного заработка.

Джоанна без сил опустилась на ступеньку и поднесла руки к вискам. Моряк неуклюже переминался с ноги на ногу.

— Аббат обещал написать им и сообщить, сколько именно ваш дядя был мне должен.

Она подняла голову, пытаясь сосредоточиться на словах собеседника.

— Кто?

— Я — Марк, капитан фландрского корабля.

— Нет, я имею в виду наследников, о которых вы говорили. Тех самых, которые явились сюда и забрали деньги. Кто они такие?

Марк долго рассматривал носок своего ботинка, после чего снова сплюнул на пол.

— Насколько я понял, наследницей должны стать вы. Это будет справедливо. Выходит, они ошиблись и вы не умерли.

— Кто эти наследники, которые приезжали сюда?

— Ваша родственница и ее супруг.

— Но у меня нет.., — У нее не было никаких родственниц. Только со стороны мужа…

— Аббат сказал, что, поскольку эта женщина приходится вам золовкой, а ее муж — один из приближенных короля Ричарда, он разрешил им взять с собой все золото, оставив в аббатстве небольшую часть, чтобы уплатить налог, если этого потребует король.