Волк и голубка - Кэтлин Вудивисс

Хейлан улеглась под свой фургон рядом с Мидерд, но заснуть так и не смогла. Она то и дело ворочалась, стараясь устроиться поудобнее и одновременно разглядеть неподвижную темную фигуру Вулфгара.

— Что с тобой, Хейлан? — не выдержала Мидерд. — Тюфяк сбился в комья или земля мокрая? Успокойся же наконец или мужчин перебудишь.

— Подумаешь, мужчины, — пробурчала Хейлан, — спят, все до одного, как убитые.

— О чем ты толкуешь? Еще бы им не спать! Середина ночи! Да что тебя терзает?!

— Мидерд… — начала было Хейлан, но не нашла подходящих слов, чтобы выразить мучившую ее мысль. Она раздраженно вздохнула и после долгого молчания наконец спросила: — Почему мужчины такие? Неужели им никогда не бывает достаточно одной женщины?

Мидерд перекатилась на спину и всмотрелась в догорающий костер.

— Некоторые мужчины счастливы, если находят предназначенную им половину. Другие же вечно ищут минутного наслаждения.

— А Вулфгар, по-твоему, какой?

— Обычный норманн, — пожала плечами Мидерд, — ничем не отличается от остальных, но мы должны верно служить ему, если не хотим попасть в лапы какого-нибудь негодяя.

— Ты считаешь его красивым?

— Хейлан, да ты никак спятила? Мы всего лишь крестьяне, а он наш господин.

— Но он злобен по натуре или истинный рыцарь?

— Откуда мне знать, что у него на уме?

— Ты мудрая женщина, Мидерд. Скажи, как думаешь, может он выпороть крестьянина, если тот его разгневает?

— А в чем дело? Ты обозлила его? Хейлан перевела дыхание.

— Надеюсь, нет.

Она повернулась на бок и, не обращая внимания на вопросительный взгляд Мидерд, закрыла глаза и наконец погрузилась в сон.

Первые робкие лучи солнца пробились сквозь тучи и сотней крошечных радуг заиграли в дождевых каплях, все еще висевших на ветвях. Замшелые камни сейчас напоминали огромные изумруды. Вулфгара разбудили аппетитные запахи кабаньего мяса и бульона. Оглядев лагерь, он увидел, что женщины уже встали и готовят завтрак. Норманн вылез из-под повозки и потянулся, наслаждаясь утренним спокойствием.

Пока Вулфгар спал, Хейлан то и дело бросала взгляды в его сторону, боясь, что его гнев обрушится на нее, но рыцарь, казалось, совершенно позабывший о ней, разделся до чулок и стал умываться. Склонившись над подогретым мясом, Хейлан украдкой посматривала на него. Трудно было не восхищаться этим высоким, широкоплечим, мускулистым воином. К тому же она хорошо помнила его упругие мышцы и сильное тело.

Вулфгар натянул одежду и кольчугу и вместе с Гауэйном и Милберном подошел к костру, чтобы поесть. Хейлан дрожащими руками поднесла им хлеб и мясо, чувствуя, что краснеет при воспоминании о прошлой ночи, но Вулфгар о чем-то говорил с Милберном, смеялся шуткам сэра Гауэйна и, по-видимому, действительно запамятовал об их свидании в лесу.

Через несколько минут, когда пожилой рыцарь потянулся за куском мяса, Хейлан робко осведомилась:

— Сэр норманн, кто такая Эйслинн? Милберн изумленно поднял брови и поспешно взглянул на Вулфгара, прежде чем пробормотать:

— Она… э-э-э… она — госпожа Даркенуолда.

Он быстро отошел, оставив Хейлан размышлять об услышанном. Она все еще не двинулась с места, когда сэр Гауэйн, приветливо улыбнувшись, заметил:

— Мадам, воины часто бывают лишены прелестного женского общества. Какое удовольствие наслаждаться столь восхитительным завтраком и видом ваших прекрасных глаз!

Хейлан нахмурилась.

— Сэр рыцарь, кто такой Вулфгар? И какое отношение имеет к Даркенуолду?

Такое равнодушие к его словам мгновенно охладило пыл Гауэйна.

— Вулфгар, мадам, — хозяин Даркенуолда.

— Именно этого я боялась, — напряженно выдохнула Хейлан.

Гауэйн с недоумением уставился на нее, но, ничего больше не сказав, ушел, крайне уязвленный интересом хорошенькой вдовушки к другому мужчине.

Третий рыцарь, Бофонт, только что поднявшийся, подошел к Хейлан и терпеливо дожидался, пока та заметит его и накормит. Взглянув на рыцаря, она потихоньку осведомилась:

— Сэр рыцарь, мы вправду едем в Даркенуолд?

— Да, мадам.

Хейлан поежилась, не представляя, как встретится с женой Вулфгара и какое наказание ожидает ее, если госпожа узнает о приключении в лесу.

Все время, пока воины сворачивали лагерь, вдова старалась держаться подальше от Вулфгара, не зная, кого она боится больше, — его или Эйслинн. Будь Вулфгар ее мужем, она ужасно обозлилась бы, узнав, что он забавлялся с другой, пусть даже это ничем и не кончилось.

Перед отъездом Вулфгар отвел в сторону Мидерд и с некоторым смущением вручил ей сверток, тщательно завернутый в продубленную кожу.

— Отдай это миледи… — Он громко откашлялся. — Отдай Эйслинн из Даркенуолда, когда останешься с ней наедине. И скажи… скажи… что это честно куплено и ни у кого не отнято.

— Хорошо, милорд, — сказала Мидерд, — я постараюсь все довезти в целости.

Вулфгар кивнул, словно окончательно растерявшись.

— Вам что-то еще угодно, господин? — поинтересовалась она, удивленная столь странным поведением норманна.

— Да, — вздохнул он. — Скажи еще… — Вулфгар запнулся, с трудом подбирая слова. — Скажи, что я желаю ей доброго здравия и надеюсь, она может положиться на Суэйна в случае нужды.

— Я все в точности передам, милорд.

Вулфгар отвернулся и, отдав своим людям короткий приказ, вскочил в седло и повел за собой отряд.

Усевшись в повозку, Хейлан следила за Мидерд, старательно прятавшей узелок.

— Что там у тебя? — спросила она. — Получила от него награду?

— Нет. Мне ведено это отдать.

— Он… он говорил что-то обо мне?

Мидерд медленно покачала головой, приглядываясь к вдове.

— Нет. С чего бы это?

— Я… я думала… он казался разгневанным, когда я его покинула.

— Не похоже, — недоуменно выговорила Мидерд, нахмурясь. — Почему он тебя так занимает?

— Занимает? — неубедительно рассмеялась Хейлан. — Вовсе нет.

— Что случилось вчера вечером, когда все мы спали, а ты куда-то запропастилась? Лежала с ним?

Хейлан, подпрыгнув, негодующе вскричала:

— Да, это правда! Но ничего не было!

Мидерд с подозрением покосилась на ее раскрасневшееся лицо.

— Конечно, это твое дело и твоя жизнь, и не мне тебе подсказывать, да ты и не нуждаешься в моих советах. Но судя по всему, господин не слишком обращает на тебя внимание.

— Это мое дело, Мидерд, — процедила Хейлан и, отвернувшись, стала помогать детям сесть в повозку.