Клятва амазонки - Александра фон Лоренц

— Сколько выпало на долю твою, Данута, — Святослав положил свою руку на запястье молодой женщины. — А я тогда, будучи отроком семнадца-тилетним, влюбился в тебя, когда приезжали с мате-рью к отцу твоему. Чего греха таить, понравилась очень ты мне тогда, а сейчас еще краше стала! Ну, да ладно! Это, наверное, судьба, что сберегла ты это простенькое колечко.

Святослав одел обратно на мизинец Дануте свой подарок.

— Пусть и дальше оберегает тебя, хотя не дай бог еще таких приключений.

— Позвать воеводу! — закричал он кому — то.

Не прошло и нескольких минут, как в зал во-шел крупный пожилой мужчина. Широкими шагами он прошел через все палаты и остановился, поодаль, ожидая указаний.

— Глеб Ростиславович, — обратился к нему князь, — вот боярышня Данута, наместника тмутара-канского Градимира Любояровича дочка, и ее подру-га Милана — прошу любить и жаловать.

Воевода поклонился гостьям.

— Так вот, сынок твой милостиво оказал гос-теприимство ей и Милане. А сейчас нужно побыстрее отправить их домой. Родители там, думаю, извелись совсем. Так вот, ты распорядись, чтобы принесли сю-да из дома твоего сына вещи этих девиц, да еще двое их деток у вас там остались под присмотром.

— Будет исполнено, — ответил изумленный воевода.

— А еще вот что! Собери отряд в пятьдесят человек, да еще и коней им в три смены. Так, чтобы до устья Славутича напротив Хортицы в четыре дня добрались. Там посадишь их на корабль, который пойдет на Тмутаракань, да кормчему передай мой строгий наказ, чтобы девицы эти к дому в целости были доставлены. Иначе больше моим княжеством ему и его роду не ходить.

— Какие у тебя планы, Исгерд? — спрашива-ли дружинники своего вождя на подходе к столице княжества.

Но что мог ответить им старший Эриксон, ес-ли сам не знал, где искать бежавших пленниц. Одна надежда, что на киевском торжище удастся что-нибудь узнать о приметных амазонках. А если они поехали другим, более длинным путем? Конечно, та-кой вариант менее вероятен, но нельзя исключать и его. Тогда поиски надо вести в самой Тмутаракани. О том, что с молодыми женщинами с детьми в дороге может что-нибудь случиться, викинг старался не ду-мать, хотя сердце было полно тревоги.

— Эй, на причале, держи конец! — закричал один из мореходов и кинул увесистую веревку на бе-рег. Неказистый мужичонка с куцей бородкой не ус-пел среагировать, и тяжелая петля угодила прямо ему на плечи. Но все же он спохватился и под дружный смех викингов все-таки сумел освободиться от конца, словно от удава, накинувшего на него свои толстые кольца. Застучали по сосновым доскам тяжелые сапо-ги, и викинги дружно подтянули драккар к месту сто-янки.

— Слушай, вопрос у меня к тебе есть, — сразу же напал Исгерд на русака, принимавшего веревку, — может, видел тут двух пригожих женщин с мальцами двухлетними?

— У тебя, варяг, с головой нелады, что ли, — киевлянин покрутил пальцем у виска, — да тут баб с детьми ходит знаешь сколько? Конечно, видел, и мно-го.

— Да нет, они приметные, красивые такие.

Швартовный мужичонка только удивленно посмотрел на викинга, да и зашагал прочь.

— Так просто не получится, — подошел к не-му брат, — придется побродить по всему порту, по-искать. А может, они на корабле спрятались, до устья Славутича договорились.

И Эриксоны зашагали вдоль причала. Целый день ходили они по киевскому торжищу, расспраши-вали местных и проезжих купцов. Но ни русские, ни варяги, ни греки на женщин с детьми не обращали никакого внимания, и вопросы братьев вызывали у них только недоумение. Чтобы не выглядеть дураками Исгерд пояснял, что они ищут беглых рабынь.

— И ты за рабыней отправился на другой край света? — спросил один из купцов, — да эти поиски тебе обойдутся дороже, чем три таких, как она.

К вечеру братья утомились и сбили все ноги. На всякий случай они прошли и по киевским улицам. Но, конечно, ожидать, что Милана и Данута праздно шатаются по городу, было смешно.

— Надо было бы и на окраины заглянуть, — неуверенно предложил Торкель.

Брат только раздраженно посмотрел на него и пошел в сторону корабля.

— Ба! Известные рожи! — подходя к дракка-ру, услышали викинги знакомый голос и поверну-лись.

Около их корабля стоял тот самый воеводский сын, с которым сцепились они как-то за Дануту и Ми-лану. Эриксоны даже на минуту растерялись, не зная как повести себя.

— Ну что, опять в наши края? Что привезли? — вполне дружелюбно спросил Всеслав, и лица братьев тоже потеплели.

— Да не торгуем мы ничем, дело у нас тут есть одно, — с надеждой начал Исгерд, — ищем баб своих.

— Смотри ты как, за наложницами в Киев приперлись, — засмеялся сын воеводы, — а у нас тут этого добра хватает. И у меня с десяток имеется. Ху-до, видно, дела в Норвегии, что варяги по торжищам девок ищут. Это, каких же вы баб выискиваете?

— Да тех самых, если помнишь, что в про-шлый раз везли.

— Этих — да, хороши были, — согласился Всеслав, — особенно та, что повыше. Так что, убежа-ли они от вас? Видно, плохо трудился ты, варяг, по ночам. Я всегда говорил, что после гребли не до…! Ну, шучу, имею сведения — не в этом дело, — русак понимающе кашлянул.

Исгерд и Торкель виновато опустили головы.

— А я, грешным делом, подумал, что отпус-тили вы их.

— Так что, ты видел наших наложниц?

Широкое лицо Всеслава стало еще шире от нахальной улыбки.

— А как же их не заприметить? Бабы видные, только вот потаскали вы их малость, ну да ничего, еще сгодятся.

— А где ж они? — В голосе Исгерда послы-шалась надежда.

— Я отправил их домой, — лицо у Всеслава стало таким самодовольным, что по нему нестерпимо захотелось вмазать, — были они у меня в гостях, по-том к князю Святославу наведались. Оказывается, твоя сероглазая, — русак ткнул жестким пальцем Ис-герду в грудь, — боярышня! Сам князь в юности был в нее влюблен. А ты ее в рабыни, эх ты.

Исгерд удивленно замолчал, не зная, что ска-зать.

— Святослав снарядил дружину, пятьдесят всадников! Родитель мой возглавил! И повезли ваших наложниц степью, как княжон, на Хортицу.

— Может, нам тоже к князю обратиться?

— Не стоит, я думаю. Ваши наложницы рас-сказали о плене, и про то, как захватили их, и как сил-ком тащил ты ее к себе на север. Зол был Святослав за Дануту. Знакома она ему еще с детства. Перстенек даже князь подарил ей. Так что, молодцы, не знаю, как вам и быть. В рабство вы их уже не вернете, это как пить дать, Если честно сказать, я сам бы их за-брал, если бы не защита князя. Такой нагоняй роди-тель мне устроил, за девок ваших! Гордые, однако! Никому не даются! — Всеслав с уважением поцокал языком:

— Надоели покорные, чуть рявкнешь, ноги целуют! Скука! А вам совет — возвращайтесь вы на свой север, — Всеслав снисходительно посмотрел на братьев, — как бы вам самим там, в Тмутаракани, в рабство не попасть.