Ева. И ее гарем 2 - Виктория Аш

Хотелось дышать с девушкой одним воздухом. Наслаждаться её ароматом, ароматом весенних цветов. Соединить наши тела в древнем танце.

В одно мгновение я взмыл на крыльях эйфории, а в следующий миг разбился с огромной высоты, осознав, что она моя истинная, дар Богов… и клетка. Конец моей свободы. Конец моей жизни для себя. Ведь истинных мужчин запирают дома и редко показывают даже семье.

Я вздохнул с облегчением, когда понял, что Ева не ощущает истинной глубины. А значит, у меня был шанс, и я не стал признаваться в том, кем являюсь.

Пока я боролся с собой, притяжение истинного постоянно напоминало о себе. Я даже не мог спокойно спать — она, словно наваждение, приходила ко мне в снах.

Один звонок от отца решил все мои сомнения. С Евой приключилась беда, и какая именно, стоило лишь гадать. Я видел и чувствовал, как ей больно. Эта истинная боль давила на нервные окончания, словно кто-то втыкал иголки под кожу.

Она попросила исцелить её. А я дурак! Нужно было самому предложить исцеление. Но я сказал совсем не те слова, какие следовало. Я отказал и корил себя. Зачем мне эта свобода, если вдали от Евы я чувствовал, как с каждым днём схожу с ума всё больше?

Ева уснула, но кошмары не отпускали её. Она кричала, а я боролся с внутренней агонией.

Мой самоконтроль сошёл на нет. Логика отошла на задний план.

Не спрашивая разрешения, я впился в её сладкую кожу, впрыскивая яд и делая глоток крови. Почувствовал, как нега разливается по телу, принося облегчение. Путы, что давили всё это время, спадали один за другим. Прижал к себе хрупкое тело, ощущая, как оно успокаивается. Ева уснула глубоким сном. А я сбежал… Сбежал, потому что боялся уснуть рядом со своим нектаром, а она могла бы увидеть мою реакцию. Да и учёбу никто не отменял.

После этого стал ухаживать за самой прекрасной девушкой во всех мирах, ведь понял, что Ева не такая, как наши женщины.

Отпустил своё сердце на волю. И оно текло по течению к своей второй половинке. Текло, текло, пока не разбилось об скалу. Только на корабле гекатонхейров я понял, что если бы не стечение обстоятельств, то больше никогда в жизни не увидел бы Еву.

Не мог её простить за предательство! Хоть и оправдывал её, сердце все равно болело.

Преображение отца добавило аргумент в защиту истинной. Но что-то все равно грызло изнутри.

Услышав стук в дверь, я очень удивился. Ведь за то время, пока я находился на корабле гекатонхейров, ко мне никто не приходил. Я подумал, что это кто-то из персонала, поэтому открыл дверь, продолжая изучать информацию о новом мире. Моя суженая с Земли, и мне вскоре придётся жить там.

— Привет.

Я поздоровался на автомате и только потом понял, кто стоит передо мной.

Что на меня нашло — сам не знаю.

Я растерялся и стал предлагать выпить. Нутро потянулось к истинной. Я был готов всё забыть, лишь бы быть рядом с ней. Вновь впиться в сладкие губы.

Разозлился на эту истинность.

Обида вырвалась наружу. Внутри стало болеть с новой силой, кровоточить от того, что я противоречил своей природе.

Я знал, что Ева истощена, и ударил по больному, чтобы и она почувствовала, как мне тяжело и больно.

Она ушла. А я только потом понял, что наделал.

Всё! Я не жилец!

Мужья Евы почувствуют, что у неё истощение, и придут за моей душой.

Я решил, что сопротивляться не буду. Мне не простят того, что я с ней сделал. Истину нужно беречь. А я идиот, глупый мальчишка. Всё испортил. Дал обиде выйти наружу.

В своем самобичевании я понял, что за мной никто не пришёл, а это значит…

Это могло значить всё, что угодно.

Я вышел из конуры, чтобы ускорить свою кончину.

Сначала я заглянул к Еве, но там никто не открыл. Затем пошел искать её мужей, но они были заняты. Оказывается, мы проходим сложный участок из астероидов и им не до меня.

И только сейчас до меня дошло, что Ева ослаблена, и из-за этого мужья её не чувствуют. Прошло столько времени! Она ведь может уже умереть, а никому нет до неё дела. Вот же я кретин!

Я так себя накрутил, что поднял панику вокруг. Забыл о том, что сам виновен в её состоянии. Но сейчас главной целью было спасти Еву; все остальное — потом.

Я нашёл тех, кто вскрыл каюту Евы за считанные минуты. Ворвался в неё и увидел хрупкое тело, скрученное в позе эмбриона на кровати. Сердце оборвалось в пропасть от осознания, что я не успел.

Миллимметровыми шагами я стал приближаться к Еве, протянул руку, нащупывая пульс. Слабый, но он был. Я больше не раздумывал, нежно поднял Еву на руки и аккуратно, но быстро направился в медицинский отсек.

Только бы она выжила. Только бы с Евой все было хорошо…

Глава 43

Что происходит?

Я так сладко спала, и мне снилась что-то прекрасное, но я не могла уловить смысл сна, чтобы понять его значение. Кто-то нёс меня на руках, такой родной и уютный, что сон приобрёл новый, тёплый виток…

Внезапный яркий свет перед глазами вырвал меня из сладкого, тягучего наслаждения Морфея. Кто-то светит мне фонариком сначала в один глаз, потом в другой, от чего пробуждение стало максимально раздражающим. Пищат приборы. Суета. Вокруг меня все бегают.

Что происходит?

— Что за паника? — возмутилась я, продолжив тише, — мы не на «Титанике».

— Ева! Ты очнулась!

Ко мне бросился обниматься Никон. Вот это да,вот это я легла отдохнуть. Думала, он меня никогда не простит, а тут сам бросился обниматься.

Объятия закончились под жесткой командой Керилиана:

— Убери руки от неё! — а затем более ласково обратился ко мне, — Ева, как ты?

Как я? А я лежу на холодной койке, меня разбудили самым варварским способом, и я вообще не понимаю, что тут происходит.

— Нормально, — ответила на вопрос Кериллиан.

Хотела добавить, что если бы мне дали выспаться, то было бы вообще замечательно, но мою мысль не позволил завершить взволнованный Никон.

— Но как же? Я ведь… Прости меня, я ведь… — я не позволила ему договорить, схватив его за руку и со всей силы сжав ее, молча приказывая ему молчать.

Хорошо, что