Господин ректор - Лора Флор

вынужден признать — нам нужна поддержка. — я слышала скрежет его зубов, он говорил нехотя, через силу, — С этого дня все светлые пожиратели, или же просто — Светлые, свободны. Они обладают силой, в которой мы так отчаянно нуждаемся. Они противоядие против чёрной гнили. — в толпе поднялся гул, а я не могла поверить собственным ушам, — Объявляю, что светлые отныне отдельный народ в империи Адристан. Великий и почитаемый! Каждому светлому даруется титул и земли в обмен на помощь в войне.

В конце своей речи император уже горел гневом. Я успела заметить его раскрасневшееся лицо и зло сдвинутые брови, прежде чем тот скрылся в портале.

— Все свободны до нового приказа. — громогласно заявил мой муж и исчез во тьме раньше, чем эта самая тьма прихватила и меня.

Тёмная магия не успела развеяться, как на меня накинулись. Сжали объятиях и уткнулись в волосы жадно вдыхая.

— Демоны! Никогда не был так рад видеть Гордона, как сегодня. Уже планировал, как умыкнуть тебя оттуда.

— Что произошло? Как у Гордона получилось убедить императора расстаться с ценным источником дохода? Что будет теперь?

Спросила лёжа на кровати в тёплых объятиях и уплетая шоколад, который муж любезно протягивал.

— На первых порах он категорически отказывался, и нам пришлось перейти на угрозы.

— Вы угрожали императору? — удивлённо рассмеялась.

— У него крайне шаткое положение. Обладая некоторыми тайнами, мы легко можем выбить трон из-под него. — усмехнулся муж, поглаживая меня сквозь тонкую ночную рубашку. — Теперь каждого светлого, который захочет участвовать в войне, временно свяжут с боевым магом. Гордон предоставил прекрасно обученных светлых. Так, наши силы значительно возрастут.

— А я? — мужчина рядом напрягся всем телом, подглаживающая меня рука окаменела.

— А ты будешь сидеть в этом поместье и ждать, когда я вернусь. — родной голос прозвучал мягко, но строго.

— Но как же? Я могу помочь тебе! Стать этим самым усилителем! — подскочила на колени и взглянула в его глаза.

— Нет. — он ответил непреклонно, отставил блюдце с шоколадными конфетами на тумбочку и встал с кровати.

Мне всё ещё непривычно видеть его таким… домашним. На нём были только тёмные льняные брюки. Взгляд прошёлся по безупречному тренированному торсу, широкой груди и плечам. По моему телу прошёлся огонь, и я закусила губу.

Как можно быть таким… притягательным?

— У меня уже есть светлый в привязке.

Нахмуривались. Что? Сейчас он совершенно точно говорит не обо мне.

— И где ОН? — сделала акцент на последнем слове, наблюдая за мужчиной, который отошёл, чтобы попить воды. Тихое журчание разошлось по безмолвной комнате.

— Я отослал ЕЁ в дальний особняк в горах. — стакан с тихим звоном опустился на стол, глаза мужа с лукавством посмотрели на меня. Издевается!

— Объяснись. — я вонзила в мужа взгляд из-под бровей, ненароком повторив за ним, так любит делать он. Видимо, не зря говорят, муж и жена…

По комнате пронёсся мужской смех, лишая здравого смысла.

— Невероятно. — он сунул руки в карманы, отчего мышцы на загорелой груди задвигались, привлекая внимание, — Моя милая жёнушка бывает ревнивой. — медленной поступью, давая себя рассмотреть Дрейган, подошёл вплотную к краю кровати, где на коленях стояла я, — Около трёх лет назад, император обязал меня взять в подчинение светлого. Вот я и купил самую изнеможённую и в тот же день отослал.

— Почему?

— Она была одной из первых, кого поймали. На ней ставили жуткие опыты. Испытывали возможности, доходили до её предела. А после несколько раз перепродавали как усилитель. Сейчас она восстанавливается после душевных и физических травм.

Я с благоговением провела руками по татуировкам на его груди, повторяя витиеватые линии. Мужская рука нежно перебирала мои волосы, пропуская сквозь пальцы.

— Но она там. А я здесь. Я могу помочь тебе. — прижалась к нему всем телом и запрокинула голову, чтобы взглянуть на лицо.

— Нет! — ярко-голубые глаза блеснули, а рука мягко схватила волосы на затылке удерживая, — Пообещай мне, что ты будешь оставаться здесь!

— Сколько? День, месяц, год? Предлагаешь всё это неопределённое время сидеть дома?

— Я постараюсь решить эту проблему как можно раньше. — наклонился ближе, к самым губам и прошептал, — Пообещай, Лаура.

— Обещаю. — сдалась и растворилась в упоительном поцелуе со вкусом тёмного шоколада.

Глава 20

— Что ты здесь делаешь?

Мужчина в форме сидел на нашем диване в гостиной и принимал чашку чая от служанки.

— О, добрый вечер. Зашёл попить чаю. Угостишь?

Я перевела взгляд на чашку с дымящимся напитком в его руках и приподняла правую бровь.

— Если скажу «нет», ты эту чашку выкинешь? — припомнила ему, о его необычном пристрастии.

— Два сапога пара. — Виланд закатил глаза, — Дрей явно выбрал идеальную пару для себя.

— Сочту это за комплимент. — тоже присела на диван напротив, принимая свою чашку с мятным чаем от расторопной служанки.

С этим наглецом мы подружились и довольно таки быстро нашли общий язык. Его манера врывался без предупреждения, раздражала и одновременно забавляла. А после пары ласковых от мужа и он вовсе свёл к минимуму эту пагубную привычку.

— Где Дрейган?

Неприятное чувство, сосущее под лопаткой с самого утра, сейчас усилилось, когда Виланд напрягся и нарочито медленно отпил из своей чашки. Его глаза бегали по богато обставленной комнате, избегая моего взгляда.

— Ответь!

— Держит оборону дворца. — обречённо выдохнул приятель и, как мне показалось, сжался.

— Почему ты ещё здесь? Иди туда и помогай! — подскочила на ноги. Усидеть на месте не представлялось возможным.

— Ты не будешь требовать отвести тебя к нему? — удивлённо пробормотал он.

— Я обещала, что останусь здесь. — сжала вспотевшими руками юбку.

— И ты действительно останешься? — недоверчиво сощурил глаза приятель.

— Да. — зашипела сквозь зубы.

Я хотела помочь и еле задерживала себя на месте. В груди всё горело от беспокойства и страха. Там сейчас мой муж сражается, пока я сижу здесь в больной безопасности! И возможно, даже не узнала бы, что что-то происходит.

Если бы не связь, делящая наши жизни я, не раздумывая, кинулась ему на помощь. Но учитывая этот факт, должна остаться здесь. Более чем уверена, что могу допустить ошибку, отвлекусь и пропущу удар, который будет стоить жизни. Теперь уже не одной моей.

Я не могу его так подставить.

Комната погрузилась в звенящую тишину, когда приятель последний раз кинул на меня долгий взгляд и исчез в портале. Тишина давила и грозила раздавить меня целиком.

Развернулась на каблуках и двинулась наверх. Балкон встретил летней прохладой вечера. Сверчки трещали в траве и клумбах, а разноцветные светлячки кружили по воздуху, даря необычное, волшебное ощущение.

Я обязательно