Влюбленный эльф - Михаил Эм

Читатели, а в особенности читательницы «Эльфийского единорога» во время выступления Мюриэль сморкались в платки, а некоторые откровенно всхлипывали.

— Сильна ты врать! — прошептал Ариэль девушке.

— Иди, твоя очередь, — зашептала озабоченная Мюриэль в ответ.

Ариэль поднялся и произнес:

— Ваша честь! Да, я организовал побег Мюриэль, но при этом не отдавал себе отчета в своих действиях. В моей голове шла сплошная круговерть, из которой я понимал единственное: я должен находиться рядом с Мюриэль, иначе погибну. Я испробовал все возможности по освобождению возлюбленной, но они не принесли успеха. Отец, у которого я просил, отказался оказывать помощь, поскольку считал ее незаконной. Тогда я прочитал номер «Эльфийского единорога», в котором описывался простой и легкий способ освобождения: побег из тюрьмы. Ничего уже не соображая, в горестном любовном экстазе, я воспользовался полученным советом и стал не недолгое время счастлив. Теперь-то я понимаю, что поступил опрометчиво, но сделанного не воротишь. Единственное, на что мне остается уповать, это на справедливость и милосердие эльфийского суда.

Ариэль уселся на скамью подсудимых.

До этого в зале судебных заседаний неизменно находилась Сиэль, выслушивавшая звучавшие речи с восторгом или ужасом, в зависимости от того, чем они грозили Ариэлю. После последнего слова своего бывшего ухажера Сиэль встала и, рыдая, покинула залу.

Судья удалилась на вынесение приговора.

Через час судья возвратилась и зачитала:

— Именем Эльфийской конгломерации признать виновными:

подсудимого светлого эльфа Варсиэля — в хищении государственного имущества;

подсудимого светлого эльфа Руниэля — в непреднамеренном убийстве с отягчающими последствиями;

подсудимого темного эльфа Ариэля — в организации побега заключенного из тюрьмы.

При этих словах Мюриэль вцепилась в ладонь Ариэля изо всех сил, как бы не желая с ней расставаться.

— Остальных подсудимых признать невиновными, — продолжала зачитывать приговор судья, — и приговорить:

подсудимого светлого эльфа Варсиэля — к 5 годам тюремного заключения;

подсудимого светлого эльфа Руниэля — к 3 годам тюремного заключения; подсудимого темного эльфа Ариэля — к 2 годам тюремного заключения.

— Всех осужденных, — продолжала судья, — лишить воинских званий и наград. В отношении темного эльфа Ариэля, учитывая личное поручительство президента Эльфийской конгломерации Зуриэля, применить условную меру наказания. Оправданные, также те, к кому применена условная мера наказания, подлежат освобождению в зале суда.

При упоминании условной меры наказания пальцы Мюриэль разжались и обмякли.

— Одновременно, — продолжала судья, — суд считает необходимым выделить в отдельное производство дело о подстрекательстве к побегу из тюрьмы. В подстрекательстве обвиняется печатное издание «Эльфийский единорог». Главный редактор «Эльфийского единорога» Шармэль подлежит взятию под стражу в зале суда.

— Но позвольте!.. — раздался возмущенный голос главного редактора Шармэля.

К нему уже протискивались конвоиры.

Суд закончился. Варсиэля и Рыжего, также продолжающего протестовать Шармэля заковали в наручники и увели, остальных — бывших обвиняемых — оставили в распахнутой клетке.

Измученные ожиданием Ариэль и Мюриэль, по-прежнему держась за руки, вышли из клетки и побрели прочь, подальше от толпы.

Эпилог

Они вышли из зала суда, держась за руки, и побрели куда глаза глядят. В руках у них были кульки с одеждой, возвращенной при освобождении.

— Надо бы переодеться, — предложил Ариэль.

— Как скажешь, — пожала плечами Мюриэль.

Они зашли в будку общественного туалета и переоделись. Раньше обвиняемые были одеты в тюремные балахоны, теперь вид Ариэля и Мюриэль значительно улучшился, но все равно недостаточно для того, чтобы на них не обращали внимания. При виде обритых голов встречные эльфийцы изменялись в лице и шарахались в сторону. Но Ариэль и Мюриэль шли, никого и ничего не видя перед собой, счастливые тем, что могут не скрываться и быть вместе.

Ариэлю вернули деньги, бывшие при нем во время ареста.

— Перекусим? — спросил он.

— Давай.

Возлюбленные зашли в уютное кафе, спрятавшееся под раскидистой кленовой кроной, и заказали кленовый сироп и пирожки с тыквой. Официант при виде обритых голов дико посмотрел на молодых эльфов, но ничего не сказал.

После того, как заказ принесли, Ариэль и Мюриэль наслаждались лакомствами, потом долго сидели и болтали ни о чем. Затем снова взялись за руки, вышли из кафе и побрели по улице, инстинктивно стараясь забрести туда, где их никто не мог побеспокоить.

Через час блужданий они оказались на поляне, которая показалась Ариэлю смутно знакомой.

— Поблизости наш детский садок, — сообщил он Мюриэль.

— Правда? — удивилась девушка.

Всю жизнь она провела под землей, поэтому расположение детского садка не помнила.

— На этой поляне мы когда-то играли.

Дубы произрастали друг от друга на значительном удалении, оставляя между собой полянки с шелковистой травой, колеблемой легкими порывами ветра. Когда ветер налетал, то казалось: по траве пробегают морские волны. Волны налетали на необхватные стволы и разбивались об них, но исполины не замечали жалких притязаний — лишь равнодушно перебирали листвой и тут же впадали в вековую задумчивость.

— На этом самом месте шестилетний мальчик рассердился на пятилетнюю девочку и ударил ее магическим зарядом?

Ариэль закрыл паучий шрам на лице девушки поцелуем.

— Зачем ты вспомнила?

— Извини, я не хотела. Мне приятно думать, что ты нарочно пометил меня, чтобы узнать через пятнадцать циклов.

— Сама виновата, незачем было сердить. Зачем ты сказала, что первая долетишь до Алармейских гор?

Девушка посмотрела на высящиеся за горизонтом белые пики, до которых они так и не добрались, хотя находились в нескольких часах ходьбы.

— Но я же извинилась, — воскликнула она. — А потом предложила слетать к Алармейским горам вместе.

— Давай слетаем! — рассмеялся он.

Ариэль и Мюриэль взялись за руки и, дурачась, изо всех сил замахали крылышками. Внезапно между ними проскочила одна малиновая искра, за ней вторая и третья. Молодые эльфийцы недоуменно переглянулись: совершать магические действия при отсутствии волосяного покрова невозможно — это знал каждый эльфийский ребенок.

— На тебе остались волосы? — с сомнением спросил Ариэль.

— Ни одной волосинки. Все выбрили, даже на лобке.

— У меня тоже.

Между тем малиновые искры, свидетельствующие о наличии магической энергии, усиливались. Возлюбленные чувствовали, что между ними происходит нечто странное — это им нравилось. Их крылышки трепетали в унисон, и в ногах отчего-то возникла необыкновенная легкость.

— Держись, — только и успел произнести Ариэль.

Магическая энергия усилилась, и неожиданная подъемная сила, задаваемая трепещущими крыльями, подхватила юношу с девушкой и увлекла вверх. Когда это случилось, Ариэль и Мюриэль, и