Наследница двух родов - Юлия Григорова

и спустила с кровати ноги, ощутила засохшие слёзы на лице и поспешила избавиться от них. Мне предстоял ещё не один день пути, а там кто знает, как обернётся дело и успею ли я оказаться дома вовремя. Когда я вышла из гостиницы, готовая отправиться в путь, засовывая в рот яблоко, украденное с чьего-то стола, то удивилась при виде Риана и Эрика, ожидавших меня верхом. Мы ничего не сказали друг другу, лишь поприветствовали кивками голов, и когда я взобралась в седло, помчались галопом на спасение моей дочери от её деда.

Чем ближе мы подбирались к перекрёстку, откуда дорога развивалась в четыре стороны и вела, в том числе к Эдельстауну, тем больше народу встречалось нам на пути. Разнообразие людей, что проносились мимо и с интересом рассматривали нас, поражало. Здесь были и пешие путники, целые семьи с сумками за плечами, самодельными тростями, запряжённые в небольшие тележки вместо лошадей, и богато одетые всадники, которые спешили объехать пеших людей и вырваться на пустую дорогу. Множество экипажей как с одной лошадью, так и с двумя, четырьмя, и телеги, больше всего оказалось их. Гружённые сундуками, мебелью, некоторые даже картинами. Складывалось впечатление, что люди собрали всё, что могли поместить. Вот только они ехали по направлению из порта и спешили как могли.

Сперва я приняла их за купцов или торговцев, вполне логично, учитывая основной промысел города, но, всмотревшись в лица, одежду, поняла, что здесь не только они. Среди общей толпы наблюдались и простые жители, бедные крестьяне, у которых даже денег на обувь не нашлось и передвигались они в тканевых обмотках.

Ехать галопом становилось всё труднее. Из-за моих ограниченных навыков в верховой езде пришлось сбавить темп, иначе я вполне могла налететь на любого встречного путника, или даже телегу. Риан и Эрик только обрадовались этому и с облегчением на лицах последовали моему примеру.

Когда на горизонте стали различимы силуэты четырёх строений, одно из которых после пожара так и не восстановили, я не поверила своим глазам и тому, какой поток жителей рекой тянулся со стороны моря и главного порта страны. Честно говоря, я никогда в жизни не видела столько людей одновременно, здесь и сейчас их были тысячи. Вполне логично, что люди, увидев на горизонте армаду под флагом Вильгельмских, решили бежать из города заранее.

– Значит, корабли уже видны на горизонте, а может, армия уже высадилась и захватила город, – подвёл итог Риан в процессе изучения передвигающейся толпы.

– Видимо, эти люди ещё не забыли то, что им пришлось пережить два года назад, – высказалась я, пробираясь сквозь толпу, периодически не желающую расступаться. В те дни двухгодичной давности Вильгельмские захватили порт малым числом только потому, что уже находились в Эдельстауне на момент атаки. Сейчас дело обстояло иначе, но я сомневалась, что гарнизон, насчитывающий не так много солдат, как следовало бы там оставить, будет в состоянии отбиться.

Объездной путь к поместью займёт больше времени, особенно если придётся передвигаться со значительно меньшей скоростью, чем планировалось из-за плотных рядов встречной толпы. Прижавшись почти полностью к кромке леса, я время от времени пыталась пустить лошадь в галоп, но буквально через несколько метров находился самый умный из пеших людей, кто выскакивал из общего потока с намерением обогнать впереди идущих и натыкался на меня. Откинув упавшие на лоб волосы в сторону, совершенно забыв, что они недостаточно длинные, чтобы зацепиться за уши и в результате вернуться на место, я выругалась про себя и признала – этот путь окажется куда длиннее и сложнее, нежели я предполагала, выезжая из замка в одиночестве.

Глава 15. Королевский цирк

Заблудший.

Разбудить короля и оторвать его от новоиспечённой супруги, оказалось не так просто, как я себе это представлял. Нет, я на самом деле считал, что с лёгкостью мне это задание не выполнить, но всё оказалось куда труднее, чем могло показаться. Пройдя через кучу коридоров и этажей в поисках их комнаты, мне пришлось ещё и прорваться через толпу гвардейцев, не желавших беспокоить венценосных особ. Половина охраны меня просто не узнала, ведь видела только в первые дни после прибытия в замок, и то в не очень трезвом и чистом виде. Вторая половина замешкалась, мялась какое-то время, но всё равно отказывала, ведь у них был приказ – не беспокоить короля с королевой до самого утра. Цели я всё же добился и вот сидел в гордом одиночестве в довольно тесном зале для собраний приближённых короля, за длинным столом, который занимал почти всё свободное пространство помещения. Между спинкой моего стула и стеной оставалось около полуметра, а то и меньше, как и у стула напротив. Окна прятались за чёрными шторами, несмотря на стоявшую на улице ночь. Единственным источником света выступали подсвечники, установленные в центре стола, но их свет не доставал до углов комнаты, и они оставались окутаны темнотой. Обстановка казалась слишком мрачной, но учитывая особенности Эдгара, вполне в его духе. Во главе стола было установлено массивное кресло с отделкой из зелёных изумрудов и с вырезанным кленовым листом в самом центре спинки. Прямо над ним на стене, висели гербы страны и рода Кленских.

Эдгару требовалось время, чтобы одеться и выйти сюда. Король приказал гвардейцам поднять ещё и генералов, и самых влиятельных людей страны. Вот этих я предложил не трогать, ведь мужчины сейчас будут размышлять не на трезвую голову, и разговор потеряет свою важность и может утечь в неверном направлении. Но король меня не послушал и в ответ приказал принести в зал ещё и настойку, которая поможет им быстро протрезветь. Я не знал о существовании чего-то подобного, хоть и жил двадцать лет до всех этих событий с главным лекарем деревни, считая того отцом. Моё незнание можно объяснить лишь тем, что деревенским мужикам не требовалось быстро трезветь, они и на пьяную голову могли работать не хуже, чем на трезвую.

Откинувшись на спинку довольно неудобного стула, я посматривал на кресло для короля и перебирал пальцами по столешнице. Стук от удара ногтей по дереву разливался по комнате и успокаивал. Прежде чем прийти сюда, я успел отправить и гонца, и голубя с письмом к Велианту, описав ему ситуацию и передав приказ короля. Зная первого заместителя, хоть и не любя его, я был уверен, что мужчина не станет созывать генералов и что-то с ними обсуждать, а наша армия будет собрана в самые короткие сроки.