Злая империя - Трейси Лоррейн

В последний раз, когда я видела Кэлвина, я была зла на него и практически выбежала из дома.

Они оба заслуживают от меня большего, чем это, после всех тех лет, что они поддерживали меня. Ни в чем из этого не было их вины. Если бы Кэлвин знал, что кто-то был в доме, он бы положил этому конец, я знаю это, без сомнения.

— Эй, — говорит Эмми, кладя свою руку поверх моей, шок от ее движения заставляет меня поднять на нее глаза. — Просто сходи и повидайся с ней завтра. Никто не может винить тебя ни в чем за последние несколько недель. Это было чертовски напряженно.

— Я знаю. Спасибо тебе.

— Должна же я быть чем-то полезной, верно? — спрашивает она, накладывая себе полную тарелку еды.

— Нечто большее, чем просто возбуждение члена Тео, ты имеешь в виду?

Взгляд, который она бросает на меня, — это чистая смерть, и все, что я могу сделать, это рассмеяться.

— Прости, мне жаль, — говорю я, пытаясь отдышаться.

— Нет, это не так, — дуется она, опускаясь на диван со своей тарелкой.

— Да, может, и нет. Тебе следует просто взять его на тест-драйв, снять некоторое напряжение. Это могло бы все исправить.

— Или сделать все чертовски хуже? — бормочет она, запихивая в рот полную вилку еды.

— Ты не узнаешь, пока не попробуешь.

Ей не нужно давать мне устный ответ. Я получаю все, что мне нужно, из ее глаз.

— Я просто поддерживала разговор, — легкомысленно бормочу я, прежде чем наколоть вилкой кусок свинины.

Она качает головой, глядя на меня, продолжая есть.

* * *

— У тебя здесь есть мороженое? — спрашивает Эмми пару часов спустя.

Уже почти полночь. Я надеялась, что ребята уже вернутся или, по крайней мере, что-то услышу от них, но мой мобильный тихо лежит на диване.

— Ты серьезно? — спрашиваю я, подозрительно глядя на нее. — Ты только что набрала свой вес в китайской еде. Как ты можешь хотеть мороженое?

Она пожимает плечами. — Мне просто нужно что-нибудь сладкое. И мороженое на самом деле не еда, так что…

Точно зная, что она имеет в виду, несмотря на количество еды на вынос, которую мы обе съели, я встаю с дивана и направляюсь на кухню, чтобы поискать в морозилке.

Что-то подсказывает мне, что там будет пусто. Я не могу представить парней, сидящих вокруг с банками Ben and Jerry's и с масками для лица.

Я разражаюсь смехом от картинки, которая всплывает у меня в голове.

— Что? — Спрашивает она, глядя на меня с дивана, ее брови нахмурены в замешательстве.

— Н-ничего, — заикаюсь я, все еще посмеиваясь про себя. — Ничего. Я думаю, эти коктейли были немного крепковаты.

— Итак… — спрашивает она, ее взгляд скользит к дверце морозилки, которую мои пальцы все еще сжимают.

— Нет. Никакого мороженого.

— Черт возьми, — надувает она губы, прежде чем убежать через гостиную.

— Что ты делаешь? — Спрашиваю я, когда она засовывает ноги в ботинки.

— Иду в магазин.

— Тебе так сильно нужно мороженое? — Она поднимает бровь, глядя на меня в ответ. — Ладно, прекрасно. Я пойду с тобой.

— Нет, ты останешься здесь. Тебе не разрешается выходить из дома, — шутит она. — Ты могла бы включить сигнализацию или что-то в этом роде.

— Господи, я не собака, Эм.

Она пожимает плечами.

— Это всего лишь магазин дальше по улице. Мы вернемся меньше чем через десять минут.

— Ладно, прекрасно, — соглашается она.

— О черт, — кричу я, когда поднимаю первую ногу, чтобы сунуть ее в угги, но вместо этого покачиваюсь и натыкаюсь на комод.

— Что, черт возьми, было в том коктейле? — спрашивает Эмми, ловя меня прежде, чем я падаю на пол.

— Э-э… водка и… что бы там ни было, бутылка была в задней части шкафа.

— Господи. Себ собирается убить меня.

— Я могу справиться с Себастьяном. — Я качаю головой. Даже я слышу, насколько невнятен мой голос. — Свежий воздух прочистит мне голову, — говорю я себе вслух.

— Тогда пошли. — Эмми берет меня под руку, как будто думает, что мне нужна поддержка, когда я спускаюсь по лестнице.

Я навеселе, а не чертовски пьяна.

— О черт, подожди, — говорю я, как только мы выходим за парадную дверь.

Я наполовину ожидала застать Карла и Касса на вахте, но, очевидно, ребята верили, что я останусь на месте сегодня вечером, или просто не верили, что они смогут остановить меня, если я снова пойду против правил.

Чувство вины охватывает меня, когда я делаю паузу, пытаясь вспомнить, почему я остановилась в первую очередь.

— Я забыла свой мобильный. Подожди там.

— Тебе это действительно нужно?

— Одну минуту, — кричу я, бросаясь к лестнице.

— Я буду у ворот.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Себастьян

Тео привлекает мое внимание с другого конца комнаты и кивает.

Моя губа дергается с одной стороны, подтверждая, что все хорошо, но также показывая ему, насколько я злюсь на эту гребаную работу.

По-видимому, у Эвана был какой-то большой провал или что-то в этом роде, и ему нужны были все мужчины. Это привело к тому, что нас пригласили играть в охрану в задних комнатах отеля.

И под задними комнатами я подразумеваю те, о существовании которых большинство наших клиентов даже не подозревают.

Алекс и Нико в своей стихии, их взгляды прикованы к женщинам, вращающимся вокруг шестов, подвешенных к потолку, в такой маленькой одежде, что я не совсем понимаю, почему они беспокоились.

Я был здесь несколько раз за эти годы, поэтому я знал, чего я ожидал, когда мы вошли ранее. Только Нико и Тоби раньше меняли здесь смену, потому что они старше нас. Возможно, мы более чем способны справиться с придурками, которые слишком сильно испытывают свою удачу с нашими танцорами, но босс старается поддерживать совершеннолетний персонал там, где он может.

— Ты трахнул ее, не так ли? — Я спрашиваю Нико, когда он откровенно трахает женщину на сцене.

— Вообще-то, нет. Хотя, черт возьми, хочу. Ты видел эту задницу?

Я бормочу какое-то согласие, потому что да, ее тело довольно невероятное — все девушки такие, но не удивительно, что они проводят за этим ночи.

Я бы все равно предпочел ту, которая ждет меня дома, в любой день.

— Такой чертовски взбитый, — бормочет Нико.

— Да? И что из этого? — Спрашиваю я, делая предупреждающий шаг к нему.

Он поднимает руки в защите. — Я просто указала на факт, не нужно меня за это бить.

— Ты придурок, — бормочу я, отходя от него и осматривая комнату,