Праздничные истории любви - Светлана Лубенец

— Ну что? — поинтересовалась она, когда те закончили показательное выступление. — Вы поцеловались?

Лиля резко развернулась и вышла из рубки, а Васька смущенно пробормотал:

— Ну… почти.

— Так, ангелы сбежали из ада и торопятся на землю, черти пускаются в погоню. Как бы нам это поинтереснее обыграть?.. А давайте зал задействуем! Ангелы, вы со сцены уходите. И бегом по лестнице из фойе к дверям в зал. Черти — следом. Потом вы входите в зал с другой стороны, сначала ангелы, за ними — черти, завязывается потасовка. А тем временем на сцене… рождается Христос! Вот, собственно, и все. Пока эти… эээ… друг за другом гонялись, все произошло без них. Всем понятно? Тогда начинаем… с падения со стула, — она с намеком посмотрела на Алю.

— Давайте сразу с побега, — предложила та.

— Нет, с падения со стула!

Аля вздохнула, уселась к Сереже на колени и привычно обняла его за шею. Он таким же дежурным жестом положил ей руку на талию.

— Уже неплохо! — одобрила Василиса. — Вась, давай своих «козлов»!

…Аля вытащила из драки двух своих собратьев, они выскочили в фойе и сломя голову понеслись вверх по лестнице. Васька и Рома быстро обогнали ее и встретили у входа в зал «автоматными очередями».

Она картинно вскинула руки и пошатнулась, в последний момент передумав падать — этого ей и на сцене хватает!

— Ничего, я посмотрю, как вы в простынях побегаете, — тяжело дыша, проговорила она.

— Какие еще простыни?

— А вам что, не сказали? — удивилась Аля. — Вась, не тупи, ты ж там был!

— Да я чего-то прослушал…

— Поцелуями увлекся?

— Короче, — перебил Васька. — Какие простыни?

— Костюмы у нас будут такие! Есть дома белое белье?

— Не знаю… — на разные голоса промычали парни.

— Такое впечатление, что все на черном спят! — она невольно процитировала Ирку. — Короче, морально готовьте мам!

— А сколько простыней-то надо? — деловито поинтересовался хозяйственный Рома.

— Думаю, две, но некоторым может и три понадобиться, если ширины не хватит, — съязвила Аля, выразительно оглядев его упитанную фигуру.

— А некоторым может длины не хватить… — не остался в долгу тот, но тут Васька заорал:

— Наступают! Внимание, огонь!

И они уже втроем вскинули «автоматы».

— Мам, у нас есть белые простыни?

— А зачем тебе?

— Для костюма ангела. Две штуки.

— А их потом вернут? — поинтересовалась мама. — И в каком виде?

— Я буду падать в них со стула, — глубокомысленно заметила Аля. — Так что, сама понимаешь… Ма-а-ам… — с сомнением протянула она.

— Что?

— Мне там по роли предлагают с одним мальчиком поцеловаться…

— Симпатичный хоть мальчик?

— Не-а, — честно ответила она. — Противный.

— Ну тогда не стоит, — весело заметила мама, и девочка так и не поняла, шутит она или серьезно.

На первую репетицию в костюмах ангелы все как один явились с белыми простынями.

— Ну вот, у всех нашлись! — весело заметила Ира. — А отмазывались, не знаю, мол…

— Кстати, мама не поняла и сначала дала мне в цветочек, — невозмутимо заметил Рома.

— Тебе не с цветочками, а с булочками какими-нибудь надо было бы, — высказался Васька. — Или с колбасой…

— Вася! — возмущенно загалдели художницы.

Чертям было куда проще — они просто нарядились во все черное, и озадачиться пришлось только рогами и хвостами.

— Так, а мне хвост? — возмутился Славик, когда художницы раздали реквизит.

— Погоди, тебе еще не сделали, — развела руками Надя. — Возьми пока тигриный от цирка.

— Все люди как люди… то есть черти как черти, а я с тигриным буду?

— Так это же твой собственный хвост из тигров! — утешила Надя.

— Мой хвост? — с подозрением оглядел его Славик.

— Дорогой Иа! — немедленно встрял Васька.

— Я тебе сейчас покажу Иа! — пообещал Славик, но тут Надя сказала:

— Все, черти свободны! Покиньте рубку, сейчас ангелы будут одеваться!

— Ну погоди, еще на сцене встретимся! — пообещал на прощание Славик.

Рому и Ваську наскоро замотали в простыни на манер древнеримских тог и выставили. Девчонкам не терпелось неспешно и со вкусом заняться Алей.

После долгих прикидываний решили скрепить простыни на плечах и подвязать поясом. Получилось что-то вроде длинного мешковатого платья без рукавов.

— Это что, у меня будут голые руки торчать? — возмутилась Аля.

— Ой, забыла! — спохватилась Ира и кинулась к своей сумке. — Я ж тебе крылья принесла!

Аля заинтересованно потянулась посмотреть. Зря она сказала Василисе, что ни с кем из девчонок не подружилась…

— Вот! — наконец торжественно сказала Ирка и выдернула из пакета обыкновенную тюлевую занавеску.

— Это что, крылья? — разочарованно протянула Аля.

— Да ты погоди, знаешь, как сейчас красиво сделаем!

Ирка набросила тюль ей на плечи и руки, потом водрузила обратно простыни.

— А теперь смотри! — она подвела Алю к небольшому зеркалу.

Девочка осторожно помахала руками и признала:

— Да. И правда ничего.

Она покрутилась перед зеркалом, пытаясь рассмотреть себя сбоку и сзади. Полы «платья» при этом распахнулись чуть ли не до пояса.

— Ничего себе! — ахнула Аля. — Хорош ангел!

— Да нормально, — придирчиво осмотрела ее Ира. — Ты же в душе порочный ангел! — хихикнула она. — Наденешь колготки покрасивее!

— А сейчас у меня какие? — испугалась она. — Страшные, что ли?

— Да и сейчас все о’кей, — успокоила Ира. — Просто на спектакль надо будет подобрать поинтереснее, с рисуночком, там… Я тебе еще веночек на голову сделаю, у меня как раз ленточка подходящая есть…

— Ирка, спасибо…

— Да ладно! — смущенно отмахнулась та. — Иди, там, наверное, уже все на ушах стоят.

Перед дверью в зал Аля замешкалась.

— Так, — сказала Ира. — Тормозить изволим?

— Я боюсь, — призналась она.

— Чего?

— Ну, все будут смотреть…

— Интересно! — присвистнула та. — Если ты репетиции боишься, как спектакль играть собираешься?

— Ой, об этом я вообще стараюсь не думать… Лучше не напоминай!

— Иди тогда. Иди-иди! — Ира подтолкнула ее в спину.