Будка поцелуев 3. В последний раз - Бэт Риклз

– Все в порядке? – спросил меня Ли, когда по кругу пошло пиво, и Аманда начала объяснять правила игры.

– Конечно, – я расплылась в улыбке.

Еще бы я позволила Ною – или Леви – испортить мне праздник.

Солнце потихоньку садилось, и Мэттью с отцом начали устанавливать фейерверки. Джун вынесла десерты, Аманда, Рейчел и Линда ей помогли. Я решила не мешаться им под ногами. Слишком много рук – тоже плохо.

– Может, дождемся Ноя? – спросил Брэд. – А то фейерверки пропустит.

– Можем снять их на видео для него! – предложил Ли. А я словно язык проглотила.

Я пыталась дозвониться до него и оставила сообщение, умоляла его вернуться.

Он ответил своей маме. Сказал, что ему нужно проветриться.

Я подозревала, куда он уехал, но решила его не трогать. Приедет, когда будет готов. Сегодня мне нужно было сосредоточиться на последнем Дне независимости в пляжном домике, а не бегать за Ноем.

Вечером, после уборки, когда друзья наши разъехались по домам, а приятелей Брэда забрали родители, мы завалились в игровую комнату с кучей тарелок и напитков.

Отец достал «Монополию». Игра была уже совсем старой: мы так часто доставали картонное поле, что края истрепались, а цвет ее потускнел. Карточки и бумажные деньги тоже выцвели и погнулись, на некоторых были пятна – в конце концов, играли мы в нее с тех пор, как были маленькими и неаккуратными.

Фишек на всех не хватило: парочка затерялась за столько лет. Рейчел и Ли играли в одной команде. Брэд играл вместе с отцом. Мэттью и Джун тоже объединились. Линда, Аманда и я играли по одиночке.

– Мы выбираем гоночную машину! – Брэд потянулся к фигурке.

– Не так быстро, – рассмеялась Линда. – Кинем кубик, чтобы распределить фишки.

Я скривилась – так, чтобы Ли увидел. Мы никогда не выбирали фишки с помощью кубиков: у каждого из нас были свои привычные фигурки. Кто успел – тот и съел.

Но ладно. Подумаешь.

Мне выпала цифра один. Линде – шестерка. И она улыбнулась.

– Похоже, я и буду первой! Думаю… думаю, выберу… – она провела пальцами над фигурками, – …терьера!

Я даже не успела понять, что делаю, – и буквально вырвала фигурку из ее рук.

– Простите, – выпалила я. – Просто я всегда играю собачкой.

– Ох, нет, Эль, – засмеялась Линда, протянув руку. – Таковы правила. Я выбираю первой…

Линда кинула на меня сочувственный взгляд, но я нахмурилась. Я так сильно хотела дать ей еще один шанс, но тут отступить не могла.

Я парировала:

– Мне пофиг. Я играю собачкой.

Да, я вела себя как избалованный ребенок. И, конечно, кто-то должен был меня осадить. Я просто не думала, что это будет отец.

– Эль, да ладно тебе, – произнес он непривычно строго. – Просто отдай Линде фигурку.

Я фыркнула и неверяще на него уставилась. Он встал на ее сторону? Серьезно?

Джун скривилась, но не стала меня защищать. Более того, она поймала мой взгляд и слегка кивнула, словно бы говоря: «Ну же, Эль, послушай своего отца».

Что ж, ладно.

Раз они этого хотят.

– Это что-то вроде традиции, – начал было Ли. – Эль всегда играет за шотландского терьера.

– Нет, – рявкнула я, поднялась и яростно бросила фигурку на стол. Она попала в стопку карточек с Шансами, и они разлетелись по комнате. Рейчел тут же начала их собирать.

– Я в порядке. Забирайте собаку. Что-то мне больше не хочется играть.

– Оу, нет, нет, не стоит! Погоди, Эль, – Линда подняла собачку и протянула ее мне, хотя я была уже в дверях. – Если это традиция, то пусть так. Возьми.

– Мне не нужна благотворительность, – выплюнула я. – Нельзя просто так ворваться в наши жизни, тусить с нами на выходных, играть в настольные игры и вести себя так, словно тут ваше место. Потому что это не так. И на ваши старания жалко смотреть!

– Эль! – одновременно воскликнули Джун и мой отец. Кто-то из них вскочил с места.

Мэттью произнес:

– Не обращай на нее внимания, Линда. Ох уж эти подростки, разве не так?

Я что есть силы хлопнула дверью.

Услышала, как кто-то топает за мной, но не обернулась, пока отец не крикнул:

– Рошель! А ну быстро вернитесь, юная леди!

Я так и сделала: скрестила на груди руки и повернулась, остановившись у тропинки на пляж. Тут было темно, но по дворику, по дому и по лицу моего отца расплывались бирюзовые отсветы от бассейна.

Выглядел отец просто взбешенным.

Я нахмурилась и распрямила плечи.

– Это что такое было? – спросил он.

– О чем это ты? Ты же все слышал! – возразила и ткнула пальцем в дом. – Я всегда играю за собачку, пап. Это мамина фигурка. Всегда была. Всегда.

И ты просто так готов ее отдать? Может, мне подарить Линде и часы, которые мама оставила мне на семнадцатый день рождения? А заодно и мамину одежду с чердака, и мамину любимую розовую со звездами кружку?

Он вздохнул, стащил с носа очки, протер их и водрузил обратно.

– Эль. Это всего лишь фишка в «Монополии».

– Это мамина фишка. Это наше последнее лето здесь. Флинны продают этот дом, и… и мы уедем в универ, и кто знает, когда еще мы сможем поиграть вот так, все вместе? Линды здесь даже быть не должно. Это семейный вечер. Все гости уже давно разошлись.

– Прекрати. Это несправедливо, и ты это знаешь.

– Несправедливо? – Я округлила глаза. – Хочешь поговорить о справедливости? Несправедливо, что она просто… просто вошла в наши жизни и постоянно рядом! Она забирает Брэда из лагеря, готовит вам ужин, общается с Мэттью и Джун. Она вела себя в нашем доме так, словно там ей самое место… говорила со мной так… дружелюбно, и меня от этого тошнит. Я знаю, что она тебе нравится, и прости, но мне – мне она не нравится. Это эгоистично – тащить ее в нашу жизнь.

Отец побледнел. Заморгал, словно не веря в то, что услышал.

Я сжала зубы и не расцепила руки, потому что не сожалела ни о едином слове.

Он в самом деле тащил ее в нашу жизнь. И нет, я хотела, чтобы отец был счастлив, конечно, хотела, но… все происходило слишком быстро. Линда не была частью нашей семьи, и я ненавидела ее за то, что она вела себя так, словно уже ею стала.

Меня бесило, что она так хорошо поладила с Джун и Мэттью. Что Рейчел и Аманда улыбались ей, когда они разговорились в кухне. Я ненавидела, как Линда подкладывала Брэду лишний брауни, словно это был их маленький секрет, словно ему пять лет, и она сможет задобрить его выпечкой. Но хуже того… Брэда и не нужно было задабривать, он и так был на ее стороне. Она попробовала наш знаменитый картофельный салат, просмотрела все фотографии в коридоре и она все еще заезжала за Брэдом в лагерь и иногда возила его поесть пиццы.