Любовь на карантине - Юлия Набокова

– У тебя здорово получается, Даш, – голос Кирилла вернул меня обратно в палату, и я открыла глаза. – Ты занималась танцами?

– Никогда, – усмехнулась я, откидывая распущенные волосы за спину. – Просто я одаренная.

Я даже в клубы не ходила. Не до танцев мне было, когда надо было зарабатывать на жизнь и выживать в негостеприимной Москве. А когда всерьез занялась блогом, то училась совсем другому – фотографии, продвижению, личному бренду, копирайтингу, актерскому мастерству, технике речи. Танцев в списке дисциплин, необходимых блогеру, не было. И сейчас я с удовольствием включилась в урок, пусть не сразу, но оценив идею Кирилла.

К девушке-тренеру присоединился молодой партнер. Кирилл, повторяя за ним, протянул мне руки, приглашая к танцу вдвоем:

– Потанцуем, Даша?

Следуя указаниям тренера, мы неуклюже повторили совместные шаги, держась за руки. В палате было не разгуляться, и мы уперлись сначала в одну стену, у которой стояла кровать Кирилла, а затем в противоположную, где располагалась моя койка. Мы едва не задевали локтями спинки наших коек, но, приноровившись к ритму, перестали их замечать.

Кирилл не сводил с меня искрящихся глаз, на его губах блуждала улыбка, а мое сердце билось в унисон нашим шагам.

– И раз-два-три! И раз-два-три, – отсчитывала тренер в ноутбуке.

Затем мы повторили боковые шаги вдоль окошка, ведущего в коридор. То-то удивились бы медсестры, если бы застали нас за этим танцем! Сейчас я уже не хотела, чтобы они прервали наш урок. Мне нравилось, как Кирилл крепко держит меня за руки и как он уверенно задает темп, как будто танцует уже не в первый раз. Пусть в его движениях не было легкости и техники, как у профессиональных танцоров, но в них были сила и забота, в которых я нуждалась.

Зажигательный танец захватил нас обоих, и когда музыка внезапно оборвалась, мы с удивлением обернулись на ноутбук – мы уже забыли о наших онлайн-тренерах!

– А теперь от открытой позиции приступаем к закрытой! – весело провозгласила танцовщица. Она положила руку на плечо парню, а он приобнял ее между лопаток. Затем они сплели свободные руки и подняли вверх, очутившись лицом друг к другу так близко, словно собрались целоваться.

– Ты не против? – Кирилл посмотрел на меня, спрашивая разрешения. – Если хочешь, можем закончить урок.

– Ты что! – бурно возразила я, кладя руку ему на плечо и испугавшись, что он может сбежать. – Я только вошла во вкус!

В горле пересохло от волнения, и я облизнула губы. Между лопаток меня пронзило током – это Кирилл осторожно приобнял меня. Переплетя пальцы, мы приподняли свободные руки.

– А теперь мы уже ведем не рукой, а корпусом! – задорно выкрикнула тренер из ноутбука. – Мужчина слегка толкает партнершу грудью, задавая темп.

Наш танец все больше становился похож на объятия влюбленных. А пикантности ему добавляло то, что мы танцевали между двух коек. И если бы Кириллу вздумалось затащить меня в постель, даже идти бы далеко не пришлось… Музыка становилась все энергичней, я виляла бедрами, повторяя за нашими учителями. За их спиной в танцевальном зале была зеркальная стена, а у нас было окно, ведущее из палаты в коридор. И когда мы делали боковые шаги, я видела в отражении, как чувственно и сексуально поводит бедрами Кирилл.

– Может, ты стриптизер? – поддела его я. Мне никак не давала покоя его профессия, которой он не называл вслух. – Спортивный, мускулистый, – пользуясь танцем, я скользнула свободной рукой по его упругому бицепсу. – Чувство ритма есть, танцуешь, как Тарзан.

– Может быть! – Кирилл еще энергичнее задергал бедрами, откровенно дурачась, и выгнул грудь колесом.

Я рассмеялась – так забавно это выглядело:

– Хватит, беру свои слова обратно!

Когда к шагам прибавились повороты, быстрый зажигательный танец закружил нас с головой. Мне было так легко и весело, как не было уже давно. Разве что во сне, где мы сбежали на тайный пляж…

Мы танцевали, и я вспоминала свой сон. Он снова оказался вещим! Недаром говорят, что танец – это вертикальное выражение горизонтальных желаний. Точно так же мы касались друг друга в моем сне – руками, грудью, бедрами, только не в танце, а лежа на песке…

Близость Кирилла пьянила сильней шампанского, сердце колотилось так часто, что вот-вот выпрыгнет из груди. В какой-то момент он резко повернул меня, а затем крепко прижал к себе, так что я почувствовала биение его сердца тоже. Нас разделяла только одежда, и я вспомнила, как нетерпеливо мы срывали ее друг с друга во сне. Не успев задуматься, что творю, я запустила руку под футболку Кирилла и коснулась литых мышц его пресса. Ммм, совсем как во сне.

– Даш… – хрипло пробормотал он у меня над головой. – А это сейчас что за танец?

Я поняла, что мы стоим без движения уже какое-то время, пока я водила рукой по его животу. Заглянула ему в глаза и увидела, что они сделались черными от желания.

– Не знаю, – тихо откликнулась я, – я импровизирую.

А в следующий миг поняла, что лечу. Кирилл подхватил меня под бедра и приподнял вверх, прижимая к себе, так что наши губы оказались на одном уровне. А я обвила его ногами, чтобы не упасть, и обняла за шею. Поцелуй был неизбежен. У меня даже губы горели от нетерпения, и я видела, как часто дышит Кирилл от желания.

– Скажи, чтобы я остановился, – выдохнул Кирилл, – или я…

– Не останавливайся, – перебила я и первой потянулась к нему навстречу.

Наши губы столкнулись жарко и нетерпеливо – выдавая накопившееся за шесть дней желание и высекая между нами искры. А затем потолок качнулся над нами, стены описали круг – и я упала спиной на койку. А сверху упал Кирилл, накрывая своими губами.

На какое-то время мы забыли обо всем и никак не могли насытиться поцелуями. Исчезли больничные стены и все, кто мог нам помешать. Мы как будто перенеслись на тот дикий пляж в Италии, где нет никого, кроме нас. Постель превратилась в песок, потолок – в небо, шум машин за окном – в шепот волн, а голоса медсестер – в крики чаек. Рядом со мной был самый прекрасный мужчина на свете, и его поцелуи наполняли каждую клеточку моего тела легкостью и волшебством.

Но вдруг Кирилл прервал поцелуй и настороженно повернул голову на окно, ведущее в коридор.

– Что-то случилось.

Я потянулась к его губам, чтобы возобновить поцелуй, но Кирилл уже встал с кровати и резко шагнул к окошку.

– Что-то происходит, Даш!

Мимо окна, в ту сторону, куда увели Фиму, пробежали медсестры. Наверняка, это очередной розыгрыш Фимы, с досадой подумала я, облизывая припухшие от поцелуев губы. Надо же было этому клоуну испортить такой романтический момент!

– Катя, – Кирилл постучал по стеклу, привлекая внимание юной медсестры, которая быстро прошла в ту же сторону. – Что происходит?

– Женщине стало плохо, – нервно пояснила она и поспешила туда.