Внезапная страсть - Кэйтлин Битнер Рот

Селина сжала ладонями виски.

– Очень болит голова.

– У нее очень болит голова, – перевел Кэмерон.

– О, ради всего святого, замолчите! – потребовала Селина, приподняла юбку и бросилась вверх по лестнице.

Тревор с трудом сдержался, чтобы не догнать. Нет, только не сейчас. Сначала надо спокойно обдумать все, что только что довелось услышать. Он медленно вздохнул и перевел взгляд с испуганно убегавшей Селины на кузена: небрежно развалившись на диване, тот с беззаботным видом гладил котенка.

Подумать только: он мог убить Кэмерона!

В последние дни самым суровым испытанием казался разговор с отцом, однако даже безжалостный суд Джастина померк перед предстоящим выяснением отношений. В горле застрял комок величиной с кулак, а тщательно заготовленное извинение внезапно показалось жалким.

– Можешь присесть, – невозмутимо предложил Кэмерон. – Эта стена не упадет и без твоей поддержки.

Тревор подошел к столу и взял не тронутую Селиной чашку с уже остывшим чаем.

– Пей, – насмешливо посоветовал Кэмерон. – Она даже не прикоснулась.

Тревор ощутил глубокое облегчение. Все будет хорошо. Раз Кэмерон находит силы шутить, значит, простил. Он опустился на диван рядом с кузеном.

– Кажется, со времени нашего детства мебель стала ниже и теснее? – Кэмерон налил себе еще чашку. – Сидим чинно рядышком и пьем чай, как когда-то пили наши мамы.

Оба усмехнулись и с удовольствием потянулись к булочкам. Кэмерон сразу откусил едва ли не половину.

– Ты ведь не собираешься отпускать Селину в Сан-Франциско, правда?

– Разве я могу помешать ей осуществить задуманное?

Кэмерон засунул в рот вторую половину.

– Разумеется, можешь, если хочешь.

Некоторое время оба молча жевали, а потом Кэмерон заговорил снова:

– Кажется, я чего-то не понимаю. Почему не бросаешься под ноги, не останавливаешь, не предлагаешь руку и сердце? Причина кроется в ее бесплодии?

Тревор поставил чашку и печально посмотрел кузену в глаза.

– Селина твердо уверена, что мужчина должен получить от жены то, чего она дать не может. Что, по-твоему, из этого следует?

– Ерунда, Трев. Удержи ее, не дай уехать.

– Я моряк, Кэм, так что не имею права оставить ее здесь, а потом бросить и отправиться в долгое плавание. Идея абсурдная.

Кэмерон торжествующе взмахнул чайной ложечкой.

– Ага! Значит, возьми ее с собой.

– В Китай? Но она ясно дала понять, что на роль любовницы не согласна.

Кэмерон поставил чашку и с ворчанием забился в угол дивана.

– О боже! Ты настолько твердолобый, что твоей головой можно пробить стену. К тому же оба вы отличаетесь одним общим качеством – невиданным упрямством. Разница в том, старик, что Селина готова это признать, а ты нет.

Тревор хмыкнул и улыбнулся.

– Через два дня она отправится в путь вместе с вечерним отливом, – напомнил Кэмерон и, словно спохватившись, воскликнул: – О, прости! Как я мог забыть, что глава судоходной компании и сам об этом знает?

От одной лишь мысли о возможности взять Селину с собой закружилась голова. Усилием воли Тревор подавил лучик надежды, отчаянно пробивавшийся сквозь его стройную, но мрачную логику. Она ни за что не согласится, так что лучше сменить тему разговора.

– Завтра капитан Томпсон выведет первый клипер вместо тебя.

Кэмерон кивнул.

– Кроме нас двоих, он единственный сделает все возможное, чтобы поставить рекорд скорости. А что будет со мной?

– Я поведу второй корабль, а последний выйдет из порта через три недели. К тому времени ты уже поправишься и сможешь встать за штурвал.

Разговор перешел на профессиональные темы: груз, маршруты и строгие временные рамки, – затем Тревор принялся излагать план развития компании на пять лет вперед, однако вскоре заметил, что кузен перестал слушать.

– Кажется, я потерял тебя по пути?

Кэмерон удовлетворенно кивнул.

– Зато мне пришла в голову отличная идея.

– И в чем же она заключается?

– Дай время все обдумать. Завтра впервые вырвусь из домашнего плена и встречусь с твоим отцом. Ровно в десять. Присоединяйся, парень!