Легкомысленная невеста - Аманда Скотт

Едва Хью устроился в постели и задремал, как в дверь постучали.

Уверенный в том, что это Лукас привел слуг, которые должны были унести ванну, Хью сердито бросил:

— Да входите же!

Но когда дверь распахнулась, он увидел Дженни. В руках она держала свечу, а ее длинные распущенные волосы шатром накрывали плечи и грудь.

— О! — смущенно воскликнула она. — Я и не думала… То есть я считала, что ты все еще не спишь… Мне не следовало приходить…

Хью уселся в постели, слишком поздно вспомнив про свою наготу.

— Да я могу надеть панталоны и встать в считанные секунды, детка, — силясь держаться спокойно, промолвил он. — Только не убегай.

Его тело тут же отреагировало на ее появление. Дженни повернулась к Хью спиной, и он испугался, что она хочет уйти, поэтому поспешно схватил штаны, натянул и зашнуровал тесемки, стараясь прикрыть свое восставшее естество.

— Заходи же, Дженни. Что случилось? Я послал к тебе Лукаса. Может, ты забыла что-то сказать ему?

— Нет-нет, Лукас отправилась ужинать, — ответила Дженни. — Но у меня в комнате так холодно и я чувствую себя там одинокой. К тому же ты на меня сердишься, вот я и подумала… В общем, наверное, я должна извиниться.

Поскольку она по-прежнему стояла в дверях, Хью подошел к ней, взял за плечо и завел в свою спальню, а затем ногой захлопнул дверь.

На Дженни были только просторный халат лавандового цвета и тапочки, и от нее пахло розами — это был любимый аромат Хью. Он впервые видел ее волосы распущенными. Они спадали вниз длинными волнами, и, коснувшись их, он ощутил, какие они шелковистые и чуть влажные.

— Ты помыла голову, — заметил Хыо.

— Да, я вся помылась, — промолвила Дженни.

А потом, обратив внимание на ванну с водой, она добавила:

— Должно быть, и ты тоже. Здесь пахнет мускусом и гвоздикой.

Хью взял у Дженни свечу, поставил на столик и положил руку ей на плечо.

— Итак, — проговорил он, — зачем ты все-таки пришла ко мне?

— Я же сказала тебе, что должна извини…

— Когда я сержусь, ты сразу узнаешь это.

— Но ты был сердит, — настаивала Дженни.

— Да, но не на тебя, — возразил он. — Я сердился на них. Они так несправедливо обошлись с тобой. Я видел завещание твоего отца, в котором он четко указывает, чего именно хочет. А Данвити дочитал лишь до того места, где твой отец назначает его твоим опекуном. Подозреваю, что больше он узнать не пожелал, поскольку в зависимости от содержания завещания многое для Данвити менялось. Это сильно смахивает на трусость и действительно злит меня. Однако я предпочел скрыть от них свой гнев по той же причине, по которой посоветовал и тебе не показывать им своих чувств.

— То есть чтобы не позволить им радоваться тому, что они нас рассердили? — уточнила Дженни.

— Да. От меня ты можешь свой гнев не скрывать… Ну, если только не я стал его причиной, — добавил он с дразнящей улыбкой.

Но потом Хью произнес более серьезным тоном:

— Ты также должна знать, что я не всегда в состоянии контролировать свой гнев. Бывает, он вырывается из; меня, прежде чем я успеваю взять себя в руки.

— Фелина говорила, что у тебя взрывной характер, — напомнила Дженни.

— Да, ей об этом известно, — кивнул Хью. — И она не раз доводила меня до белого каления. — Он помолчал. — Так ты скажешь мне еще что-нибудь?

— Я думала, что Лукас передал тебе, что мне не нужна в путешествии служанка, — ответила она.

— Нет, он не успел. Когда раздался стук в дверь, я подумал, что это он вернулся за ванной. А ты уверена, что тебе никто не нужен? Не думаю, что на корабле окажутся другие женщины.

— С тех пор как я уехала из Исдейла, у меня не было собственных слуг, — ответила Дженни. — А звать кого-то из Аннан-Хауса я вообще не желаю.

— Что ж, в таком случае тебе действительно никто не нужен. Скажешь еще что-то?

Помедлив, Дженни посмотрела ему в глаза.

— Фелина говорила мне, что ты клятвенно пообещал больше никогда не жениться, а сегодня назвал меня своей женой, потому что они тебя разгневали. Я… Я просто хотела… И вот сейчас я не знаю, что и сказать. Видишь ли, все дело в том, что я на самом деле не знаю, чего ты от меня хочешь. Ты скажешь мне это?

— Я обычно говорю то, что думаю, Дженни, особенно когда я сердит, — вымолвил он. — Я действительно имел в виду то, что сказал. Пока что-то от меня зависит, мы с тобой остаемся супругами, и будем ими, пока ты сама не передумаешь. Уже дважды потребовалось, чтобы я назвал тебя своей женой. Возможно, ты над этим задумаешься.

— А может быть, понадобится и третий раз, — сказала Дженни и потом добавила с задумчивой улыбкой: — Я могу лечь сегодня с тобой?

— Даже не знаю, чего мне хотелось бы больше, — ответил Хью. — Но ты должна понимать, что если сделаешь это, то я стану тебе супругом в полном смысле этого слова.

— Господи, так я ведь уже сказала им, что ты это сделал! — воскликнула Дженни. — Мне раздеться?

— Нет, я сам тебя раздену, — сказал Хью.