Как женить маркиза - Сара Блейн

– Ну, будь уверена, если с ним вообще можно связаться, то на объявление он обязательно откликнется, – подал голос полковник, наклоняясь, чтобы вытряхнуть пепел из трубки в камин. Затем, выпрямившись во весь свой немалый рост, он потянулся к коробке для сигар на каминной полке. – Ведь ваш стряпчий – человек образованный. Значит, он читает «Газетт». Если он сейчас в Лондоне, то полагаю, мы получим от него известие не позже завтрашнего дня.

– А пока мы можем только надеяться, что Вир скоро вернется с новостями о том, как продвигаются розыски мистера Финеаса Амброуза, – заметила Софи, деликатно откусывая кусочек шафранного бисквита. – Кстати, куда, ты сказала, он отправился?

– Я не говорила, – заметила Констанс, которая без удовольствия вспоминала о том, как два дня назад ей пришлось распрощаться с Виром на рассвете, пришедшем на смену той самой ночи, когда состоялось их грандиозное воссоединение. Право, думала она, какое свинство вот так оставить ее, и как раз тогда, когда они пришли к соглашению. Отныне они с Виром должны были составить команду заговорщиков, дабы совместными усилиями добиться справедливого возмездия для Блейдсдейла и его брата. Только, похоже, ее участие в заговорщической деятельности ограничится пребыванием в полной безопасности в гостиной тетки, черт возьми! – Да и не могла сказать, так как Вир категорически отказался поделиться со мной этой информацией. Само собой, он объяснил это тем, что и сам пока не знает, куда заведут его поиски.

– Так, наверное, он и в самом деле не знал, – возразила Софи, которая была весьма обрадована тем, что у Вира хватило здравого смысла не брать Констанс с собой. – Ты не должна винить Вира за то, что он хочет, чтобы ты была в безопасности, пока сам он занят розысками человека, который, по всей видимости, предал смерти своих хозяев.

– Софи права, – сказал полковник, взмахнув трубкой. – Я знаю, Констанс, как это неприятно, когда приходится оставаться дома и только изнывать от волнения. Конечно, всякому человеку приятнее быть на передовой. Но ты тоже выполняешь немаловажное дело, так сказать, удерживаешь тылы.

– Мне так не кажется, – кисло заметила Констанс. – И все же, думаю, мне следует быть благодарной хоть за то, что Вир не стал настаивать на моем возвращении в Албемарл-Хаус. Все-таки лучше быть здесь, с вами, чем там сидеть в четырех стенах одной.

– А я так безумно счастлива, что ты наконец снова дома, – заметила Софи, которая очень хорошо поняла, что Констанс, несмотря на свое внешнее спокойствие, уже грызет удила и готова взвиться на дыбы. Она даже подумала, а не зря ли они с Региной так поощряли в девочке это ее упрямое стремление к независимости. Идеи Мэри Уолстонкрафт о равенстве женщин очень хороши, пока не столкнешься в реальности с молодой женщиной, которая так и рвется навстречу опасности. Право, порой Софи даже радовалась, что сама она уже вышла из того возраста, когда могла бы родить детей.

Но едва эта мысль мелькнула в ее голове, она поняла, что лжет самой себе. Годы, которые она провела, помогая сестре воспитывать ее дочку, она бы не променяла ни на что. И ей было жаль, что у них с Джеком не будет своих детей. Все же она могла утешаться мыслью, что Констанс не повторит ее судьбы. Несмотря на отвратительную репутацию Вира, Софи почему-то казалось, что маркиз будет подходящим мужем ее племяннице.

По крайней мере он доказал, что вполне способен справиться с внезапными метаниями своей юной супруги и знает, как обуздать ее бесстрашие, которое рано или поздно заставит ее пренебречь собственной безопасностью. Более того, он сумел завоевать ее своенравное сердце, которое за те семь лет, что Констанс выезжала в свет, не смог тронуть ни один из множества увивавшихся за ней поклонников.

Да, в те времена у Софи была одна печаль – что ее драгоценная Констанс решила, видимо, остаться в старых девах. Но вот теперь она замужем, и, если все сложится удачно, очень скоро материнство отрезвит ее, заставит смирить свой порывы. А пока можно только надеяться, что Вир сумеет закончить это неприятное дело с Блейдсдейлом прежде, чем Констанс взбрыкнет и сама ввяжется в столь опасную авантюру.

От этой малоутешительной мысли Софи отвлек громкий стук дверного молотка.

– Кто бы это мог быть? – заворчал полковник, который занят был тем, что развлекал Констанс рассказом о сражении при Серингапатуме, том самом, в котором султан Майсурский потерпел сокрушительное поражение. – Надеюсь, ты предупредила миссис Гейл, что для посетителей нас нет дома?

– Ах нет, нет! – воскликнула Констанс, вскакивая на; ноги и прислушиваясь к звукам из прихожей, где экономка разговаривала с неизвестным посетителем. – А вдруг это пришел мистер Эндерхарт, прочитавший наше объявление? Или это кто-нибудь с весточкой от Вира?

– Если так, то мы очень скоро об этом узнаем, – сказала Софи, которую вдруг охватило какое-то неприятное предчувствие. – Прошу тебя, дорогая, сядь и допивай свой чай, а то он совсем остынет.

– Ах нет, какой уж чай! – отозвалась Констанс, устремляясь к дверям. – Пока я не узнаю, кто это, я и глотка не смогу выпить. Я вернусь через секунду.

И прежде чем Софи успела что-нибудь на это возразить, Констанс уже выскочила в коридор. Торопливо выбежав на лестничную площадку, она перегнулась через перила, увидела паркетный пол прихожей и услышала голос миссис Гейл, которая говорила неизвестному джентльмену, что господа не принимают, но он может оставить свою визитную карточку.

– Нет, нет, Глэдис, подожди! – крикнула Констанс, торопливо сбегая по ступеням. – Кто это?

– Какой-то джентльмен, миледи, которому нужно встретиться с полковником по поводу объявления.

– Можешь впустить этого джентльмена, Глэдис, – сказала Констанс, останавливаясь на последней ступеньке. – Поверь мне, полковник просто жаждет его увидеть.

– Как прикажете, миледи, – ответила экономка, хотя вид у нее был настороженный. – Входите, сэр. Полковник все-таки примет вас.

Человек, который шагнул через порог, совсем не походил на ту фигуру, которая рисовалась в воображении Констанс, когда она представляла себе поверенного, много лет служившего герцогу Уэстлейку. И дело было не в одежде незнакомца, которая была отлично пошита, хотя и отличалась чрезмерной строгостью покроя и вся была выдержана в черных тонах. И не в волосах его, каштановых, напомаженных и с аккуратным пробором посередине. Незнакомец определенно выглядел как самый настоящий стряпчий – но как стряпчий, которому едва минуло тридцать лет!

– Мистер... э-э... Эндерхарт? – начала разговор Констанс, разглядывая карточку, которую миссис Гейл подала ей на серебряном подносе.

– Мистер Джосая Эндерхарт, миледи, – пояснил джентльмен, снимая перчатки, шляпу и плащ с помощью миссис Гейл. – К вашим услугам, мадам.

– Боюсь, здесь какая-то ошибка, мистер Эндерхарт, – сказала Констанс, чувствуя, что ее воспарившие было надежды падают в пропасть. – Объявление было для мистера Малкома Эндерхарта.

– Малком Эндерхарт – мой отец, мадам, – пояснил джентльмен. – Увы, в данный момент он находится на пути домой в Уэлс и, следовательно, никак не мог видеть объявление полковника. Я подумал, что, может быть, я могу оказаться полезным. С тех пор как мой отец отошел отдел, я занимаюсь делами очень многих его бывших клиентов.