Карусель - Белва Плейн

— Как он это воспринял? Из всех нас он был наиболее близок с отцом.

— Плохо. Роксанна говорит, на глазах превратился в развалину. Но она хорошо за ним ухаживает. Она ангел, просто ангел. Они придут, как только для них расчистят дорожку. Клайв настаивает.

— Как жаль, что нет Дэна, — сказала Салли.

— Он ведь сегодня должен прилететь?

— Вечером. Но я даже не представляю как. Вряд ли аэропорт так быстро расчистят.

— Вот уж будет для него возвращение! О, меня зовет Йен. Мы поговорим попозже. Подожди, я забыла сказать, что, по словам Йена, детективы захотят со всеми нами побеседовать. Это просто смешно — допрашивать нас, но, видимо, они должны это сделать. Так что будь к этому готова.

— Постараюсь, но у меня просто нет слов.

«Да уж, надо постараться выглядеть расстроенной, «естественно» расстроенной. Так, что в такой ситуации было бы естественным? Позвонить Аманде». И поэтому Салли позвонила в гостиницу.

Аманда уже слышала эту новость по местному радио.

— Что ж, — сказала она, — какая своевременная смерть! Или мне следует сказать «убийство»? И это когда я приехала специально для того, чтобы на него посмотреть! Кто это сделал?

— Никто не знает.

— Это взлом? Ограбление?

— Не думаю. Ничего не взяли.

— Полагаю, врагов у него не было. Если только ты не вспомнишь о каком-нибудь.

— Нет, не припоминаю, — коротко ответила Салли.

Если Аманда намерена спровоцировать ее, она совершает ошибку. «Никому не доверяй!» Аманда является единственным человеком, у которого после вчерашних откровений может возникнуть мысль, способная связать ее имя со смертью Оливера.

— Вчера я была настолько выбита из колеи твоим рассказом, что должна была куда-то поехать. И отправилась в кино, представь, в такую-то погоду…

— Похороны, видимо, превратятся в большое событие.

— Видимо, да.

— Мне кажется, что ты не очень-то его любила.

— Почему ты так говоришь? Между прочим, до вчерашнего вечера я испытывала к нему огромное уважение. Даже обожала его.

— Что ж, век живи — век учись, не так ли? Я бы хотела знать, когда будут похороны, чтобы послать венок.

— Значит, ты на них не пойдешь?

— Нет, я улетаю отсюда первым же самолетом, как только они начнут летать.

— А как же дело, из-за которого ты приехала?

— Сейчас вряд ли будет уместно говорить о деньгах. Я вернусь через пару недель, когда уляжется пыль. Во всяком случае, я люблю летать.

Аманда говорила как-то раздраженно. Хотя можно понять: обидно, когда кто-то в последний момент лишил тебя возможности отомстить.

— Ты можешь спокойно направить венок в церковь Оливера, — сказала Салли. — Но я не понимаю, зачем тебе вообще нужно это делать.

Аманда засмеялась:

— Я — член семьи Греев, а мы воспитывались по всем правилам этикета. Кстати, ты знаешь, что к тебе придут детективы? Пусть это тебя не беспокоит.

— Мне не о чем беспокоиться, — сказала Салли.

И в самом деле, два детектива уже сидели на кухне с няней. По-видимому, они приехали, пока Салли разговаривала по телефону с Клайвом, который слег от сильного потрясения. Салли услышала их голоса с верхней площадки и, учитывая ситуацию, без зазрения совести стала подслушивать.

— Гостья приехала из Калифорнии, вы сказали?

— Я сказала, что думаю так. Я не обратила внимания. Меня это не касается, — возмущенно отвечала няня. — Если вы хотите узнать о семейных делах, вам следует самим спросить хозяев.

Значит, они действительно прочесывают все частым гребнем. Ну что ж, она готова. И Салли спустилась вниз, чтобы встретиться с мужчинами в гостиной.

— Детектив Мюррей, — представился один, аккуратный, лысеющий мужчина, напомнивший Салли ее дантиста.

— Детектив Хьюбер, — сказал второй, который был моложе и походил на ее парикмахера.

Она ожидала, что они будут другими… может, более внушительными или более суровыми. Глупости какие лезут в голову…

— Прошу вас, садитесь, — любезно предложила она.

Начал молодой:

— Нам неприятно вторгаться к вам в такой день, миссис Грей. Вы член семьи, но… вы понимаете, обычные формальности.

— Я понимаю.

— Ваш муж — племянник погибшего?

Она кивнула.

— Мне сказали, что его в городе нет.

— Он прилетает сегодня.

— Когда у вас в последний раз были от него известия?

— Вчера. Вчера утром он звонил из Шотландии.

— На этот телефон?

— Да. А что?

Лысеющий полицейский сделал пометку в блокноте. Они проверят в телефонной компании, действительно ли он звонил из Шотландии.

— Вы уверены, что он не прилетел более ранним самолетом, что, может быть, из-за предупреждения о метели он решил вернуться домой на день раньше?

— Я совершенно уверена.

— Вы не могли бы сообщить мне название авиакомпании и номер рейса?

— Конечно. Они у меня здесь, в столе.

— Ваш муж и Оливер Грей были близки, вы могли бы сказать, что у них были дружеские отношения?

— Они были как отец и сын. Хороший отец и сын.

— Узнав новость, он будет потрясен.

— Мы все потрясены. Это ужасно!

— У вашего мужа есть в Калифорнии сестра, насколько я понял. Ваша служанка только что о ней упомянула. Больше никто из членов семьи о ней не сказал.

— Они не знают, что она здесь. Она прилетела неожиданно.

— О, вы тоже ее не ожидали?

Пробует. Копает. Ей не следовало употреблять слово «неожиданно».

— Значит, это был сюрприз?

— Да. Сюрприз.

— У нее такая привычка — неожиданно прилетать из Калифорнии?

— Привычка? Нет.

«Чем меньше сказано, тем лучше».

Мюррей поднял голову от записей.

— Ну а как часто это случается? Когда она в последний раз была в вашем доме?

— Она никогда здесь раньше не была.

— Да?

Салли нестерпима была его недоверчивая интонация.

— Значит, она в основном останавливалась в «Боярышнике», когда приезжала?

Она хотела бы спасти Аманду от допроса с пристрастием, который станет следствием этого разговора, но спасительная ложь на самом деле не спасет, потому что Йен или Клайв сообщат факты.