Разводимся! Моя на тридцать дней - Вероника Лесневская

- С тобой хоть на край света.

Не имею ни малейшего представления, что подготовила для меня Ксюша. Душу греет сам факт, что она старалась и не забыла о нашей годовщине. Значит, любит, и это самый важный подарок.

Я спокоен, счастлив и готов ко всему. До тех пор, пока не узнаю, в чем заключается ее сюрприз…

Глава 31

Ксюша

Заторможено наблюдаю, как белеют мои пальцы, судорожно сжимающие большую красочную жестяную коробку. Внутри нее, под горой печенья в виде сердечек, на серебристом дне спрятан главный сюрприз…

- Ксюшенька, помощь нужна? – шелестит за спиной, а я лихорадочно обнимаю холодный металл, впечатываю в себя, и раздавшаяся грудь призывно выпячивается в вырезе сарафана. Я четко знаю, с чем связаны метаморфозы моей фигуры, за которые меня упрекала свекровь, называя располневшей и непривлекательной. Теперь я принимаю их с радостью, а главное - я наконец-то могу разделить счастье с мужем.

Я скажу ему!

Может, не прямо сейчас… А через пару минут… Только переведу дыхание.

- Присядь, Мэт, будем чай пить, - оттягиваю неизбежное.

Сердце бьется так гулко, что, кажется, лупит прямо в бездушную жестянку, внутри которой заключена целая жизнь. Улыбнувшись, резко прокручиваюсь вокруг своей оси, так что юбка развевается солнышком, на пару мгновений оголяя бедра. Я провела работу над ошибками и решила даже дома выглядеть соблазнительно и женственно. Никаких лосин, футболок и спортивных маек. Надеюсь, Матвею больше не взбредет в голову лечиться воздержанием.

- Ой, только сначала оденься, - отшатнувшись, толкаюсь бедрами в край столешницы. Закусываю губу, беззастенчиво разглядывая любимого мужа.

Мэт стоит на пороге кухни, облокотившись о косяк двери. Обнаженный по пояс, в одном полотенце, обернутом вокруг мощных бедер, а широкую грудь покрывают лишь капельки воды, зависшие на темных волосках.

Хмыкнув, муж проводит пятерней по волосам, влажным и растрепанным после душа, куда я же его и отправила. Мотивировала это тем, что он пахнет кухней и дымом, хотя на самом деле выигрывала время, чтобы лучше преподнести ему самую важную, но наверняка шокирующую новость. Не придумала ничего лучше, чем спрятать тест и справку в песочных сердечках.

- Зачем мне одеваться? – нагло выгибает бровь и крадется ко мне, как тигр перед финальным прыжком на загнанного зайца. – Раньше тебя это не смущало, - подходит вплотную, упирается кулаками в столешницу по обе стороны от меня. Наклоняется ближе, ведет носом возле ушка, обдает запахами свежести, морского геля для душа и… кипящего тестостерона.

- Может быть, я отвыкла от тебя за долгие недели твоего тайного лечения, - фырчу ему в губы и стискиваю свои, при этом ехидно сморщив нос.

- Привыкай, - все равно целует, толкается языком в рот, заставляя разжать зубы и ответить ему. – Я ведь для нас двоих старался, - шепчет в свое оправдание.

Вновь жадно тянется к моим губам, но я отклоняюсь и выставляю между нами коробку. Встряхиваю ей, и печенье шумно перекатывается внутри. Наверное, я так глупо выгляжу со стороны, ведь Мэт и не догадывается, что я так трепетно прячу.

- Это твой сюрприз? – Мэт улыбается, перехватывая коробку со своей стороны. Аккуратно тянет, но я не отдаю. Смотрю прямо с его затуманенные, опасно потемневшие глаза – и дышу все чаще, сбивчивее.

- М, нет! – забираю свое сокровище. Точнее, наше общее. - Лучше сначала присядь, - киваю на кухонный уголок. – Чтобы не упасть от шока, когда откроешь.

- Ксюнь, не то чтобы я тебе не доверяю, но ты ведешь себя подозрительно, - хмурится Мэт, переключаясь с печенья на меня. С прищуром сканирует мое лицо, а потом опять косится на руки, не выпускающие коробку.

- Матвей, тебе не кажется, что после нашего перемирия прошло слишком мало времени, а ты уже споришь со мной и диктуешь свою волю? – заигрываю с ним, чтобы отвлечь нас обоих. Легко чмокаю в щеку и жарко выдыхаю: - Я ведь опять обижусь…

- Ох, ну и манипуляторша мне досталась, - бархатно смеется, отступая к столу. - Ладно, слушаюсь и повинуюсь, - разводит руками, падая на диван. Проводит ладонью по месту рядом с собой.

Опускаюсь на самый край, с грохотом ставлю коробку на стол – и пальцем двигаю ее к Мэту. Медленно и осторожно, как будто это бомба с часовым механизмом. Обратный отсчет пошел.

- Открывай же, ну! - нервно тороплю его. Он, будто издеваясь, небрежным движением снимает крышку, подцепляет сверху печенье и невозмутимо закидывает его в рот. - Ну, Мэт! Там… - шумно сглатываю, - на дне…

- Валькирия, ты так трясешься, что весь стол ходуном. Того и гляди, землетрясение из-за тебя начнется, - щелкает меня по носу. – Успокойся, малыш. Мне понравится любой подарок, - выкладывает часть сердечек, разгребает оставшиеся, чтобы добраться до основания. - Просто потому что он от тебя…

Запинается, вытаскивая двумя пальцами пакетик с зажимом. Поднимает его, поднося к свету, изучает содержимое сквозь прозрачный полиэтилен. Выглядит мой сюрприз совсем не романтично, а, скорее, похож на набор вещественных доказательств. Так и хочется прокричать: «Да, виновна!» Однако у меня есть смягчающие обстоятельства.

- Что это? – осипшим голосом произносит Мэт, доставая пластиковый тест на беременность. У меня их несколько, но я выбрала электронный, потому что он самый красивый и понятный. – Плюс, - комментирует хрипло.

Сжав тест одной рукой, второй – разворачивает сложенную в несколько раз справку о беременности. Вчитывается в неразборчивый почерк гинеколога, проводит пальцем по листку, словно гладит. Не говорит ни слова. Не моргает. Почти не дышит.

Поворачивается ко мне, как заклинивший робот, и вопросительно смотрит мне в глаза. Сминает справку в ладони. Молчит, и я не знаю, что думать. На застывшем, как гипсовая маска, лице – ни единой эмоции.

- Я… беременна, - лепечу одними губами.

* * *

- Правда? – с трудом выжимает из себя.

- Да, там… - заикаюсь, указывая на скомканное заключение врача, - все написано. И показатели, и срок, и… - становлюсь все тише и тише, проглатывая окончание фразы.

- Беременна, - повторяет Матвей таким тоном, словно это какой-то сложный, неизвестный ему термин. Косится на пластиковый тест с плюсиком в окошке, надавливает на него большим пальцем. – Ты узнала об этом в день развода, - не спрашивает, а сам делает вывод, сопоставив даты.

- Да. Поначалу я не хотела скрывать от тебя беременность,