Бесстрашный - Тиа Луис

* * *

Блейк спит, свернувшись калачиком рядом со мной, когда я открываю глаза на следующее утро и смотрю на часы. Уже почти полдень, но мы легли спать только в три. Она показала мне сообщение, которое получила от своей подруги, и я прикусил язык, чтобы не ругать ее за то, что она пошла в квартиру этого засранца одна.

Ее могли убить, но не убили. Думаю, это значит, что я меняюсь, раз позволил этому случиться.

Слегка приподняв ее подбородок, вижу, что наш импровизированный пакет со льдом подействовал на шишку у виска. Сегодня она стала намного меньше, и, что еще важнее, ее лицо расслаблено. Она выглядит умиротворенной.

Я с радостью заберу ее домой, как только Блейк будет готова. Мы, в сущности, соединили все концы с концами.

Дирк не предупредил меня о том, что Трип совершил сделку, но я готов дать ему несколько лишних часов, учитывая, что прошлой ночью он получил пулю.

Единственное, что осталось сделать, — это найти убийцу Виктора, но меня не волнует, добьюсь ли я справедливости для этого куска человеческого мусора. Я просто не хочу, чтобы его племянник создавал новые проблемы для моей девочки.

Выскользнув из кровати, я натягиваю джинсы и футболку, а затем иду на кухню, чтобы сварить кофе. Шрам лежит на диване в гостиной, держа в руках книгу в мягкой обложке, а Хана, свернувшись калачиком, спит рядом с ним.

Шрам такой большой и долговязый, что рядом с ним Хана кажется маленьким белым котенком, и он лениво накручивает на палец один из ее завитков, пока читает.

— Есть успехи прошлой ночью? — спрашиваю я, наполняя графин фильтрованной водой.

Он опускает книгу, качая головой.

— Он ускользнул от меня в клубе, и Дирк его не выследил.

Мы со Шрамом расстались вскоре после полуночи, когда я заметил, что Трип снова в пути и не возвращается в свой дом. Шрам хотел продолжить поиски Ивана Икс, и я позволил ему это сделать.

Он должен разобраться с этой ситуацией, иначе это не даст ему покоя. Не могу сказать, что я его виню. Шантажисты, снимающие секс-видео на видео, — самая низшая форма преступности в моей книге, лишь немногим превосходящая педофилов в нижней части рейтинга отморозков.

Мне не нравится темный путь, по которому Шрам может пойти, но я должен позволить ему идти по нему. Он, похоже, единственный спаситель, которому Хана может позволить помочь ей.

— Куда делся этот засранец? — Глубокий голос Шрама будит Хану, и она начинает потягиваться.

— Ничего удивительного, он отправился прямиком к Питерсу.

Хотя я был удивлен, обнаружив там Блейк.

— Есть идеи, почему?

Войдя в гостиную, я киваю Хане, пока она идет в ванную и закрывает дверь.

— Грег убил свою девушку.

— Ту, что прыгнула с балкона?

Подняв подбородок, я поправляю его.

— Ее сбросили.

Я уже готов рассказать ему все остальное, когда на кухонной стойке раздается звонок моего телефона. Возвращаясь за ним, я не уверен, кто это: мой брат по поводу денег или Луис по поводу арестов.

Это Луис, и я морщу лоб, когда читаю эти слова.

— Что? — Шрам садится на диван, изучая мое лицо. — Что случилось?

— Грег Питерс мертв, — провожу пальцами по лбу. — Луис сказал, что у него был сердечный приступ.

Шрам выпрямляется, а я нажимаю кнопку вызова на телефоне. Луис отвечает на первом же звонке.

— Эй, чувак, ты получил мое сообщение?

— Да, поэтому я и звоню. Грегу Питерс был сколько? Тридцать?

— Меньше. Когда полицейские добрались до квартиры, он был уже мертв, а тот, кто залил все вокруг кровью, исчез. Что там произошло прошлой ночью?

— Когда я уходил, спор вышел из-под контроля. Мертвый парень признался в убийстве своей девушки, и я вытащил оттуда своего клиента. Потом я позвонил вам.

— Ну, думаю, дело снова закрыто. Убийца мертв.

— Но кто убил убийцу?

«И где Трип?»

— Похоже на естественные причины, но я могу запросить токсикологический отчет, если хочешь.

— Спасибо, Лу. Я возвращаюсь в Гамильтаун сегодня или завтра. Дай мне знать, если тебе что-то понадобится до моего отъезда, или свяжись со мной там.

Мгновение после того, как я отключаюсь, мы сидим в тишине, и я не знаю, что и думать.

— Это могло быть врожденным, если Виктор приходился ему дядей. — В голосе Шрама звучит такое же сомнение, как и у меня.

Я собираюсь написать брату, но дьявол меня опережает. Мой экран загорается раньше, чем я успеваю его разблокировать.

«25 тысяч долларов только что переведены обратно на счет Блейк. Дело закрыто?»

Качая головой, я выдыхаю сквозь зубы. Я не знаю, что ему ответить. Похоже, все концы с концами связаны, но у меня только прибавилось вопросов.

* * *

— Итак, все улажено, и мои племянницы дома, — Хью с довольным видом откидывается на спинку кресла. — Ты действительно лучший в своем деле, Хатч.

— Не знаю. У нас все еще есть несколько нерешенных вопросов.

— Правда? — Хью перечисляет список, загибая по пальцам. — Мы уладили ситуацию с шантажом. Дело о смерти Виктора закрыто, и в качестве бонуса мы выяснили, кто убил подругу девушек. И он теперь тоже мертв.

— При весьма сомнительных обстоятельствах, — возражаю я.

Хью наклоняется вперед в своем кресле, поднимая со стола пресс-папье.

— Разве это имеет значение? Эти люди были преступниками, действовавшими в крайне нестабильной ситуации. Они пожинали последствия своих действий.

— Посеешь ветер — пожнешь бурю. — Низкий голос Шрама придает его словам серьезность.

— Именно так, — Хью указывает на моего партнера. — Не на все вопросы есть ответы.

Мне это не нравится. По моему опыту, вопросы без ответов обычно приводят к новым проблемам.

Хью медленно поднимается и сокращает расстояние между нами.

— Самое главное, что Блейк и Хана здесь, — с улыбкой сжимает мое плечо Хью. — Если понадобится, мы сможем позаботиться друг о друге так же, как и все остальные в этом мире. Жизнь полна опасностей.

Мои руки все еще скрещены на груди, и я думаю о том, что сказал Трип.

— Почему это произошло?

Хью хмурится.

— Я не уверен, что понимаю, о чем ты.

— Почему Виктор охотился за деньгами Чарльза? Что заставило его нацелиться на поместье ван Гамильтонов?

— Ты спрашиваешь меня, что заставляет преступников выбирать жертв? — издает смешок старик. — В данном случае это кажется довольно очевидным. Три богатые женщины остались одни — овдовевшая мать и две прекрасные дочери. Появляется беспринципный монстр, и дальше ты знаешь…

— Может быть. — Я не уверен, что все так просто.

Кроме того, у меня большой опыт общения