Вспомни меня. Книга 2 - Виктория Валентиновна Мальцева

– Твою ж мать! – внезапно и громоподобно раздаётся с выступа над моей головой.

Глава 28. Дружба

Is / Was - Pieta Brown JT Bates

Я с трудом верю тому, что вижу. Точнее, тому, кого вижу.

– Леннон?

– Что тут… – его лицо кривится и жмурится, как от боли, – было?

– Война, – просто отвечаю я.

Леннон долго таращится, словно пытаясь объять умом мой ответ. Потом хмурится, переводит взгляд то на меня, то на Альфу.

– Как вы сюда спустились?

– Верёвка, – киваю я на предмет, ставший причиной моего горя.

Леннон, опять же с руганью, вытягивает часть верёвки и дёргает за неё, проверяя на прочность. Затем съезжает вниз так же ловко и молниеносно, как когда-то Альфа с бетонного гриба. Как только его ноги касаются выступа, он подбегает и уже не ругается, а только стонет громко, в голос и не стесняясь.

– Да как же это… как же так-то?!

– Он живой! – выдавливаю я улыбку и стараюсь не рыдать.

Почему-то с появлением Леннона на меня снова наваливается слабость, и то, что казалось силой, теперь просто выкатывается бесполезными слезами.

– Тьфу ты, слава богу… – снова доносится сверху.

Это уже женский голос. Точнее, голос Рэйчел. От вида её худого, но всё такого же хитрого лица, моя сентиментальность сразу проходит. Причём, без следа, потому что из-за спины Рэйчел выглядывает ещё одна голова – Цыпы.

Я впервые в жизни так сильно рада видеть обеих. Безумно, бесконечно рада.

– Сколько вас… всего? – спрашиваю.

– Трое, – отвечает Леннон.

– А… а я было подумала…

– Вся деревня? – строго бросает мне Леннон. – Вы бы и деревню не заметили…

«Леннон… Кричи! Кричи…».

Альфа всё-таки заметил. Интересно, в какой момент? Когда проверял странный шум в лесу? Или ещё раньше? И кто это ходил по дому ночью, Хромой или эти трое?

– Зачем вы сюда полезли? – ещё строже пытает меня Леннон.

А я и не знала, что он умеет быть настолько серьёзным.

– Там внизу, – киваю, – есть ещё верёвка. А ещё ниже, скорее всего, ещё одна. Это спуск вниз, в долину.

– Понятно, – часто кивает Леннон. – Очень хорошо.

Он берёт правую руку Альфы и смотрит на его часы, нажимает на кнопки, расположенные на корпусе.

– У тебя есть ручка? Или что-нибудь, чем можно записать?

– Да. Должно быть в рюкзаке.

– Давай. Быстрее.

Красным карандашом Леннон пытается нацарапать что-то на тыльной стороне своей ладони.

– Что ты делаешь? – спрашиваю у него и протягиваю кусочек бумажного листа.

– Пытаюсь записать ваши координаты.

– Зачем?

– А ты как думаешь? – он бросает на меня укорительный взгляд. – Предполагаю, ты собиралась за помощью сама?

– Собиралась.

– Ну так у меня для тебя плохие новости: ты не дойдёшь. Сказал бы, посмотри на себя, но это бесполезно… да и зеркала тут нет. Эй, слушай мою команду!

Леннон выпрямляется и обращается теперь не только ко мне, но и к спустившимся Рэйчел и Цыпе.

– Ваша задача – не дать ему замёрзнуть.

– Он жив? – как будто с удивлением восклицает Цыпа.

– Конечно, жив. И будет жить. Здесь идти-то осталось пару часов от силы…

– Угу, час, – подначивает его Рэйчел.

На её лице нет привычной улыбки, она с грустью и даже с тоской смотрит на неподвижного Альфу, его перевязанную моей футболкой ногу и алое пятно под ней.

– Всего лишь нога! – озвучивает мои мысли Леннон. – Его, видимо, вырубило от боли. Скоро придёт в себя. Так что, ваша задача – греть его.

– Как греть? – уточняет у него Рэйчел.

– Мне откуда знать, как? – вскрикивает Леннон. – До трусов разденьтесь все трое и грейте! Вы ж всегда только об этом и мечтали! Вот и случай!

Я никогда в жизни не видела его таким злым, раздражённым.

– Ей вряд ли это понравится… – тихонько предупреждает Цыпа и кивает в мою сторону.

Леннон сразу сдувается и уже спокойнее замечает:

– Думаю, для неё сейчас главное – его жизнь сохранить. Ладно. Разберётесь тут. Я за помощью.

Повернувшись ко мне, он даже с какой-то ласковостью обещает:

– Мне правда нужно всего пару часов, если никто под ногами не будет путаться. Ну, пусть три-четыре. Главное, продержитесь – грейте его. Как сможете.

Леннон снова берёт Альфу за руку и расстёгивает часы.

– Эй! Куда! – набрасывается на него Рэйчел.

Леннон замирает на мгновение, потом рявкает на неё:

– Ты совсем спятила? Думать обо мне такое дерьмо… забрать часы и бросить его тут подыхать вместе с тремя тощими девчонками? Вот никогда баб не бил, а сейчас так бы и врезал!

– Они вот так всё время… ссорятся, – негромко комментирует сцену Цыпа.

Рэйчел, непохожая на себя, как никогда строгая, серьёзная и напряжённая бросает на Цыпу короткий молчаливый взгляд, потом долго вглядывается в лицо злющего Леннона и ровным, спокойным, как лёд горного озера, тоном командует:

– Иди. И приведи ему помощь. Мы останемся и сбережём его, пока не вернёшься. Но часы оставь.

Леннон поворачивается ко мне, скрипя зубами.

– Седьмая, можно мне взять его часы? Они помогут выйти к городу быстрее.

– Да, – отвечаю я. – Бери.

Мне нужно разобрать оба наших рюкзака, найти спальники и расстегнуть их, осторожно подоткнуть под Альфу край одного из них – вдруг он сломал не только ногу, но и спину, и шевелить его нельзя?

– Давай, помогу, – Рэйчел опускается на корточки с другой стороны. – Ты там просовывай, а я тут вытяну… не бойся, я его не пошевелю. Видела, как он падал?

– Да.

– Какова вероятность травмы позвоночника?

– Немалая, – шёпотом признаю я, голоса почему-то нет, наверное, охрипла после крика.

– Ну ничего, – бодро провозглашает Рэйчел. – Сейчас главное вовремя доставить его в больницу, а об остальном позже подумаем. Палатку будем раскладывать?

– Я думаю, дно у неё нужно вырезать и просто разложить верх над ним…

– Хорошо. Согласна, идея отличная. Но вот часы… зря ты отдала их этому петуху…

– Не зря. Он поможет.

–