В поисках сокровища - Ася Лавринович

Лев

Чем глубже мы уходили в лес, тем мрачнее и темнее становилось вокруг. Листва прятала от нас темное грозовое небо. Деревья вокруг шумели, птицы тревожно вскрикивали, старые сосны поскрипывали. В притихшем лесу особо и разговаривать не хотелось. Мы не теряли из виду камуфляжные спины копателей, но все-таки держались от них на расстоянии.

Но такая тишина установилась не сразу. Поначалу мы шли очень даже оживленные. Громко разговаривали, смеялись, а уж если кому-то попадалось что-то из находок, то ликованию и всеобщей радости не было предела. Оба металлодетектора переходили по очереди из рук в руки. Находилась всякая мелочь: медные советские монетки, пуговицы, значки, звездочка-кокарда… Вскоре мы перестали делить на «твое», «мое», «чужое». Все находки стали «нашими». Каждый писк металлодетектора сопровождался счастливыми воплями на весь лес. Независимо оттого, что там было – ценная монетка или пробка от бутылки. Мы радовались каждой находке, в то время как Альберт, глядя на наши «сокровища», лишь презрительно морщился – ничего не стоящие советские медяки. «Такое максимум по пятьдесят рублей за штуку толкнуть можно», – кисло добавлял он. Альберт был парнем опытным, и его сложно чем-то удивить. Кто знает, может, в самом начале своего кладоискательского пути он точно так же восторженно вопил после каждой новой, даже незначительной, находки.

Спустя пару часов хождения по лесам энтузиазм наш заметно угас. Лес становился непроходимым, и находки здесь попадались намного реже. Все уже порядком устали. И хотя Альберт говорил, что привал будет не ранее чем через три часа, мы, чуть отстав, уже через полтора по-братски разделили между собой бутерброды, которые лежали в моем рюкзаке.

Лиля пару раз успела упасть, зацепившись о коряги, и разодрать на коленях светлые спортивные легинсы. Я думал, что сестра, как обычно, начнет капризничать, но Лиля на удивление стойко переносила все невзгоды. Хотя по недовольному выражению ее лица к третьему часу нашего похода можно было понять, что она с удовольствием отправилась бы на привал, но Лиля помалкивала.

То и дело слышались далекие нарастающие раскаты грома, но дождь так и не начинался.

Сима тоже мужественно молчала. Первым, глядя на совсем сникших девчонок, о привале заговорил Ляля. Он сорвался с места и побежал сквозь кустарники вперед, чтобы догнать Альберта и компанию.

Привал мы устроили под старой могучей сосной. Быстро развели костер. Альберт все это время был мрачным и молчаливым.

– Что-то не так? – спросил я у него.

– Мы, по ходу, заблудились, – ответил Альберт, сплюнув под ноги. Бык и рыжий Юра тоже выглядели озлобленными и нахмуренными. Лишь дядя Толя не терял оптимизма. Он отыскал красивый серебряный крестик.

– Лет сто пятьдесят или двести ему, – сказал дядя Толя, демонстрируя нам свою находку. Мы по очереди передавали друг другу крест и с интересом его разглядывали. От одной только мысли, что когда-то эта вещь принадлежала человеку, которого уже и на свете давным-давно нет, захватывало дух.

– То есть как это – заблудились? – недовольно проговорил Марвин, мешая палкой костер. На крестик ему единственному было плевать. – Вы же сюда приезжаете третий год.

– Мы по старым картам идем. Здесь все, знаешь ли, немного изменилось, – язвительно буркнул Альберт. – Там, где была дорога, все крапивой двухметровой поросло. Но, по моим подсчетам, минут через сорок мы должны выйти к полю.

– Это обнадеживает, – хмыкнул Макс.

Мы съели кашу с мясом, немного отдохнули. Сил заметно прибавилось. Отправились в путь в приподнятом настроении. Девчонки повеселели и снова принялись болтать. По пути к полю обнаружили серебряный гривенник времен Анны Иоанновны.

– Это другое дело, – немного повеселел Альберт. – Такой за хорошую цену толкнуть можно. Если хорошенько отмыть…

К полю мы вышли только спустя час, и то, как выяснилось, не к тому. Оно было не просто распаханным, но еще и чем-то засеянным. Вдалеке виднелись покосившиеся темные избушки и товарные составы. В конце темного поля тарахтел трактор.

– Не то, да? Не туда? – пристала Лиля почему-то ко мне.

– Тише ты! – шикнул на нее Ляля. Сестра надулась.

– Это не то поле, – наконец проговорил Альберт.

– Идти обратно? – разочарованно спросила Сима.

– Здесь, в принципе, тоже можно поискать, – сказал Альберт. – Возвращаться сразу к машине глупо.

– А этот? – Бык кивнул в сторону трактора.

Альберт не очень лицеприятно отозвался о трактористе и сказал, что, скорее всего, ему не будет до нас дела. И мы принялись за работу. Но мужику на тракторе мы все-таки не понравились. И полчаса не прошло, как между ним и Альбертом вспыхнул конфликт. Тракторист пристал с вопросами, кто мы такие и есть ли у нас разрешение. Если бы Альберт вел себя куда сдержаннее, нас бы, скорее всего, отпустили с миром. Ведь всегда можно договориться. Но Альберт вел себя странно, раздраженно и даже заносчиво. Разумеется, они с трактористом сцепились. Мужик пообещал, что вызовет наряд, а Альберт послал его куда подальше.

Когда тракторист скрылся из виду, Лиля снова кинулась ко мне.

– Он правда вызовет наряд?

– Откуда мне знать?

– Не посмеет, – огрызнулся Альберт. – Претензии еще кидает… Да пошел он!

– А что такое? Что случилось? – паниковала Лиля.

– Здесь все-таки посевы… – неуверенно начала Сима. Но упрямый Альберт приказал нам искать дальше в этом месте.

На поле ничего не находилось, настроение снова падало, еще и с неба стало накрапывать. Зарядил мелкий, нудный дождь. Холодные капли попадали за шиворот, отчего я ежился. С непривычки от лопаты заныли плечи. Когда на горизонте появился полицейский «уазик», мы все напряглись.

– Все-таки вызвал копов, – покачал головой Марвин.

Я быстро взглянул в ту сторону, где работал Альберт и его команда. Но их в том месте больше не было. Альберт приказал нам оставаться на поле, а сам, разозлив местного тракториста, свинтил.

– Что за фигня? – растерянно произнес Ляля, уставившись вместе со мной в одну сторону. Копателей здесь будто бы и не было никогда. Мы так увлеклись бесполезной работой, что ничего не заметили.

Тракторист между тем поглядывал в нашу сторону и что-то с возмущением рассказывал двум ментам.

– Что теперь будет? – залепетала Лилька.

– Заберут в отделение для выяснения личностей и всех обстоятельств, – со знанием дела ответил Ляля.

– Но ведь мы ни при чем! – возмущалась сестра. – Я здесь даже и не хотела копать! Это все твой кумушка.

– А у меня и документов с собой нет, – припомнил Марвин. – Паспорт в машине. Да и делать мне больше нечего, в отделении сидеть. Что нам грозит, Стах? Штраф?