Мечты о счастье - Патриция Райс

Воспойте пиццу!

Когда колокольчик зазвенел, Майя даже не подняла головы. Она была в ярости на себя и далеко не в восторге от Акселя. Рано утром он торопливо выпил кофе, чмокнул детей и ускользнул. Как если бы из них двоих не она, а он был рожден под созвездием Рыб. Деве полагалось с налета выяснять отношения, а не вывертываться ужом. Это было все равно что отведать на вкус собственное горькое лекарство.

Судя по осторожным шагам, Аксель был примерно в том же расположении духа, что и она сама.

– Как Алекса? – осведомился он для начала почти шепотом.

Однако само его присутствие воспламенило, казалось, каждое нервное окончание, заставило подняться каждый волосок на руках. Сидя с кроссовкой и кистью, Майя внимательно изучала мужа из-под ресниц. До сих пор он был неизменно самоуверен, но сейчас, пожалуй, казался несколько выбитым из колеи. Пиджак, должно быть, забыл в кабинете. Это что-то значило, но что?

– Доктор говорит, надо ожидать простуд и аллергии. Из-за искусственного вскармливания иммунитет понижен. Но если температура не слишком высока и быстро падает, я могу не беспокоиться.

– Мы можем не беспокоиться, – поправил Аксель, не отводя взгляда от люльки. – Это не твоя, а наша проблема.

«Мы», «наша». Чтобы объять это, требовалось усилие. Майя никогда не была частью «нас» и не вполне понимала, что несет с собой это местоимение, что оно подразумевает. Аксель пытался объяснить, и это было очень мило с его стороны, но в прошлом при попытке опереться каждый раз опора исчезала в самый неподходящий момент. Потому-то и пришлось научиться стоять исключительно на своих ногах.

Ничего не ответив, Майя вернулась к оранжевому пламени, что рвалось из пасти дракона.

Аксель присел на подлокотник кресла, пахнуло его одеколоном. Прошлой ночью Майя улеглась в постель с этим запахом на руках, в эту могла лечь с запахом мужчины на всем своем теле. Внизу живота возник трепет жадного предвкушения, и стало ясно, что тем и кончится, если Аксель будет находиться поблизости. Ну и глупо! Мужчинам подавай власть, они любят помыкать и мнят себя хозяевами жизни. Такой большой, сильный, он подавит ее одной своей массой!

– Я подумал... может, сегодня поужинаем вместе?

Майя искоса бросила взгляд. Аксель сидел в обычной своей самоуверенной позе, скрестив руки на груди. Тон его, однако, был просительным.

– Ты подумал, что в постели нам будет гораздо удобнее, чем на кухонном столе!

Это прервало фонтан его красноречия. Но ненадолго.

– Кухонный стол тоже неплох. Он весит полтонны, а значит, не будет биться о стену.

Майя с облегчением улыбнулась. Оба слегка оттаяли. Момент неловкости миновал.

– Тогда оставим стол для особых, экзотических случаев. Например, когда детей не будет дома.

– Так как насчет ужина? – настаивал Аксель, явно не желая, чтобы все ограничилось обменом остротами.

Майя не ответила, расслышав осторожные шаги на лестнице. До этого раздавался шум душа, а между тем Стивен не вставал в такую рань. Она встревожено посмотрела на мужа. Кто бы это ни был, Аксель обратился в ту сторону с высокомерным гневом Тора, всегда готового пустить в ход свой молот. Внезапно лицо его замкнулось, словно опустилось невидимое забрало. Пару месяцев назад Майя не умела различать оттенки его высокомерия, теперь же читала их без труда.

Она обернулась, крикнула: «Клео!» – и бросилась к сестре с объятиями.

Аксель лишь чудом успел подхватить банку с краской и кисть. Будь его воля, он ни за что не позволил бы Майе предоставить ключ в распоряжение ее сестрицы. Они были похожи густой Рожиной волос и тонкостью черт, но на этом сходство и заканчивалось.

В Клео явственно ощущалась резкая грань, она могла, пожалуй, рассечь врага надвое. Казалось, ее не подстригли, а обкорнали овечьими ножницами, и результат, по-своему эффектный, подчеркивал угловатые скулы и тонкую линию плотно сжатых губ. Под затемненными очками никак не могли скрываться открытые, честные глаза. Пока Майя тискала сестру в объятиях, Аксель чувствовал на себе неотрывный взгляд Клео и думал о том, что не хотел бы встретиться с ней в темном переулке.

– Познакомься с Акселем! – оживленно сказала Майя, подталкивая к нему эту чужую, неприятную женщину. – Аксель, моя сестра Клео! – Не дав знакомству совершиться, она засыпала гостью вопросами: – Почему не предупредила? Я хотела за тобой приехать! Как ты добралась?

– Свет не без добрых людей, – отмахнулась Клео.

– Ключ нашла сразу? Я все устроила по твоему вкусу!

– Все в полном порядке, – небрежно ответила Клео. Заметила Алексу. – Твоя?

– Моя! Разве она не чудо? Хочешь подержать?

Не ожидая ответа, Майя вынула ребенка из люльки и протянула сестре. У Акселя руки зачесались выхватить малышку и всем телом закрыть от этой... посторонней. Вот только Майя была с ней в кровном родстве, и та имела больше прав держать ее ребенка, чем он, тем более что Стивен наотрез отказался подписать бумаги о передаче отцовских прав. Стиснув кулаки, Аксель следил за тем, как гостья оглядела ребенка, но не сделала попытки взять на руки.