Призрак прошлого - Людмила Королева

— Пойдем обедать. Мама борщ вкусный приготовила, — прошептала, судорожно сглотнув.

— Ничего не хочу, — сухо ответил он и отвернулся к стенке. — От Оли известий нет?

— Ты же десять минут назад был у Вероники Андреевны… Она же тебе сказала, что Оля уехала навестить сестру. Где она на самом деле, я не знаю. На звонки не отвечает.

Так тянулся день за днем. Леша стал похож на робота, который выполнял набор функций, ни одной эмоции в глазах. Когда Оля не взяла в сотый раз телефон, я спустилась к Веронике Андреевне.

— Вика, проходи, — улыбнулась она, пропустив меня в квартиру.

— Вероника Андреевна, мне нужен адрес, где сейчас живет Оля. Нам срочно надо с ней поговорить. Вопрос жизни и смерти. Знаю, что вас уже мой брат достал этим вопросом, но это очень важно, — вздохнула я.

— Оля мне все рассказала… Я в курсе того, что произошло между ней и Лешей. Она сказала, что хочет начать новую жизнь, все забыть. По тебе скучает, но пока не готова вернуться. Я обещала ей не давать адрес. Вижу, как вы за нее переживаете. В общем… В конце декабря она приедет, чтобы сессию сдать. Будет жить у бабушки и ездить на экзамены. Вот тогда и сможете увидеться, — ответила мама Оли.

После этих новостей Леша немного воспрянул духом. Он жил ожиданием встречи. В конце декабря выпало много снега, дороги занесло, всюду огромные сугробы. Мы втроем сели к Макару в машину и поехали в пригород к Олиной бабушке. Не видели подругу три месяца. Как она отреагирует на наш приезд, мы тоже не знали. Подъехали к знакомым воротам. Калитка оказалась не заперта, поэтому вошли во двор. Я шла первая, парни шагали за мной. Оля заметила нас в окно, выскочила на крыльцо и улыбнулась мне. Я обняла подругу, с шумом втянув в себя воздух.

— Куда раздетая выскочила? — послышался голос Тамары Петровны.

— Заходите, — кивнула Оля, даже не посмотрев в сторону Леши.

В доме пахло свежеиспеченными пирогами и жареной картошкой. У меня рот непроизвольно наполнился слюной.

— Я знала, что вы приедете. Мама предупредила. Так что мы с бабушкой подготовились. Вы как раз к обеду, — будничным тоном проговорила Гончарова. С последней нашей встречи, она изменилась. Исчезла бледность, в глазах появился былой блеск.

Макар без слов подошел к ней и крепко обнял, как родную сестру.

— Как ни странно, я по тебе тоже скучала, — усмехнулась Оля.

— Где ты была все это время? — озвучил Поляков вопрос, который крутился у каждого на языке.

— Жила у троюродной сестры в другом городе. Мне надо было подумать, прийти в себя. Простите, что не отвечала на ваши звонки. Мне хотелось побыть одной. Но я чертовски соскучилась по вам. Все же, как ни крути, а мы давно, как семья, — улыбнулась она, бросив мимолетный взгляд на Лешу. Этого было достаточно, чтобы мой брат затаил дыхание.

— Оль, — еле слышно прошептал Леша, а она вздрогнула и застыла с тарелкой в руке. Я знала, как сильно Гончарова любила его, и, скорее всего, ей стоило титанических усилий, чтобы находится с предателем в одном помещении.

— Да, Леша? — спокойно проговорила она, бросив на него вопросительный взгляд. Оля закрыла от него все чувства, вела себя так, словно мы для нее все равны… Просто друзья, которые нагрянули в гости.

— Оль, прости меня… Я искренне раскаиваюсь… Очень виноват перед тобой. Понимаю, что мне нет прощения… Просто знай, если бы можно было исправить, я бы прожил жизнь иначе. Прости… — на одном дыхание сказал он, а у меня мурашки пробежали по спине.

— У меня было достаточно времени, чтобы успокоиться, подумать… Я больше не держу на тебя зла, позволю тебе остаться в категории друга, — пожала она плечами. — Что вы застыли? Налетайте на пирожки. Мы с бабушкой старались, пекли, — сменила она тему.

Каждый из нас боялся затронуть тему про ребенка. Леше кусок в горло не лез, он буквально пожирал Гончарову взглядом. Она не выдержала и пристально на него посмотрела.

— Леша, если есть вопросы, то задавай сейчас. Наедине общаться не будем. Это бессмысленно, потому что в нашей четверке секреты хранить никто не умеет.

Мы с Макаром виновато опустили взгляд. Да, обещали не рассказывать, но не смогли сдержать слово, обо всем поведали Леше.

— Оль… Почему ты мне ничего не сказала про ребенка? Почему приняла решение одна? — осипшим от волнения голосом поинтересовался мой брат.

— Если бы рассказала, ты бы обрадовался этой новости или попросил избавится от малыша? — задала встречный вопрос Оля, скрестив руки на груди.

— Я бы на тебе сразу женился и стал отцом. Оль, я тебя люблю. С тобой хотел семью создать. Это правда, — ответил он, а Гончарова тяжело вздохнула и опустила взгляд.

— Не рассказала, потому что была зла на тебя за твою ложь, за твое предательство. Мне надо было переварить информацию, а тут еще эта беременность… Ты прохода не давал. Вот я и уехала, чтобы успокоится и подумать о том, как жить дальше, — сказала она.

— И что ты решила? — спросил Леша, посмотрев на любимую с тоской и болью.

— Знаешь… Если докажешь мне свою любовь, если действительно пойму, что ты умеешь быть надежным, то позволю тебе присутствовать в моей жизни и в жизни нашего сына. Если нет, то буду матерью одиночкой, — оглушила она нас новостью. У меня рот открылся от удивления, Макар замер рядом со мной, а Леша побледнел.

— Что? — выдохнул мой брат, ошарашено глядя на Гончарову.

— Я говорю, что люблю тебя-дурака так сильно, что не смогла убить нашего сына. У нас мальчик будет, если УЗИ не ошиблось, — улыбнулась она, погладив пока еще плоский живот.

Леша с шумом втянул в себя воздух и притянул Олю к себе, обнял ее и судорожно сглотнул, зажмурился. Не знаю, каково было ему, а у меня слезы текли по щекам. Боже! Спасибо!

— Прости меня, — с отчаянием проговорил Леша, уткнувшись носом в висок Оли. — Спасибо… За то… Что оставила его… — слова ему давались с трудом, так как эмоции выплескивались через край.

— Дёмин, ты только не забывай, что мы теперь просто друзья, шанс решила тебе дать только из-за ребенка, в ином случае уже нашла бы себе другого спутника. Чтобы стать кем-то большим, тебе придется очень постараться. Беременные девушки очень капризные и вредные, так что готовься, буду тебе нервы трепать так, что мало не покажется, — усмехнулась она.

— Оля, ради тебя все сделаю, обещаю. Постараюсь заслужить прощение, — ответил он, осторожно прикоснувшись к ее животу. — Мальчик? Мне не верится, что стану отцом.

— Значит, нам с Викой надо за дочкой идти, чтобы для вашего пацана невеста была, — усмехнулся Макар, за что получил от меня подзатыльник.

— Я еще не готова на такие подвиги, — заявила, строго посмотрев на Макара.

— Хотя, я тоже сперва хочу сына, а уже потом за дочкой, — пропустив мимо ушей мои слова, сказал Поляков и уткнулся мне носом в живот.