Мужчина ее мечты - Керрелин Спаркс

Жан-Люк сидел за столом у себя в кабинете и смотрел в пространство. Робби то и дело появлялся в его поле зрения, но он его не замечал. Гул голосов в комнате звучал досадным пчелиным роем. Наверное, это шок. Во время сражения с ним такого никогда не случалось. Это наступало потом. И он каменел.

Робби поставил ему на стол бутылку блиски и предложил сделать глоток. Жан-Люк в молчании уставился на бутылку. Смесь искусственной крови и спирта ничего не решит. Не вернет Пьера к жизни. Не облегчит горе или чувство вины.

Мужчины в комнате были взволнованны. Они громко говорили и яростно жестикулировали. Робби ударил кулаком по столу. Бутылка с блиски подскочила.

— Как мог он забыть проверить пикап? — крикнул Робби. — Я считал, что хорошо обучил его мерам безопасности.

— Я уверен, что он проверил. — Йен отхлебнул блиски из стакана. — Тебе не стоит себя упрекать.

— Я должен был сам проверить. — Фил упал в кресло и прижал ладони к вискам. — Я чувствую запах взрывчатки. Я должен был сам проверить этот чертов грузовик.

Его слова прояснили туман в голове Жан-Люка. Фил чувствовал запах бомбы?

— Пьер должен был быть осторожнее, — проворчал Робби, меряя комнату шагами. — Проклятие!

Он снова ударил кулаком по столу. Бутылка с блиски Опасно скользнула к краю.

Йен подхватил ее и наполнил свой стакан.

— А где была «БМВ»?

— Ее забрал Альберто, — пояснил Фил. — Он вернулся около семи. У него было назначено свидание с этой манекенщицей, Сашей. Но она не пришла. Он расстроился и поехал прошвырнуться по магазинам в Сан-Антонио.

Жан-Люк откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он не хотел это слушать. Он хотел быть с Хизер. Как она себя чувствовала? Поняла ли, что бомба предназначалась для нее? И продолжала ли в одиночку сражаться со своим страхом?

Узнав новость, он хотел немедленно ее увидеть. Он должен был знать, в порядке ли она. В порядке ли Бетани. Должен был заверить, что защитит их, что Луи поплатится за свое преступление.

Но не успел сделать и двух шагов, как его остановил направленный в лицо «глок» Фиделии. Женщина вежливо попросила его выйти. Они не принимали посетителей. Он успел лишь заметить, что Хизер сидела с дочерью на диване. Но на него она даже не взглянула.

Несомненно, она считала его виноватым. Это из-за него ее семья подвергалась чудовищной опасности. И еще она, наверное, злилась, потому что он появился лишь через три часа после взрыва. Но когда она в нем нуждалась, он лежал трупом. Жан-Люк вновь испытал ненавистное чувство беспомощности. Это был худший из недостатков вампира. Полная беспомощность в дневное время. Если он понадобится Хизер днем, то ничем не сможет ей помочь.

Жан-Люк открыл глаза.

— Как она?

— Продолжает спрашивать, почему никого из вас не было, — ответил Фил. — Я сказал, что вы все уехали. Но она, похоже, не поверила. Она настояла, чтобы я позвонил пожарным и шерифу. После того как пожар потушили, шериф настойчиво просил ее поехать с ним, но она отказалась.

Слава Богу. Жан-Люк глубоко вздохнул. Оставалось надеяться, что Хизер все еще доверяет ему. Хотя, может, больше она доверяла оружию Фиделии. Он встал и прошел к окну, выходившему в демонстрационный зал.

— Мне надоело, что люди из-за меня умирают.

— Их убивает Луи, а не ты, — проворчал Робби. — Я позвоню матери Пьера и…

— Нет, — сказал Жан-Люк. — Это сделаю я. — Он позаботится, чтобы семья Пьера ни в чем никогда не нуждалась. — Почему мы здесь, когда должны охранять Хизер?

— С ней всей в порядке, — заметил Робби. — Ее охраняет Финеас. И ты знаешь: если Луи телепортирует в здание, сработает сигнализация. Мы не дадим ему и шагу ступить.

Жан-Люк пересек комнату.

— Нужно составить план. И вызвать дополнительную охрану.

— Я уже сделал запрос, — заверил его Робби. — К несчастью, Ангус бросил всех на поиск Казимира.

— Теперь я буду днем один. — Фил наклонился вперед, поставив локти на колени. — Если не считать Фиделию с ее оружием.

— Я могу помочь решить проблему. — Йен вытащил флакон. — Роман дал мне несколько пузырьков. — Это снадобье, которое позволяет вампиру бодрствовать в дневное время.

Робби подошел ближе, чтобы получше разглядеть зеленоватую жидкость.

— Я думал, Роман отказался от этого состава.

— Я тоже так думал, — заметил Жан-Люк. — Каждый день его применения старил на целый год.

— Это так. — Йен вскинул подбородок. — Но я вызвался испытать его на себе.

Жан-Люк нахмурился:

— Я ценю твое желание выглядеть старше, но не хочу, чтобы ты проводил на себе эксперименты.

— Мне не нужен опекун, Жан-Люк. — Йен бросил флакон назад в сумку. — Мне четыреста восемьдесят лет. Я в состоянии принимать самостоятельные решения.

Жан-Люк вздохнул. Он не мог запретить Йену использовать состав, но идея все равно ему не нравилась.

— А были при этом какие-нибудь побочные эффекты?

— У Романа поседели волосы на висках, и все, — пробормотал Йен. — Я пойду на это, и вы меня не остановите.

— Ладно. — Жан-Люк присел на край стола. — Нам нужно полностью забаррикадировать помещение.

— Согласен. — Робби снова зашагал по комнате. — И нужно держать их всех вместе. Так будет легче охранять.

Жан-Люк кивнул.

— Благотворительный показ придется отменить. — Он знал, что это огорчит Альберто и Хизер, но безопасность важнее. — Иначе Луи может воспользоваться ситуацией.

Робби остановился.

— А может, лучше пусть воспользуется.

Жан-Люк покачал головой:

— Я не хочу использовать Хизер в качестве наживки.

— Мы будем рядом с ней, чтобы не пострадала, — не унимался Робби. — Или ты предпочтешь другое? Чтобы мы закрылись и сидели взаперти, как стадо испуганных овец?

— Будем продолжать его искать, — сказал Жан-Люк. — Фиделия вычислила, что он скрывался на «Курином ранчо». Может, удастся его обнаружить.