Любовь рыцаря - Аманда Скотт

Не отпуская руки Изобел и мысленно моля Бога, чтобы жена сдержалась и не выкинула какой-нибудь номер, Майкл молча кивнул Уолдрону.

Уолдрон тут же шагнул ему навстречу.

– Признаться, кузен, – усмехнулся Майкл, – не ожидал встретить тебя здесь. А этот джентльмен, по словам Генри, горящий желанием благословить мой брак, я полагаю, аббат Айоны?

Несмотря на то что Уолдрон смотрел вполне дружелюбно, Майкл не стал протягивать ему руку.

– Кажется, Майкл, ты все еще дуешься на меня? А я-то думал, что все наши разногласия давно в прошлом… Дело вот в чем, господа, – объяснил он окружающим, – Майкл до сих пор не может мне простить, что в юности я управлялся с оружием лучше его…

Единственным ответом Уолдрону было общее молчание. Пауза, пожалуй, даже немного затянулась, но Уолдрона, казалось, это ничуть не смутило – напротив, он огляделся вокруг с видом триумфатора, вероятно, все еще ожидая ответа. Исключительно ради того, чтобы хоть чем-то прервать напряженное молчание, Майкл наконец негромко произнес:

– Ты ошибаешься, кузен: это тебе прошлое все никак не дет покоя, а не мне. К тому же ты не ответил на мой вопрос: этот джентльмен – действительно аббат Маккиннон со Святого острова?

– Он самый. – Уолдрон кивнул. – Аббат – мой хороший друг, и я пригласил его благословить коронацию нашего доблестного принца и твой брак. Оба этих события – большая честь для семейства Синклеров, и я считаю, что они заслуживают церковного благословения. Осталось только Хьюго совершить нечто выдающееся, но, в конце концов, у Маклауда ведь не одна дочь, не так ли?

Изобел почувствовала, как снова напряглась рука Майкла, сжимавшая ее запястье, и, кажется, Уолдрон заметил их реакцию – это было видно по нездоровому блеску в его глазах.

– Что ты так смотришь, Майкл? – неожиданно воскликнула графиня. – Поклонился бы нашему почтенному гостю, аббату Маккиннону, и поблагодарил его за то, что он согласился оказать нам честь благословить твой брак! Возможно, он сделает это завтра во время мессы…

– Почту за честь, – улыбнулся аббат. – Лично я одобряю выбор леди Изобел.

На этот раз пальцы Изобел сжали запястье Майкла. В интонации, с которой аббат произнес последнюю фразу, нельзя было не заметить издевки.

Опасаясь, что Уолдрон или аббат скажут еще что-нибудь, чего Изобел точно не выдержит, Майкл решил опередить их:

– Благодарю вас, сэр! Надеюсь, господа, вы извините нас: мы проделали долгий путь и сейчас желали бы отдохнуть с дороги.

Майкл обернулся к Генри и кивнул. Он знал, что Генри, хотя и склонен был порой к эксцентричным выходкам, тем не менее обладал незаурядным умом. Несомненно, он понял безмолвный намек брата.

Радушно улыбнувшись, Генри громко произнес:

– Разумеется, господа, если желаете, извольте отдохнуть: мои люди и люди его преосвященства епископа Оркнейского позаботились о том, чтобы приготовить для вас комнаты во дворце и в здании неподалеку.

Слуги направились к гостям, чтобы проводить их.

– Почту за честь, аббат, – проговорила вдруг Изабелла, – если вы немного задержитесь и поболтаете со мной. Мы здесь так редко принимаем таких гостей, как вы!

– Ну, нельзя все же сказать, мама, – уточнил Генри, – что мы здесь совсем уж лишены духовного пастырства… Его преосвященство епископ Оркнейский часто оказывает нам гостеприимство. К тому же у нас есть свой священник.