Свадебный танец - Кэндис Кэмп

Она провела ладонью по руке Рошфора, запоминая ощущение его кожи, нежной на внутренней стороне локтя, твердость его мышц и слегка грубоватых волосков. От этих прикосновений у Франчески покалывали кончики пальцев, рассылая по телу завитки желания, которые струились и собирались внизу живота. Франческа позволила своей руке поглаживать плечо Рошфора, затем скользнуть по его спине, туда, куда она могла дотянуться.

И как можно было бояться, что это не будет чудесно? Однако Франческа тут же одернула себя, ведь в любую секунду все могло измениться. Сенклер может оставить поцелуи с ласками и начать грубо проникать в нее, заботясь лишь о своем удовлетворении.

Рошфор прервал поцелуй, и Франческа решила, что сейчас все и изменится, но оказалось, он оставил ее губы лишь затем, чтобы поцеловать шею и грудь. Губы и язык герцога пробовали на вкус, дразнили кожу Франчески, возбуждая все больше с каждым поцелуем. В то же время Рошфор медленно и неторопливо ласкал ее тело рукой.

От прикосновений герцога Франческа нетерпеливо перебирала ногами. Спрятанное меж ними желание затоплялось страстью и пульсировало. Рошфор коснулся губами ее груди, медленно и неотвратимо направляясь к соску, и Франческа замерла в предвкушении. Она ждала, когда Сенклер снова возьмет в рот ее затвердевший сосок, и с каждым прикосновением его языка, губ, зубов желание Франчески усиливалось, пока ее тело не превратилось в натянутую тетиву. Кожа стала влажной, а дыхание хриплым. Франческа сжала пальцами плечи Рошфора, хотя ей хотелось провести ногтями по его спине и гладким ягодицам.

Наконец губы Рошфора обхватили ее сосок, заключая в бархатный влажный плен, и герцог стал тягуче посасывать его. Франческа не сдержала стона удовольствия, такого глубокого, почти болезненного, и задвигала бедрами на кровати из своих юбок.

В ответ на это невысказанное желание Сенклер скользнул рукой по бедру Франчески, погладил плоский живот, совершая круговые движения и с каждым дюймом приближаясь к ее промежности. Его пальцы достигли треугольника шелковистых волос и устремились к центру, к горячей плоти. Франческа вздрогнула и попыталась отодвинуться, смущенная тем, что Рошфор может почувствовать, как там непривычно влажно.

Однако пальцы герцога потянулись за ней, настойчиво скользя и прижимаясь к ее лону так, что она в беззвучном стоне развела бедра. А потом умные пальцы Сенклера скользнули меж ее ног, изучая самое потаенное местечко, поглаживая невероятно чувствительный бутон плоти, и Франческа уже сходила с ума от желания, двигала бедрами, сильнее прижимаясь к руке Сенклера. С ее губ срывались страстные стоны, и, повернув голову, она прижалась к плечу Рошфора, чтобы их заглушить.

Внутри Франчески зарождался тугой, болезненный клубок желания, и в конце концов она почувствовала, что уже готова кричать. А потом этот клубок взорвался, и Франческа громко застонала, впиваясь зубами в руку Рошфора. Ее накрыла волна удовольствия, и она задрожала, потерявшись среди ощущений.

Франческа услышала, как простонал Сенклер. Он прижался головой к ее груди, словно пытаясь обрести контроль над собой. Франческа лежала без сил, ослабевшая, и Рошфор мягко развел ее ноги. Франческа охотно раскрылась ему навстречу, ведь, несмотря на глубокое удовлетворение, которое она только что испытала, ее не оставляло желание почувствовать Сенклера в себе.

Однако он не стал входить в нее. Вместо этого, опираясь о локти, Сенклер принялся неспешно ласкать грудь Франчески, целуя и дразня ее, обхватывая соски губами и медленно их посасывая. К удивлению Франчески, в ней снова оживало желание… На этот раз еще более сильное, ведь она знала, что ее ожидает в конце. Рошфор отстранился и подул на влажную ягодку соска, заставляя его напрячься и подняться. Другой сосок он ласкал пальцами, сжимая и осторожно оттягивая.

Возбуждение Франчески усиливалось, она почти плакала от желания.

Она повторила имя Сенклера, беспрестанно поглаживая его по спине и упругим ягодицам.

— Пожалуйста, — шептала Франческа. — Пожалуйста…

И тогда Сенклер приподнял ее бедра и медленно, но настойчиво вошел в нее. Франческа простонала от чудесного чувства заполненности и правильности их слияния. Сенклер начал двигаться в ней, выходя почти до конца, а потом снова толкаясь вперед, создавая восхитительные фрикции, которые возбуждали Франческу еще сильнее. Вскоре она снова выгнулась и на этот раз все же провела ногтями по спине Рошфора, а потом сжала пальцами его ягодицами.

У Сенклера вырвался хриплый стон, и он выгнулся, присоединяясь к их общему блаженству. Франческа обхватила Сенклера руками и ногами, прижимаясь к нему, пока их обоих сотрясало от шторма эмоций.

Сенклер лежал на ней, уткнувшись лицом в ее шею, но Франческа не возражала против такой тяжести. Ее настолько переполняла радость, что она боялась взмыть в воздух. Она крепко сжимала Рошфора в объятиях, прислушиваясь к своим ощущениям. Кожа Сенклера была горячей и влажной, его дыхание щекотало кожу.

На глазах Франчески выступили слезы, полились по щекам, и она потянулась их вытереть.

— Франческа? — Рошфор отстранился, глядя на ее лицо и хмуря брови. — Что такое? Вы плачете?

Франческа смущенно кивнула и проглотила слезы:

— Простите.

— С вами все в порядке? Я сделал вам больно?

— Нет! О нет, — поспешила заверить Франческа. — Я не знаю, почему плачу… Это было так прекрасно. — Снова полились слезы, и она нетерпеливо их вытерла.

Рошфор довольно улыбнулся и притянул Франческу к своей груди, обнимая ее сзади, так что теперь они лежали, как две ложки в кухонном ящике. Рошфор зарылся носом в волосы Франчески и поцеловал в шею сзади.

— Это действительно было прекрасно.

— Я никогда еще такого не испытывала. Я думала… — Франческа осеклась, внезапно осознав, что уже рассказала слишком много.

— Никогда? — удивленно переспросил Рошфор. — То есть… — Он помолчал, а потом задумчиво продолжил: — То есть вы никогда не… О, черт, я не могу подобрать приличных слов… раньше вы никогда не достигали удовлетворения?

Франческа помотала головой и тихо ответила:

— Нет. Должно быть, вы считаете меня странной. На самом деле нет никакого смысла об этом говорить.

И зачем она об этом заговорила, думала Франческа, проклиная свою невнимательность. Незачем Сенклеру знать о ее прежней холодности. Иначе он начнет в ней сомневаться.

— Я вовсе не считаю вас странной, — ответил Рошфор, снова целуя волосы Франчески. — Вы… — он провел рукой по ее боку, проследив плавную линию талии и бедер, — очаровательны. — Герцог поцеловал ее в плечо. — Я не понимаю вашего покойного мужа.

— С ним все было по-другому. Я… я ненавидела ложиться с ним в постель! — Горячность, с которой она заговорила, шокировала ее саму. — Простите… Вы, наверное, думаете, что я ужасна. — Франческа поджала губы, чтобы остановить рвущийся из нее поток слов.

— Разумеется, я так не думаю. — Рошфор притянул Франческу еще ближе, окружая своим теплом и силой. — Похоже, лорд Хостон был еще большим подлецом, чем я предполагал.