Беги, если осмелишься - Кинг

но я настойчиво продолжаю сладостную пытку. Наташа пытается скинуть меня с себя, толкает руками, но с каждым толчком её попытки всё слабее. Перехожу к шее, она дышит часто-часто, с её губ слетает стон, в котором я слышу что-то похожее на своё имя. В конце концов она расслабляется и обхватывает меня руками ногами. Я чувствую себя победителем, словно получил бесценный приз. Я джентельмен, ну…почти, поэтому в трусики пока не лезу. Отлипаю от неё и помогаю подняться.

— Теперь выйдешь за меня?

Она смотрит на меня, кусая истерзанные мной красные губы и хлопая голубыми глазищами с пушистыми густыми белыми ресницами.

— Не знаю.

После этих искр, проскочивших между нами, она просто не имеет права отказать мне. Я чувствовал, как она жаждет близости со мной, я заметил, что она подавляет своё желание и сдерживается, чтобы не показать истинные чувства.

— Ну хоть не сразу "нет".

— Ты бандит, я не хочу быть женой преступника.

— Это кто ещё преступник? Преступники сидят в тюрьме, а я мало того, что на свободе, ещё и всем помогаю, вон Варана например спас, слышала о таком?

— Слышала, но ты бандит при деньгах и имеешь возможность откупиться! То что власти тебя пока не поймали и не посадили, не делает тебя святым.

— Да кто откупается? Я вообще ни разу ментам взятку не давал!

— Не давал, потому что они боятся тебя и лучше сами заплатят, чтобы твоя мафиозная семья не трогала их семьи.

— Знаешь, приятно, что ты вот так сходу сечешь в наших делах, но я никого не запугиваю.

— Потому что это и не нужно, с вашими методами все знакомы.

— Наташа, просто дай мне шанс показать какой я человек и потом ты решишь, доверять мне или бежать.

— Я уже решила, что буду бежать.

— Ну беги, если осмелишься.

— Это угроза?

— Просто знай, что я буду следовать за тобой, пока ты не станешь моей, меня этому один друг научил.

— Догадываюсь о ком ты.

— Короче, мне тридцать три года, я хочу дочь и ты безумно мне нравишься, давай не будем тратить время на всю эту чепуху. Жизнь очень коротка.

— Ты не отвяжешься?

— Нет.

— Ладно, давай попробуем просто встречаться, а потом посмотрим.

— Кольцо надень.

— Ни за что.

— Я сказал надень! Хочу чтобы все видели, что ты моя.

Наташа берёт кольцо и надевает на свой тоненький пальчик.

Эпилог

Спустя шесть лет

— Маргарита Сергеевна, я вынуждена сообщить Вам, что Дима сегодня опять откуда-то взял пульки для пистолета и зарядив его, запугивал мальчишек! Не понимаю откуда в нём этот бандитизм! Мы никогда не говорим о перестрелках или об оружии!

Смотрю на рыжую женщину, похожую на птицу с острым носом вместо клюва, жестикулирующую с такой силой, словно она курица наседка, размахивающая крыльями, охраняющая свои яйца, увидевшая угрозу своему потомству от злого хищника.

— Я понимаю, извините, пожалуйста, наш папа часто водит его в детский тир. А зачем он запугивал мальчишек?

Немного вру, просто наш папа частенько везде забывает свою пушку! Хорошо хоть незаряженную. Дима неровно дышит к оружию, но не только поэтому, всё стало хуже, когда он как-то раз на даче увидел секретную комнату Державина с коллекцией пушек.

— Пяпа, это сто, пистоети?

— Да, мой хороший, и не только, — Саша подхватывает сына на руки и показывает ему свое богатство, — это например винтовка, а вот это дробовик…

— Папа — Саша, а может ему рано такое показывать? — говорю я с металлом в голосе, скрестив руки на груди.

— Прости, я не могу сдержаться, он так следит за каждым моим движением, я просто не в силах игнорировать это.

Глаза Державина блестят от счастья, он не может сдержать улыбку, моё сердце сжимается в груди от неописуемого восторга. Он так любит наших двойняшек, что я просто всё время хочу плакать от радости. Крупный мужественный Державин с широкими плечами, лёгкой щетиной и ершистостью в волосах, держащий на руках маленького мальчика, очень похожего на самого себя, вызовет у именитого фотографа феноменалистический экстаз.

Замечаю, что они оба в джинсах и в белых футболках, как будто специально оделись в парную одежду.

Дима смотрит на меня моими зелёными глазками с умным взглядом, замечает моё недовольство и утыкается в шею к папе.

Слышу топот за спиной, Василиса берёт меня за ногу.

— Мамоська, это пуськи?

К нам подкралась крошка дочь, она опять сняла с волос все заколки и расплела гриву из мелких кудряшек. Василиса одета в кукольное розовое платье с узорчатым белым кантом по подолу. Её огромные глаза холодного голубого оттенка внимательно смотрят на меня, изучая моё настроение, она часто так делает, особенно когда расплетает свои волосы, я в такие моменты стараюсь улыбаться.

— Да, Василиса, это пушки, но они для дядь, пойдём найдём краски и порисуем.

Воспитательница возвращает меня из этого воспоминания.

— Они обижали Василису и Софию.

— Получается, он защищал родную сестру и их общую подружку, это же хорошо!

— Это хорошо, но он делал это при помощи оружия, я много раз говорила, что целиться в людей это плохо.

— Мы обязательно обсудим это с отцом и примим меры. Спасибо! А как Василиса?

— Всё хорошо, но она сегодня нарисовала странный рисунок.

— Я могу посмотреть?

— Конечно, сейчас.

Воспитательница протягивает мне лист формата А4, на нём изображены два кривых человечка с пистолетами, один смуглый, а другой светлокожий. Я сразу поняла, что она изобразила Варана и Годзиллу. Меня распирает от смеха, но я держусь изо всех сил.

— А что за тема была? — слегка кашляю, чтобы спрятать смешок.

— Тема "Мой герой".

— Понятно, а Дима что нарисовал?

— А Дима нарисовал полицейского. Сейчас.

Воспитательница уходит за рисунком, я делаю фото творчества моей дочери и отправляю Державину. На моих губах глупая улыбка.

Воспитательница приносит второй рисунок, на нём, как я поняла, наш дедушка Егор. Он до сих пор работает в полиции и уже дошёл до звания генерал-лейтенанта.

— Мама!

— Мама!

— Тётя Рита!

— Крошки мои!

Три маленьких карапуза бегут ко мне обниматься.

— Сегодня я заберу и Софию.

Светловолосая смуглая крошка в голубом костюмчике поднимает на меня свои шоколадные глазки и улыбается беззубым ротиком, потом, застеснявшись, опускает белые пушистые ресницы прямо как у моей сестры, отбрасывающие тени на её румяные щечки.

— А-э, да, Наталья Доган звонила мне и предупредила, что вы заберёте её дочь.

— Мамоська, а мы кудя ситяс поедем? — говорит Василиса.

— Мы поедем к нашей Блондинке в гости.

— Ула! Я так лад! — говорит Дима.