Внеплановое отцовство для двоих - Мила Дали

Он замер на подиуме зала и смотрит на меня как на идеальную для него женщину.

А у меня воздух застревает в горле от красоты Максима. Нашим сыновьям Золотов подарил не только жизнь и светлое будущее, но и свою фамилию.

Мальчики не были против, мне кажется им вообще по барабану, лишь бы родители их любили и выглядели счастливыми. Прожив несколько лет с Семенихиными, мальчики много не просят.

Чем ближе подхожу, тем шире ползет у меня улыбка на лице.

Справа на резных стульях расположилась пожилая пара. В ней мужчина много лет проработал талантливым адвокатом, он вроде ментора Золотова.

— Вот какие пронырливые секретарши пошли, — шепчет на ухо супруге и думает, что я его не слышу, — быстро разбирают перспективных холостяков, не стесняясь. И не смотри что слабый пол…

К вот этим шепоткам я уже отношусь философски.

— Вы не представляете, насколько я слаба, — вклиниваюсь в их кулуарную беседу и вгоняю в краску.

Я много лет была помощницей и теперь эту славу трудно искоренить. Работай я хоть мыловаром, хоть губернатором, все равно несведущие люди будут считать меня прислужницей олигархов.

Двигаюсь к заветному месту новобрачных.

Лицо Максима при виде меня излучает восторг.

— Ты неподражаема Ниночка…

— Я просто пошла против системы, и свой образ придумала сама. Даже макияж и прическу лично делала.

И платье выбрала. Как бы ни советовали подружки купить что-то классическое, олицетворяющее чистоту и невинность, слушать их не стала.

У нас с Максимом сыновья во второй класс скоро пойдут, какая невинность? Зато сейчас чувствую себя женщиной-вулканом. Меня и Золотова все устраивает.

— На все руки мастерица.

Стихает музыка вальса.

Подружки всхлипывают от умиления.

Нарядная женщина, что будет регистрировать наш брак, начинает вступительную речь. Вскоре приближается к главному.

— Согласны ли вы, Максим Леонидович, взять в жены Нину Витальевну?

— Да! — без раздумий отвечает Золотов.

Теперь на первом ряду завздыхал его старший брат. Наверное, рад, что официально обзавелся вот такой вот родственницей!

— А вы, Нина Витальевна?

— Ой, не знаю, надо подумать. Это слишком ответственный шаг…

Сотрудница загса впадает в ступор, Золотов таращит на меня глаза, а зал с приглашенными, словно превращается в улей.

— Что ты такое говоришь? — рассержено одергивает меня Макс.

— Пошутить уже нельзя! — хихикаю. Оборачиваюсь к гостям, — спокойно! — кладу руку на платье, сминаю пышную юбку и демонстрирую живот, — Максим Леонидович железным образом обозначил свои планы на меня, естественно я согласна!

Чем ближе срок родов, тем страннее становятся мои шуточки. Сама себе удивляюсь. Хотя раньше лавры победителя по дурацкому юмору надежно держал в руках Демид Леонидович Грозный.

У меня, наверное, гормоны пляшут.

Наступает черед наших деток.

Мальчики, наряженные во фраки, на декоративной подставке выносят подушечку с кольцами.

У меня руки трясутся, как будто в первый раз выхожу замуж, ей-богу!

До этого момента колец я не видела. Они традиционные. Тут нет камней или декора, кроме гравировки, от которой у меня задрожало в коленях. На кольцах высечена та самая формула, придуманная сыновьями в день, когда они узнали что Максим папа. Только вместо вопроса сердечко. Лучше колец не придумать!

— Теперь жених может поцеловать невесту.

Максим наклоняется, сливая наши губы в сладком поцелуе.

Гости аплодируют нам.

Сыночки, засмущавшись, хихикают, прыгают вокруг нас и тоже хлопают в свои маленькие ладошки.

После регистрации выходим на роскошный балкон, чтобы сфотографироваться, стукнуться бокалами. Здесь уготованы столики с закусками, из небольших фонтанов струится теплый шоколад, вызывая у детей ликование.

А в тюрьме сейчас обед… макароны.

Ими будет лакомиться Иллария Валентинова еще лет шесть. Запудрить мозги Краснову у нее не получилось. Суд признал виновной женщину, она отбывает наказание. Вместо фонда исправляется в колонии и шьет прихватки.

Сделав последний снимок, Максим обнимает меня за талию.

— Госпожа Золотова, готова отправиться в ресторан?

— С тобой куда угодно…

Основное торжество будет в замечательном заведении, интерьер которого чем-то напоминает средневековье. Я там буду главной принцессой, а Золотов благородным рыцарем…или разбойником, если переберет.

Я специально выбрала этот атмосферный ресторан с массивными столами, разноцветным витражом на окнах и с настоящим доспехами, мечами и люстрами, где вместо ламп горят свечи. Хотелось чего-то необычного в этот радостный день.

За полгода Максим подарил мне много всего, начиная от одежды и заканчивая новеньким автомобилем. Для детей много сделал чего.

У меня тоже есть для него подарочек. Золотов до сих пор не знает, кто родится у нас. Этот секрет расскажу ему сегодня.

В ресторане нас встречают костюмированные официанты, ощущение праздника отражается в каждой вещице и в наших глазах.

Рассаживаемся.

Для молодоженов уготован отдельный стол, а вместо стульев два тематических трона. Умелый ведущий развлекает конкурсами. Поверить не могу, что эта сказка происходит со мной.

Наблюдая за довольными гостями, вдруг ловлю себя на плохих воспоминаниях о первой свадьбе с Семенихиным.

Тогда на мне не было платья, а уж тем более какого захочу. Я была наряжена в трикотажную юбку молочного цвета и кофточку. Алексей был в свитере и брюках.

Мы просто расписались, а отмечать поехали в квартиру свекрови, угощаясь ее же салатами и голубцами. Сидели в комнате в окружении тогдашних друзей, возрастных соседей и самой Зинаиды. И я не улыбалась широко.

Причем мы не были нищими, так повелела авторитарная на тот момент свекровь. А я была молодой дурочкой.

Как хорошо, что все это закончилось!

Сложно было уйти от них, но ни о чем не жалею.

По слухам Семенихины по-прежнему проживают в деревне. После истории с полицией затаились и вряд ли сунутся ко мне еще. Алексей больше не женился, комфортно устроился под юбкой маменьки.

Я и сыновья поменяли фамилию и навсегда оставили родственников в прошлом.

— Дамы и господа, — громко объявляет ведущий, — пора выяснить, кто же появится на свет у наших влюбленных! Каковы ваши прогнозы? Делаем ставки!

Дима и Ваня снова при деле, им в отличие от родителей отдыхать некогда. Мальчики берут две плетеные корзинки.

На одной повязан розовый бантик, на другой голубой. Проходят между столов.

Гости складывают деньги в корзину, которую считают нужной.

Я, скрестив пальцы под столом, жду. Аж дух захватывает!

Золотов кусает губы от напряжения, честно сказать, он хочет девочку.

У меня слов нет.

Я не знаю, чем думала, когда соглашалась рожать, но теперь уже поздно. Я полюбила от всего сердца свою беременность и жизни без нее не представляю. Скоро я опять стану мамой! Ура! Золотов подрагивает и стучит пальцами по столу.

Ведущий в центр зала выкатывает большую декоративную коробку, если