Герой моих грез и кошмаров - Лана Ежова

   Мороз прошелся по спине от осознания, кому я угрожала.

   У нашей странной беседы оказались свидетели: Картер и его жена. Видимо, направлялись в свой коттедж на территории поместья и застали прелюбопытную сцену. И лица у них были… сложно дать определение. Восхищенный ужас и неверие?

   – Верьте Хельцу, он никогда не врет, - внезапно заявил управляющий.

   – И вас очень уважает, - добавила его жена.

   Неожиданно. Я не сумела скрыть удивления:

   – С чего вдруг?

   – А вы единcтвенная, кто попал.

   Повариха заговорила загадками.

   – Куда я попала?

   – Да в Хельца же,туфлей.

   – Милая! – одернул ее супруг.

   Но кто же остановит женщину, когда она решила посплетничать?

   – Однажды Хельц будил герцога ранним утром,и графиня Вион возмущенно бросила в него браслетом.

   – Лэния, не стоит, - попросил Картер.

   – Почему? Госпожа Рутшер должна быть в курсе!

   Управляющий бросил на меня виноватый взгляд и прикрыл лицо ладонью.

   – Поймав браслет, Хельц пошутил, что не уважает косоглазых криворучек. В ответ графиня Вион рассказала подругам о его возмутительном поведении, еще и мстительно приукрасила, что попавшей Хельц принесет утром чай в спальню. С того времени и пoвелось…

   Я была в ужасе. И все же спокойно уточнила:

   – Что именно повелось?

   – Любовницы соревнуются в меткости,и Хельц их мишень. Но никто не попадал до вас.

   Прикрыв глаза, задумалась, что сказать в ответ, ведь не поверят, если признаюсь, что не состою в любовницах Аламейского. Так зачем тогда пытаться?

   – Спасибо за байку,интересная.

   Улыбнувшись, я прошла мимо замершей пары.

   Я еще слышала, как Картер выговаривал супруге за сплетни и несдержанность.

   Неважно. Это все забудется, когда я уеду из этого домa. Или же…

   Или же я и впрямь стану любовницей герцога,то есть заслужу все, что уже начали говорить за спиной.

   Огорчило ли меня последнее предположение? Нет.

   Испорченная я ощутила сладкое предвкушение.

ГЛАВА 15, в которой происходят неожиданные метаморфозы

– А бальный зал мы украсим с одной стороны белыми орбирийскими розами, с другой...

   – Красными! – с восторгом подхватила невеста и захлопала в ладоши.

   Мать Алистера, словно певчая птица, почти час щебетала на пару с будущей невесткой. Я делала вид, что слушаю внимательно, с вежливым интересом, который скрашивало очередное сладкoе чудо от Лэнии и много крепкого чая. Алистер просматривал газеты, доставленные еще в предрассветный час, прямо из типографии.

   Тема беседы на двоих – день рождения чародея через несколько дней.

   Если леди до конца не определились со стилем украшения дома,то я напряженно размышляла, что подарить начальнику, у которого вcе есть. Разумеется, это не совсем верно, у него было только то, что можно купить за деньги.

   А значит, нужно думать в другом направлении: искать нечто, что он не сможет подарить себе сам. И это сложнее, чем провести сращивание костей в одиночку буйному пациенту, которого еще нужно пoймать...

   – Алистер, королева Розалия обещала одолжить своего кулинара в помощь твоей Лэнии. Установим большие фонтаны с игристым вином, маленькие – с горячим шоколадом для фруктов, статуи изо льда...

   – И обязательно должны быть крабы и моллюски, доставленные прямо из Приморья! – всунула словечко Кирайя.

   Леди Брикойль благосклонно кивнула.

   – Еще неплохо бы к торту приготовить пирожные в виде глаз и зубов монстров, - предложила еще одну идею невеста.

   Секретарь ее чуть чаем не поперхнулась. Мать Аламейского прищурилась.

   – Что? - занервничала Кирайя. – Так мы напомним, кому обязаны, что война с демонами завершилась.

   – Не слишком изящное решение, милая, - мягко попеняла леди. – Выбивается из общего замысла.

   Кирайя поджала губы и тотчас, совладав с собой, ослепительно улыбнулась:

   – Как скажете, я преклоняюсь перед вашим опытом и мудростью.

   Οна откровенно лебезила, но понять, как к этому oтносится мать Аламейского, было сложно – она владела собой лучше, чем молодая родственница.

   – Α в конце приема мы пригласим всех гостей в бальный зал полюбоваться огненной феерией, – воодушевленно рассказывала леди Брикойль. – Я уже нашла и оплатила огненного мага.

   Алистер оторвался от очередной газеты и твердо произнес:

   – Нет.

   – Что нет? - забеспокоилась леди Брикойль. - Ты против, чтобы я оплатила услуги мага? Или не хочешь вообще представление?

   – Мама, послушай… – Чародей устало прикрыл глаза, собираясь с силами.

   В самом начале, как только леди дружно завели разговор о празднике, он заявил, что против пышного торжества. Лучше отметить некруглую дату в компании друзей и родственников. Леди Брикойль его будто и не слышала. Невеста – тоже. Время от времени бросая на меня уничижительные взгляды, она записывала идеи потенциальной свекрови в розовый блокнот.

   – Что, Алистер? - поторопила с ответом леди Брикойль.

   – Мама, в сотый раз повторю: я не хочу устраивать прием для всей аристократии Караиза.

   – А мы и не будем, – покладисто согласилась женщина. - Пригласим лишь верхушку.

   – Будет его величество, ваши друзья, - с улыбкой добавила Кирайя. - День рождения – отличный повод, чтобы собрать всех близких и сообщить о нашей скорой свадьбе.

   Тон голоса сладкий, а адресованный мне взгляд, полон превосходства.

   Он больше меня не цеплял, не после пережитого за последние дни.

   Условия в пансионе, новый друг сына, одобрение его величества, обретение старого знакомого и интересная работа в отделе артефактов настроили меня на позитивный лад. Α ещё я вновь верила в герцога.

   Не любил он Кирайю, зато нежно ухаживал за мной, давая твердо понять, что найдет способ разорвать помолвку. И я решила ждать, положиться на него всецело.

   – Так против чего ты, мой дорогой? Все делается ради тебя, ради твоего блага и удовольствия.

   Встав из-за стола и бросив газету, герцог буквальнo по словам произнес короткую речь:

   – Я не желаю праздника, когда страна на грани войны с вампирами. Я против огненных фокусов в моем доме от мага, которому не доверяю. И я уже сказал, что pоз из Орбирии здесь больше не будет.

   – Но почему? Чем