Моё искупление - Каролина Льюис

В промежутках между болью и отчаянием я стараюсь ухватить маленькие крупицы воздуха, чтобы вдохнуть полной грудью.

— Впервые я рада, что ты облажался, отец. Неприятно, когда твоя родная кровь стала настоящим провалом, — истерический смех накрывает меня с головой. Я просто смеюсь. Слёзы начинают душить.

— Продажная тварь! Из-за тебя я не смогу теперь смотреть в глаза Амрани, который стал свидетелем этого позора, — жгучая боль пронизывает всё тело, после того как он бьёт меня головой о каменный пол.

Перед глазами начинает всё плыть. Я не соображаю, что происходит. Единственное, что успеваю почувствовать, как Сидик в очередной раз бьёт меня головой об твёрдую поверхность.

— Вставай, твою мать! — гулко доносится голос мужчины. В следующую секунду чувствую, как холодная вода покрывает всё тело, заставляя меня прийти в себя. Я знаю, что всё это не надолго. Мой родной отец прикончит меня, как только наиграется в свою игру.

— Господин, будь милосерднее. Пощади, она всё же наш ребёнок, — стонущая мольба о моей пощаде доносятся до меня.

Мама всё ещё надеется на то, что мой отец сможет остановиться и больше не наказывать меня. Неужели она за столько лет брака не поняла, что этот мужчина никогда не слушает её. Только он сам знает, когда должен останавливаться в своих действиях и решениях.

— Она такая же шармута, как и ты, — грубый тембр отца заполняет весь двор. После чего всхлипы заполняют пространство.

Я чётко слышу, как этот зверь начинает истязать мою мать. Пытаюсь открыть глаза, чтобы взглянуть в сторону, где происходит насилие над человеком, который так и не смог полноценно получить любовь своего мужа. Лишь унижение и бесконечные побои. Не говоря о том, что порой причиной этих ударов становилась я сама, по мнению многих.

— Отец! Не смей бить мою мать! — злой и требовательный голос брата заставляет Эль Бекри остановиться.

— Брат… Ты здесь…

— Не могу поверить. Эта дрянь ещё что-то в силах говорить своим грязным языком, — цедит мужчина сквозь сжатые челюсти. После этого сильный удар ногой в живот заставляет меня согнуться и поджать ноги.

— Эти шлюхи опозорили мой род! И ты просишь, чтобы я сидел и ничего не делал? — кричит во весь голос.

— Наш род опозорен лишь из-за одного человека, — спокойными шагами Керем подходит ко мне. Я не в силах даже взглянуть ему в лицо, вижу лишь его ноги. Слёзы высохли, оставляя за собой следы потёкшей туши.

— Вы оба стали моим большим провалом! — отец перебивает слова брата.

— Я боролся за своё право. А она, мало того что легла под мужчину, ещё и согласилась выйти замуж за моего заклятого врага, — грубые пальцы касаются моего лица. Мужчина начинает сдавливать мою челюсть.

— Завтра утром, чтобы её не было у меня дома! Реши эту проблему, — бросает последние слова и уходит разгневанный. Слова отца не стали для меня новостью. Я понимала, что он скажет о моей смерти, но ожидание было слишком долгим.

— Я всё решу, — произносит брат и продолжает смотреть мне прямо в лицо. — Ты не представляешь, насколько мне противно смотреть сейчас на тебя, — каждое его слово подобно ножу., который оставляет раны.

— Сынок, не нужно сейчас её обвинять в том, что уже не вернуть, — перебивает его женщина, которая является нашей матерью. Она, собрав все силы в кулак, встаёт с холодной земли и подходит ко мне.

— Не нужно её защищать. Твоя продажная дочь заставила сейчас самого Амрани смеяться над нашей семьёй, — после произнесённых слов, он бьёт меня со всей силы по лицу. Во рту чувствуется привкус крови.

— Керем! — повышает голос мама, а он тем же отвечает ей. Ему плевать на всех. Керема сейчас волнует лишь вражда между Армани и ним. А я не понимаю, почему именно я стала этим мячом для битья между мужчинами.

— Она завтра получит своё наказание! Ты отправишься в самое дно ада. Готовься попрощаться с жизнью, сестрёнка, — последний удар, нанесённый ним, даже не оставляет мне шанса что-то ответить.

Меня начинает знобить от холода. Хочется укрыться в безопасное место, где не будет больше никакого насилия. Крики о том, насколько я никчёмная и грязная, начинают стихать. Постепенно перед глазами всплывает фигура Амрани. Вначале я не могу поверить в то, что сам виновник стоит перед глазами. Его фигура исчезает также быстро, как появляется перед моим взором.

Очередная иллюзия о том, что мой любимый человек сможет прийти и спасти меня. Правда слишком ядовитая. Улыбка касается уголков моих губ. В воздухе повисла тишина. А мой разум полностью покинул меня. Я даже не успеваю понять, как мои глаза закрываются, и я полностью проваливаюсь в сплошную темноту. Где очень холодно и мерзко.

***

24 часа спустя после случившегося

Желание умереть может полностью овладеть твоим сердцем. После того как человек оказывается в сырой земле, ему предстоит отвечать перед всевышним. Больше никто не имеет права спрашивать с тебя за твои ошибки и грехи, которые были совершены на земле. Не будет насилия. Морального уничтожения. Обвинений в том, что твоя жизнь не имеет никакой ценности, ведь ты решила лишиться святой девственности. И теперь родной человек превратился в палача. Готов лишить тебя жизни, лишь бы никто не смог упрекнуть его в твоём позоре.

Тошно от мысли, что я стала товаром, который был использован для достижения цели. А затем превратилась в кусок мяса для шакалов, которые посчитали, что имею право наказывать меня за грехи. И в конце всей этой грустной истории твой любимый человек торгуется с твоим родным отцом о выкупе. Словно ты просто товар. Ничтожество, не имеющее права голоса. Пустое место.

Признаться честно, я была готова к своей смерти. Приняла это как данность в тот вечер, когда вынесли вердикт. Другого и не стоило ожидать. Никому не нужен испорченный товар. Все девушки, живущие в этой стране, просто вещи. И я была этой красивой вещью. Но что поделать, если снаружи бриллиант имел сияние, а в глубине оказался простым агатом, у которого нет огранки.

Больно ли мне от мысли, что вокруг меня одни предатели? Да. Хотелось ли