Испорть меня - Джулия Ромуш

Возвращаюсь в свою комнату, сажусь на кровать и подтянув колени, достаю из-под подушки телефон. Сердце замирает на секунду, а после начинает сильно биться. На экране высвечивается непрочитанное сообщение. От Айдарова.

«Спишь?»

«Нет, жду тебя»

Отправляю в ответ и сжимаю телефон сильнее. Пускай позвонит. Пускай позвонит.

И через секунду мой телефон вибрирует в руке. Айдаров как будто меня услышал.

— Привет, — мне хватает одного слова, чтобы понять, насколько он устал. Прижимаю телефон сильнее к уху.

— Привет, я соскучилась.

Я не видела его несколько дней и сегодняшней встречи на десять минут мне ужасно не хватило. И короткого поцелуя. Этого было ничтожно мало. Я хочу, чтобы он сейчас был рядом. Со мной. В этой кровати. Чтобы я могла лежать на его груди и задавать ему вопросы. Слышать как он смеется над моими словами, по-доброму смеется. Например, когда я ему говорю, что не понимаю жен его партнеров. Зачем покупать сотую шубу в гардероб, если на эти деньги можно открыть приют для животных и сделать доброе дело? В прошлый раз Айдаров спросил что мне мешает сделать это доброе дело. И я действительно подумала, а что собственно мне мешает? На моем ноутбуке уже есть подробный план, как и что я хочу сделать. Я хотела показать его мужу, как только он вернется. Возможно, у него бы были какие-то советы.

— Я тоже, малыш, — на губах появляется улыбка, как только слышу «малыш». Из его уст и его голосом это слово приобретает новый смысл.

— Ты не приедешь? — Мой голос звучит расстроено, и я ничего не могу с этим сделать.

— Пока что не могу, я еще не все дела закончил.

— А когда сможешь? Несколько часов назад сюда приехало пять машин с охраной. И только не говори мне, что мне не о чем переживать.

— Как только решу все вопросы. Если бы не было о чем переживать я бы отправил три машины с охранной, — Айдаров усмехается, по голосу слышу.

— Ты мне не скажешь, что происходит, да? — Откидываюсь назад на кровать, накрываюсь одеялом. Без Рустама рядом мне холодно и одиноко.

— Эта информация тебя не успокоит, ты не сможешь никак и на что повлиять. Так что, да, я не скажу.

Сжимаю телефон сильнее. От его слов не становится лучше.

— Я чувствую себя предательницей, — тихо говорю в трубку.

— Почему? — Голос Рустама спокойный и ровный.

— Ди моя лучшая подруга, а я ей ничего не сказала.

— Ни ты, ни она ничем не сможете изменить ситуацию. В этом виноват только один человек, который взвешенно принял решение. Так что тебе не в чем себя винить. Если Диана узнает эту информацию, она совершит необдуманный поступок, о котором потом пожалеет. Так что ты поступаешь правильно. Ограждая ее от необдуманных действий.

— Когда ты так говоришь, то я действительно думаю, что поступаю правильно.

— Ты поступаешь правильно, уверен, что Диана тоже придет к такому выводу, когда все узнает.

— Приезжай скорее, без тебя ужасно скучно и холодно.

— Поверь, единственное чего я сейчас хочу, это как можно скорее оказаться рядом с тобой. А для этого мне нужно вернуться к работе. Ложись спать, малыш, не заставляй меня нервничать.

Глава 33

Утром я просыпаюсь в плохом настроении, Айдарова все еще нет и мне это не нравится.

— Привет-привет, — Ди налетает на меня практически сразу, стоит мне выйти из комнаты, — ты обязана сдать мне все точки где вы покупали подушки и матрасы, я так хорошо давно не высыпалась.

Подруга широко улыбается. У нее кажется отличное настроение, в отличие от моего.

— Я постараюсь узнать эту информацию, как ты понимаешь, подушки появились здесь без моего участия.

— С меня пончик за инфу, — Ди весело смеется и мы спускаемся на завтрак.

Я не могу объяснить, но у меня очень плохое предчувствие. Как будто что-то случилось, а я не могу понять что именно.

Проверяю телефон, пропущенных звонков и сообщений нет. Айдаров никак не давал о себе знать. Хотя, скорее всего он просто вырубился под утро. Он был уставшим после поездки, еще и эта ночная работа.

— Кстати, мне Ленка писала, сегодня вечером намечается веселая туса, ты вообще как по этому поводу?

Подруга делает глоток кофе и выжидательно на меня смотрит. И вот как ей сказать, что никакой тусы не будет? Что нам нельзя отсюда уезжать, а если даже Ди взбунтуется, то куча накаченных мужиков во дворе не дадут ей и шагу ступить с территории без разрешения Айдарова.

— Может еще здесь задержимся? Я что-то не видела, чтобы ты вчера реферат напечатала, а кто-то грозился, что доведет препода до белого каления.

— Если ты хотела провести со мной еще один день, то могла просто сказать, — подруга довольно улыбается, а я смеюсь в ответ.

У Ди звонит телефон, судя по разговору ей звонит брат, я стараюсь не особо вслушиваться в разговор, поэтому беру в руку телефон и начинаю листать новостную ленту. Палец замирает на экране, когда я вижу фотографию знакомого мне человека. Сердце замирает, а дышать не получается. Я просто не могу сделать вдох.

Скольжу взглядом по экрану, вижу множество знакомых букв, но они отказываются складываться в слова. Я не понимаю сути написанного. В ушах звенит, пальцы немеют настолько, что я просто перестаю их ощущать.

Кажется пространство вокруг сужается настолько, что мне становится тесно. Стены давят, кислорода катастрофически не хватает.

"Сегодня утром погиб бизнесмен, Вяземский Олег Александрович. Мужчина не справился с управлением автомобиля. В его крови был обнаружен алкоголь. Вместе с ним в машине находилась его жена…. "

Это все, что мне удается прочитать, дальше буквы просто расплываются перед глазами.

Ди больше не говорит по телефону. В комнате вообще царит гробовая тишина. Я поднимаю взгляд, смотрю на подругу, которая сидит белая как стена. Ее телефон выпал из руки и валяется на полу. Глаза стеклянные. Она смотрит как будто мимо меня. До меня доходит не сразу. Подруга в полнейшем шоке.

Я первая прихожу в себя. Подрываюсь с места и несусь к ней.

— Диана…

— Представляешь, Денис сказал…

Ди начинает громко смеяться. Истерически.

— Сказал, что родители, родители…

Из ее глаз начинают катиться слезы.

— Что родители разбились. Представляешь? Дурацкий розыгрыш! Он же специально это говорит, чтобы… Чтобы…

Ди начинает рыдать, всхлипывать.

Я прижимаю ее к себе, настолько сильно,